Якутский дневник. Часть 2

  1. Якутский дневник. Часть 1
  2. Якутский дневник. Часть 2
  3. Якутский дневник. Часть 3

Страница: 1 из 3

dd: 1 января 199х г. Проснулся поздно, почти полдень был. После завтрака-обеда пришел Бак со своей подругой, решили окончательно вопрос с моим жильем на период пребывания в Якутии. Как оказалось, одна из многочисленных гостей, побывавших вчера с поздравлениями, имеет вторую, пустующую ныне квартиру, квартирант которой как раз перед Новым Годом уехал на 2 недели в Москву. Рая и Ус вручили мне большой пакет с едой и напитками, и я с Лилией (так звали хозяйку квартиры, которой позвонила Рая и вызвала к себе с поручением устроить меня) пошли на ее квартиру. Прохожие на улице недоуменно провожали взглядами странную пару — женщину в пышной дубленке и меховой шапке, и мужчину в облезлом пальто и без головного убора, а между тем мороз уже был за 20 градусов.

Нос смерзается, трудно дышать, и Лилия дала парадоксальный совет, что во время сильного мороза лучше не идти быстро, а медленно, потому что бьющий в лицо воздух при быстрой ходьбе морозит сильнее. На квартире нормально, есть телевизор и холодильник, Лилия поменяла белье, быстро прибрала квартиру, рассортировала продукты, причем некоторые положила не в холодильник, а в так называемый якутский холодильник, это шкаф, задняя стенка которой примыкает к окну и в нем из-за этого тоже весьма низкая температура. Узнав, что я никуда вечером не собираюсь, она сперва пригласила меня с ней пойти попоздравлять ее подруг и знакомых с Новым Годом, но я отказался. Тогда она даже не спросила, а утвердительно сказала, что когда она сама пройдется по ним, то зайдет ко мне, и посидит немного в тишине, отойдет от шума и выпивки перед тем, как пойти домой. Когда Лилия ушла, я искупался, посмотрел телевизор, почитал книжку, немного вздремнул. Лилия пришла, как раз когда я накрывал себе стол для ужина. Мы с ней поужинали, вернее кушал в основном я, она же в гостях была, и выпили, причем не много, а очень много!... (далее идет шифровка)

DD: Лилия была, после обхода друзей, немного навеселе. Не пьяная вдрызг, твори что хочешь, а именно чуть более раскована, весела, словоохотлива, приветлива, чем бывает человек в полностью трезвом состоянии. Я думал, она больше не будет пить. Куда там! В ответ на мое предложение налить вина она скривила лицо и кивнула на бутылку водки. Я был поражен, как она пьет, и притом не пьянеет. До того, все мои знакомые женского пола, хоть родственницы или однокурсницы, хоть подруги или случайные сотрапезницы, либо не пили вообще, либо символически рюмку-другую, и то большей частью не водки, а вина или шампанского. А тут мало что она поддерживала все мои тосты, осушая рюмку до дна, но иногда и сама, спустя какое-то время брала бутылку в руку, показывая, что настало время для очередного тоста. Я узнал много для себя интересного и познавательного, как по части моей предстоящей работы, так и касаемо Якутии и лично Лилии. Например, всем известно, что в русском языке нет слов, начинающихся на букву «ы». А в якутском, мало того, что есть такие слова, но есть даже слова, начинающиеся с двух букв «ыы». Притом что сама она не была якуткой, а украинкой с южных областей Украины. Якутов вообще я почти не видел, как сказали, они предпочитают либо свой традиционный образ жизни с оленями в ярангах, либо в крупных городах руководящие посты как представители титульной национальности. Дома все были построены на сваях, так как зона вечной мерзлоты. Находились не очень далеко от полярного круга, поэтому день был очень короткий: солнце всходило примерно в 11 часов и заходило в 14.

От обсуждения географии и этнографии мы перешли постепенно на рабоче-личные моменты. Раиса Максимовна, чьей подчиненной была Лилия, возглавляла сеть, отвечающую за продукты данного района, типа треста, суммирующего Общепит и Продторг. На работе славилась крутым характером, вспыльчивостью и непредсказуемостью. За один и тот же нестандартный поступок она могла и отругать подчиненного с выговором и лишением премии, а могла и похвалить с денежным поощрением, в зависимости от своего настроения на данный момент. Лилия дала очень хороший мне совет — узнавать всю информацию от непосредственных исполнителей, ибо именно им в конце концов работать с программами, но добавить в каждую некий характерных штрих по наводке Раисы Максимовны.

О себе Лилия рассказала следующее. После окончания института попала по распределению в Якутию, на самом закате советской власти. Причем имела возможность отмазаться и остаться в более благодатных краях, тем паче, что была на тот момент беременна. Но так как была она беременна от человека, которого любила, но который дал понять, что на ней не женится, предпочла уехать далеко-далеко, чтоб в родном городе даже мельком не видеть его лицо, такое любимо-ненавистное. После рождения дочери к ней, как ни странно, приехала помогать не ее мать, а отец. Вообще про мать она не упоминала, может быть даже, она умерла в ее раннем детстве, я не спрашивал. Алмазов (и соответственно денег) в Якутии было навалом, квартиру дали и ей, и отцу (который устроился работать прямо в алмазной шахте). Жила она с дочкой (которой к моменту нашей встречи было уже 3—4 года, и она ходила в детский сад) и отцом на своей квартире (матери-одиночке в начале 90-х дали двухкомнатную квартиру, представьте), а отцовскую однокомнатную сдавали. И как я понял пока что косвенным образом, этот человек, снимающий квартиру, был Лилиным любовником.

Телевизор работал в фоновом режиме. В какой-то момент зазвучала лирическая песня, я пригласил Лилию на танец. Немного поломавшись в типично женском стиле (ой, я уже пьяная, тебе ноги отдавлю, а веса во мне немало, ты же видишь), она встала с кресла, и мы потоптались в обнимку на полутора квадратных метрах свободного пространства перед телевизором до стола. А диспозиция была такая: к раскрытому и постеленному дивану (на котором во время ужина сидел я) был пододвинут стол, а с другой стороны к столу было придвинуто кресло, на котором сидела она. Завершая танец, я захотел поцеловать ее в губы, но она с улыбкой убрала губы и подставила щечку, и сказала что-то типа «не торопись». Для меня этого было достаточно, чтоб понять, секс будет, ибо она не отстранилась вообще от поцелуя, и не стала ругаться, а всего лишь призвала не спешить.

Галантно проводив даму до ее места, я уже не ушел к себе на диван, а примостился на ручке кресла. Во время танца, чтоб создать романтическое настроение, я погасил верхний свет, и теперь комнату освещал только экран телевизора. Я стал гладить Лилию по волосам и лицу, изредка наклоняясь и целуя волосы, щеку, шею, но подчеркнуто-послушно избегая ее губ. Сперва реакция была никакая, потом стало ясно, что ей приятно, она закрывала глаза в моменты ласк, откидывалась на спинку кресла, гладила мои волосы. Иногда спохватывалась, типа что это я позволяю себе с практически незнакомым мужчиной, отодвигалась от моих рук и губ, и тянулась к стоящей на столе уже второй бутылке водки. Я тогда наливал ей и мне, говорил очередной тост, запивал соком, хрумкал огурцом или иной закуской, и с прежним пылом возвращался к прерванным ласкам.

«За наше приятное знакомство, и за то, чтоб оно стало более приятным и близким! И давай скрепим его на брудершафт» — провозгласил я очередной тост. Лилия, держа рюмку в руке, несколько секунд молча и внимательно, совсем не пьяным взглядом, смотрела мне в глаза, и наконец, улыбнувшись, прошептала «Давай!». Я ожидал, согласно традиции брудершафтов, что она встанет, и мы сплетя руки, выпьем и поцелуемся, и даже сам привстал с ручки кресла. «Ты куда? « — удивленно спросила Лилия, и свободной рукой потянула меня за рукав, мол, садись обратно. В довольно неудобной позе мы сплели руки, выпили, и я наконец прижался к ее губам своими, почувствовал их мягкость и обжигающую теплоту.

Я-то как думал? Что поцелуй в губы — непосредственный предшественник секса. Но Лилия, во всей видимости, так не думала, и опять прошло довольно долго времени моего сидения на ручке кресла, просто в число ласк добавились и поцелуи в губы. Мои попытки вытащить ее из кресла ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх