Хейстак Вилледж. Глава 3: Соколиная охота

  1. Хейстак Вилледж. Глава 1: Новый шериф
  2. Хейстак Вилледж. Глава 2: Делайте ваши ставки
  3. Хейстак Вилледж. Глава 3: Соколиная охота

Страница: 10 из 14

Что уж тогда говорить о несчастных Терезе и Миранде? Женщину словно парализовало, она смотрела на тело, из-под которого вытекала лужа крови, глазами размером с блюдца, и дрожала. Как же так? Почему? Ведь они делали все, что от них хотели. Почему?

— Г-генри? Генри?! — Тереза оставила испуганную и растерянную девочку и подползла к мертвому мужу. Она трясла его, звала, кричала, срывая голос, давилась слезами, не замечая, как подол платья пропитывается алой жидкостью. Убитая горем вдова, она являла собой печальное зрелище. — Генри!!!

— Черт... Мал, тебе не кажется, что это был перебор?

— Потом, господа, все потом, — перебил товарищей Малкольм, дозаряжая револьвер. — Идите на улицу и ждите меня там. Когда вернется Барри, дадите мне знать. А мне... нужно утешить несчастную вдову.

Никто и не думал спорить. Спустя несколько секунд в комнате находились лишь Малкольм Фурнье, Миранда и Тереза, положившая себе на колени голову Генри. Ее собственная голова была склонена, и на грудь падали крупные слезы. Атмосфера облегчения, витавшая здесь еще пару минут назад, сменилась атмосферой печали и скорби. Естественно, это не касалось главаря бандитов. Он стал подходить к женщине.

— Примите мои соболезнования, миссис Вилкокс. Я понимаю, как Вам сейчас тяжело, но...

Вдруг Тереза вскочила и с кулаками кинулась на убийцу.

— Ублюдок! Мерзавец! Будь ты проклят! Ты... — закричала она. Но звонкая пощечина, куда сильнее прошлой, заставила ее умолкнуть и упасть на пол. И тогда она просто зарыдала от бессилия.

Присев, Малкольм повернул ее лицом к себе. Ему пришлось сдавить ей плечо, чтобы добиться от нее реакции.

— Но... — продолжил он, как будто и не было никакой паузы. — Прежде чем я уйду... Мы узнаем друг друга поближе. Нравится Вам это или нет.

Тереза ошарашено уставилась на головореза. Даже плакать перестала. Это было просто невероятно...

— Напугал мою дочь, убил моего мужа, а теперь еще и решил меня изнасиловать? Ты не человек... — Ее голос был тихим и каким-то отрешенным, словно и не о ней говорили.

— О, нет, вовсе не изнасиловать. Мы займемся любовью. Бурной и искренней. Так, чтобы я не мог усомниться в Вашей страсти. Ведь в противном случае... — Его задумчивый взгляд переместился на забившуюся в угол девочку, и Тереза обомлела. — ... все, что я не получу от Вас, я получу от мисс Миранды. Вы понимаете меня?

Ей не требовалось много времени на раздумья. Если быть точным, вообще не требовалось. Она ненавидела этого (не) человека всеми фибрами души и не желала ему ничего, кроме скорейшей смерти. Но он знал, на какой рычаг нужно давить. Господи, неужели они будут делать это в метрах от ее почившего супруга? Что хуже всего, она не была уверена, что Миранду на самом деле не тронут, не была уверена, что они вообще переживут этот день, но она все равно сделает все, что потребуется. Поэтому...

— Я... Я понимаю. Прошу, не причиняйте Миранде вреда. Делайте со мной, что хотите.

— Замечательно. Но почему без энтузиазма? Я должен поверить в Вашу искренность.

Изобразить искренность. Учитывая обстоятельства, двенадцать испытаний Геракла в сравнении с этим — просто детская забава. Но, собрав все свои физические и душевные силы, Тереза выдавила вполне приличную обольстительную улыбку.

— Мой господин, я вся Ваша.

— Вот так гораздо лучше, — похвалил Малкольм, утирая с ее лица слезинку. Потом его рука сместилась вниз, на вырез на груди. — Ваше платье необратимо испорчено. Так что ничего страшного, если я...

И с этими словами он с треском разорвал на груди богатое одеяние.

* * *

— Ной! Эй, Ной! Ты куда запропастился? Но... А, вот ты где! Что ты тут делаешь?

— Ссу я, если ты вдруг не заметил.

— О, и правда. Я, пожалуй, тоже отолью. Пристроюсь-ка тут рядышком.

—...

Ребята из банды Малкольма, из «Великолепной семерки», как прозвала их Джейн, уже некоторое время прохлаждались (если это слово вообще уместно при такой жаре) во дворе шерифского дома. Делать было решительно нечего. Барри все не возвращался. Куда этого дурака могло занести? Ной, почувствовав необходимость сходить до ветру, зашел за небольшой сарайчик, который стоял в некотором отдалении. В нем хранились всякие садовые принадлежности, очевидно, предназначенные для маленького уютного садика позади дома. Но насладиться уединением ему не удалось — Уэйд нашел его. Здоровенный, но туповатый парень. Как только Малкольм его терпел, для Ноя оставалось загадкой. А теперь он стоит впритирку и, насвистывая, выводит узоры на деревянной стенке сарая. Как мило.

— Ной, у тебя табачку не будет? Да ладно тебе, не жмоться! О, спасибо! — Уэйд закурил, сделал затяжку. — А сам-то не будешь?

— У меня еще горло болит. Не хочу.

— Ааа, из-за того, что шериф тебя чуть не придушил?

— Ты сама проницательность. Ублюдок чуть меня не прикончил. Но... По мне, Мал хватил лишку. Да и это может нам потом боком выйти. Аа, забей... — махнул рукой Ной, видя непонимающее лицо собеседника. — Осталось только дождаться, пока он там накувыркается с вдовой шерифа, и валить отсюда. Что? Только не говори мне, что не понял, как Мал собрался ее «утешать»? Эх...

На какое-то время повисло молчание. Уэйд курил самокрутку, а Ной задумчиво смотрел в яркое небо. Такое спокойствие было ему по душе. Даже две лужи с характерным запахом его не смущали. Главное — это тиши...

— Я, знаешь, о чем думаю? — брякнул Уэйд, разрушая эту хрупкую идиллию.

— Удиви меня.

— Помнишь тот салун в Луизиане, в котором мы отдыхали с полгода назад?

— Это тот, где ты, надравшись, решил продемонстрировать всем свой фантастический навык владения пушкой и прострелил себе ногу?

— Тот самый. Так вот... До того, как напиться, я посидел в компашке местных, послушал, о чем они толкуют. И кто-то рассказывал про какую-то рыжую женщину-"охотника», которая валит преступников налево и направо. По его словам, она прям ходячий кошмар какой-то.

— Ага. А Иисус Христос умер за наши грехи. Такой большой, а в сказки веришь. Ты это вспомнил из-за той бабы, которую Барри увез? Ха! Если это твоя фурия, то видок у нее не больно-то грозный.

— Да я не... Че сразу «в сказки веришь»? Просто рыжих женщин не так много видел, вот и пришло в голову... О, смотри, то не Барри часом?

Ной проследил за взглядом Уэйда и прищурился. В приближающейся фигуре всадника действительно угадывался их друг и напарник Барри. Значит, нужно пойти оповестить Малкольма. И они уже хотели решить, кто пойдет это делать, как вдруг всадник, успев подъехать достаточно близко, вывалился из седла.

— Че за... Барри!

Ной и Уэйд сорвались с места и помчались к медленно встающему с земли товарищу. Но за несколько метров они остановились как вкопанные. Барри все-таки сумел встать, и тогда стала видна его изорванная и окровавленная рубашка. Что могло с ним произойти? Возможно, на него напали дикие звери? Это объяснило бы то, почему его одежда в крови, а сам он, пошатываясь, еле ковыляет. В таком случае...

— Держись, Барри! Сейчас! Я помогу тебе! — воскликнул Уэйд, бросаясь к раненому другу.

Когда он добежал до Барри, тот оступился и начал падать вперед, но Уэйд его подхватил. Так все выглядело в глазах Ноя. Истинная суть этих обнимашек открылась, когда оба мужчины повалились на землю, и Барри оказался сверху Уэйда. Это было так неожиданно, что Ною потребовалась секунда-другая, чтобы заметить рукоятку ножа, торчащую прямо из сердца здоровяка. Он лежал без движения, а по груди начинало быстро расплываться кровавое пятно.

— Б-барри? Ты что наделал? — едва выдавил из себя шокированный Ной.

Барри все еще сидел верхом на Уэйде, его лица не было видно за полями шляпы. И тут... Ной, вероятно, открыл для себя, что такое суеверный страх. Из-под шляпы выбилась и закачалась на сухом горячем ветру одинокая рыжая прядь волос. «Этого не может быть... Это не... Это не ...  Читать дальше →

Показать комментарии (8)

Последние рассказы автора

наверх