Земля номер 5. У озера

  1. Земля номер 5. У озера
  2. Земля номер 5. Соседи

Страница: 1 из 8

В палатке под одеялом было тепло, справа посапывал муж, слева спала дочка, сжавшись по своей привычке в комочек. Утренний ветерок время от времени лениво похлопывал по брезенту крыши, отчего солнечные пятна на ней забавно бегали туда-сюда. Как ни хотелось еще понежиться, надо было вставать. Марина высунула нос из палатки и зажмурилась. Под начинающим пригревать утренним солнышком озеро сверкало и переливалось от края до края, как будто было не из воды, и из миллиона серебряных рыбок, которые решили порезвиться. Вчера приехали уже в сумерках, и толком не огляделись. И правду говорили про этом место, волшебное.

К тому времени, когда Марина закончила хозяйственные дела, поднялся уже и Олег, и даже Наташа что-то там гундела внутри палатки, кажется, искала свою ветровку.

— Здравствуйте!, — раздался задорный молодой женский голос.

Марина оглянулась — к ним на поляну вышла женщина примерно ее возраста, в шортах и купальнике, несмотря на прохладный утренний ветерок, одной рукой поправляя падающую челку, а в другой держа какую-то баночку.

— Я не помешала?, — с улыбкой спросила гостья.

— Нет, нет.

— Вы знаете, мы тут недалеко встали, — махнула она рукой куда-то назад, — вчера приехали, а сейчас хватилась, чай-кофе пить, а сахара нет. Прямо не знаю, как и забыла, ну вроде все собирала... У вас не найдется чуточку? А там мы в деревню съездим, купим.

Марина кивнула, улыбаясь, эта проблема со сборами была ей самой знакома. Дай бог, сама чего не забыла.

— Конечно, сейчас поищу.

— А знаете, вы давайте к нам, — продолжала трещать гостья. — У вас, я вижу, и костра еще нет, а у нас все готово. Вы тоже на неделю? Меня Оля зовут...

— Ну, как-то неудобно, — Марина посмотрела на мужа. Тот вытирался полотенцем после умывания, и пожал плечами.

— Да какое там неудобно, бросьте, — засмеялась Оля. — Надо же знакомиться, раз соседи. Подходите, как соберетесь! Тут недалеко.

Она взяла пересыпанный в баночку и сахар, и ускакала, в буквальном смысле, легко перепрыгнув через бывшее костровище, а потом через бревно возле него, а потом, кажется, уже просто так. И даже, кажется, что-то напевая.

Сборы заняли не долго. Когда познакомились, оказалось, что и правда, очень милые люди. Ровесники, Миша и Оля, и двое детей, сын Алеша, чуть постарше их Наташи, и дочка Олеся, немного младше.

Семья была не из бедных. Марку их машины Олег даже назвать не смог, наверное что-то малосерийное, но очень дорогое. Много шутили, смеялись. На вопрос, откуда они, Оля со смехом махнула рукой — где нас только нет. Но в основном в Швейцарии, там главный офис мишиной фирмы, иногда в Париже, наездами в Лондоне. Но сюда, на родину, приезжают тоже частенько — по-настоящему отдохнуть. На этих элитных курортах от тоски кони дохнут, знаете ли, шагу не дадут сделать, чтобы не обслужить. Здесь же настоящая свобода и единение с природой. А в этот раз Миша еще и по делу, хочет открывать здесь филиал, так что решили все сразу. Да только с персоналом проблема. Знать там ничего не нужно, всему научат, проблема найти достойных доверия. Вы и не представляете, как трудно найти преданных людей, снова засмеялась Оля.

Ивановы, уходя, пригласили их к себе на обед. А на обратном пути думали об одном и том же. Хорошо ли там, в Швейцарии. Поскольку они точно люди, заслуживающие доверия.

***

Сидоровы пришли еще до обеда. По случаю уже припекающего солнца, все четверо только в купальном. Женщины занялись готовкой, а мужики сели в тенечек под деревья пить принесенное Мишей холодное пиво, отрядив Лешу заниматься хозяйством.

— Что читаешь?, — плюхнулась на покрывало рядом с Наташей дочка Сидоровых, Олеся. В отличие от Наташи она была худенькой и не фигуристой, хотя и была совсем немного младше.

Честно говоря, Наташа не столько читала, сколько нежилась на солнце и думала о своем, девочковом, так что содержание прочитанного совсем не осталось у нее в голове. Ей пришлось самой взглянуть на обложку — «Унесенные ветром».

— О, — с уважением сказал Олеся, — взрослая книга.

Наташа пожала плечами. Ясно дело, взрослая, не читать же ей детские книги.

— Я по-русски плохо читаю, — пожаловалась Олеся.

— А говоришь хорошо.

— Ну да, мы дома по-русски говорим.

Олеся пригнула голову, и проследила направление наташиного взгляда. Там, в просвете между кустами, окружавшими их небольшую полянку, было немного видно Алешу. Он притащил из леса целое деревце, и сейчас его рубил. Еще не совсем мужское, но уже крепкое и ладное тело играло мускулами, топорик взблескивал на солнце и опускался — бум — одним ударом отрубая очередную ветку.

— Леха дурак, — кратко сообщила Олеся.

— Почему это?, — удивилась Наташа, — он ведь твой брат.

— Ну и что? Все равно дурак.

— А что он такого делает?

— Да вообще... Ну, скажем, по нему все девчонки в интернате сохнут, через меня записочки пересылают. А он ни одной не отвечает. Говорит, они все дуры и ему не нравятся. Говорит, будет ждать любовь. Это по-твоему не дурак?..

Наташа повернулась на бок, начиная интересоваться разговором, но промолчала. Как по ней, это было не глупо, а очень даже умно и красиво. Так делали люди в тех книжках, которые она читала.

Олеся села, скрестив ноги, и внимательно оглядела всю Наташу, с головы до ног.

— Вот в тебя можно влюбиться... Я думаю, что если бы я была парнем, то я бы точно влюбилась в тебя... Но он дурак, вот увидишь, он ничего не заметит...

Наташе польстило, что ее оценивают так высоко, и в тоже время сомневаются, что она способна вызвать интерес какого-то там зазнайки. Это мы еще посмотрим, подумала Наташа. Пока Олеся продолжала болтать, перед ее мысленным взором по блестящему паркету бальных залов проносились белые лошади, и какие-то размытые, но мужественные кавалергарды и графы припадали к ее ногам, целуя руки. Или наоборот, припадали к рукам, целуя ноги? Запутаешься с ними.

— Эй, я спрашиваю, ты целовалась?, — толкнула ее в плечо Олеся.

Наташа сделала лицо усталой от сексуального опыта женщины, долженствующее изображать «как будто можно сомневаться», но на всякий случай ответила скромнее:

— Ну.

Мама с папой держали ее в строгости, хотя если послушать других девчонок, к окончанию школы девственницей осталась только Наташа. Но, слушая их рассказы, правда они или нет, она даже и не жалела. Это должно быть что-то волшебное, а не как у них. Так что если не считать подружек, помидоры и всякую случайную одноразовую чепуху, то по-взрослому она целовалась только с Кирей с третьего подъезда, который по ней с детства сох, и которого она беззастенчиво использовала в корыстных целях. Правда, эти поцелуи были какие-то ненастоящие, и их можно было не считать.

— А научи меня?

— Как это?, — засмеялась Наташа. Не то чтобы она не могла, но одно дело близкая подруга, а другое девчонка, которую в первый раз видишь. С другой стороны, может, и в последний.

— Ну хотя бы в щёчку!, — загундела Олеся.

С лицом «ой не ладно, только не ной», Наташа приготовила губы, чтобы дежурно чмокнуть щечку, но Олеся в последний момент извернулась, и впилась прямо в губы. Наташа отдернулась, захихикав, но, странным образом, поцелуй был какой-то настоящий. Определенно была разница с Кирей, и эта разница ей понравилась. Она даже невольно облизнула губы.

— Ну нет, так нечестно, — опять насупилась Олеся.

— Ты, — толкнула ее со смехом Наташа, — это я-то нечестно? Сама обманула.

— Нет, ты сразу перестала, а ты научи по-настоящему. Ну что тебе, сложно?...

— Ладно, но один раз, окей? По-честному!, — Наташа понравилась роль опытной женщины, она как будто и правда только что поняла, какая она опытная, по сравнению с Олесей.

Та зачем-то легла и вытянула руки по швам, будто ей операцию на аппендиците собрались делать. Эта мысль насмешила Наташу, так что она прыснула и чуть не упала на Олесю. Потом, сдерживая смех, она ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (14)

Последние рассказы автора

наверх