Земля номер 5. У озера

  1. Земля номер 5. У озера
  2. Земля номер 5. Соседи

Страница: 3 из 8

и даже крохотный песочный пляжик обнаружился. Слишком маленький, чтобы лечь, но достаточный, чтобы раздеться и положить одежду. Марина и глазом моргнуть не успела, как новая подруга, будто так и надо, сняла с себя купальник, и забрела по щиколотку в воду.

— А вода-то какая теплая!, — обернулась она к Марине, которая несколько растерялась. — Ты идешь?

— Эээ, — промямлила та, — Ну да, только я голая не привыкла.

Оля заулыбалась.

— Да у тебя отличная фигура, тебе-то точно стесняться нечего. Если бы вообще было перед кем, — обвела она рукой вокруг.

— Но, все-таки...

— Да брось ты париться, — уже с некоторой усталостью сказала Оля, — ведь хочется? Ну так и делай, что хочется. Кого мы должны бояться.

И уже не убеждая, с брызгами побежала в воду. Марина еще потопталась, но потом решительно разделась. Не хотелось разочаровывать Олю, вроде у них такой контакт наладился, и вообще, действительно, кому какое дело. С непривычки вода показалась не такой уж теплой, и еще, тоже с непривычки, будто поддувало снизу, между ног. Так что она едва забрела чуть выше колена, как с уханьем плюхнулась в воду целиком, чтобы уж сразу окунуться и привыкнуть всеми местами.

— А, вот вы где!, — раздался голос Миши.

Марина только поднялась, и машинально обернулась на голос, голая, по колено в воде. Рядом с Мишей стоял ее муж, оба держали в руках бутылки с пивом. Она растерялась, не зная, что прикрывать, и куда бежать, вперед или назад.

— Эгегей, — крикнула Оля, которая уже стояла по плечи в воде, и помахала рукой, — давайте к нам.

Миша положил пиво в воду у бережка, снял плавки и пошел в воду, не обратив никакого внимания на наготу чужой жены, которая так и стояла, прикрываясь руками. Его член показался ей огромным, он раскачиваясь прошел мимо нее, и исчез в брызгах и пене, когда Миша бросился в воду.

— Олег, а ты идешь?, — снова крикнула Оля, как будто насмешливо.

Олег колебался. Он несколько неприятно удивился, увидев жену полностью голой при других людях. Как будто она и правда более раскованная, чем он представлял себе раньше. А все ли он знает про нее? Хотя, подумать, жена все равно уже разделась. Как-то неудобно будет, если он один, как дурак, пойдет в плавках.

— Ты что?, — поддержал Олю муж, отфыркиваясь, и растирая воду по телу, — стесняешься голышам, что ли? Да в Европе все так делают. Хотя, дело твое...

Упоминание о Европе окончательно сломало последние сомнения. Конечно же, он не какой-то там зашоренный провинциал, не подходящий для Европы. И член у него тоже не маленький.

— Щас, только пиво положу, — крикнул Олег, будто задержка была из-за этого, и, раздевшись, побежал в воду, чтобы поменьше светить членом. Марина, к тому времени пытавшаяся сидеть в воде ниже дна, последовала за ним...

***

Леша отломил по пути прутик, чтобы от стеснения занять чем-то руки, и сшибал по пути какие-то травинки. Наташе нравилось даже это. Было в этом что-то мужественное, будто бы рядом шел вооруженный мужчина. Стеснение давно прошло, и они уже болтали будто давнишние друзья.

— А правда, что французские девчонки красивые?

— Неа. Тужур, мужур, и нос у них как у галок... И еще без трусов ходят.

— Что, правда?, — поразилась Наташа, не зная, верить или нет.

— Зуб даю. Я тоже не верил, а потом сам проверил... Ну, нет, не для этого, конечно, — покраснел Леша, сообразив, что сболтнул что-то лишнее, — а просто, типа, ради науки.

— Науки?! А как проверял-то?, — невинно спросила Наташа, не упуская случая поддеть.

— Ну, там была целая... как это сказать по-русски... аффэр... , — бедный Леша уже не знал, как выкрутиться. Наташа внутреннее хихикала, но пощадила его, не стала добивать. И потом, ей вдруг стало интересно:

— А зачем они... без трусов-то?

— В смысле?

— Ну можно же в трусах, как все, а они без трусов. Зачем-то это надо. Мода такая, что ли?

— Ну да, хотя не в этом дело...

Леша задумался, как объяснить.

— Если ходить как все, то будешь как все, понимаешь?

— Ага, — сказала Наташа, так что сразу было ясно, что ничего не поняла.

Леша помолчал, подбирая слова.

— Смотри, вот у тебя юбка, а под ней трусы, так?..

— Ну так, — теперь пришло время покраснеть уже Наташе.

—... и ты идешь как обычно, как ходят все, и ничего особенного не происходит, потому что ничего особенного нет в том, что ты идешь в трусах. Так?

— Ага, — сказала та, нахмурив лоб. Пока было понятно.

— А представь, что ты идешь, в юбке, и всё как обычно — а трусов там нет. Все думают, что есть, а их нет. И всякое твое обычное дело — теперь совсем, совсем необычное. Ты чувствуешь теперь, что ты девочка, а не просто человек. Что ты девочка особая, не как любая другая вокруг. Что ты девочка без комплексов и девочка с секретом. Ты рискуешь каждую секунду, и это будоражит. Ты ощущаешь красоту своего голого тела, и что никто не догадывается, что ты голая. И от всего этого ты летишь, свободно, сексуально, необычно, у тебя горят глаза, и ты правда становишься красива и маняща...

— Ага, — у Наташи тоже загорелись глаза, от того, как это рассказывал Леша, она и правду поняла, о чем речь.

— Вот ты попробуй, и сама увидишь.

— Как это? Сейчас, что ли?

— А когда? Я отвернусь, не бойся.

— Да я не боюсь. Просто... ну как, прямо сейчас... мы же в деревню идем...

— Ну понятно. А как ты хочешь, у себя дома, в комнате, заперев дверь?... Хотя, конечно, не все могут, что могут француженки...

Леша замолчал, и снова стал сбивать прутиком травинки. Наташа чувствовала, что теряет его интерес. И так легко доказать, что ты достойна. И разве не хочется и правда почувствовать то, о чем он говорил? И разве она хуже каких-то там французских дур? Да никто и не увидит, что у нее под юбкой.

— Стой, — сказала она, — отвернись...

Сначала у нее горели уши, а походка стала скорее ковыляющей. Но уже через несколько шагов она начала чувствовать, что и правда. Что она свободна и красива. А вскоре уже и сама думать перестала, почему. Просто она стала и правда чувствовать себя такой.

***

Олег перестал стесняться быстро, ему стало нравиться. Даже простые прикосновения к жене во время купания стали другими, яркими. Они много смеялись и дурачились. И вокруг него увивалась Оля, и ему тоже это нравилось. Жена, наверное, немного ревновала и стеснялась, так что когда они с Мишей придумали подбрасывать Олю на скрещенных руках, то Марина сначала отказалась, манерно плавая вокруг. Но увидев, с каким смехом, визгом и удовольствием это делает другая, нисколько не стесняясь тому, как прыгают ее титьки, или как мелькает в воздухе ее промежность, дала себя уговорить и она. Олегу, впрочем, больше нравилось бросать Олю. Костяшки его кулака как раз попадали ей в мягкую мокрую щель, когда она елозила на их руках, устраиваясь поудобнее. И, главное, никто по этому поводу не парился, как будто этого и не было. Так что в конце концов перестали паритьс я и они.

Заминка вышла только после купания. Оказалось, когда Ивановы стали натягивать плавки, что Сидоровы и не собирались одеваться. Просто подобрали вещи и пошли, о чем-то болтая.

— Ээээ, — протянул Олег.

Те оглянулись, но сразу поняли причину:

— А, вы хотите одеться?..

— Ну, да, — сказал Олег, — ... если вы не против, — смягчила формулировку Марина.

— Ой, ну, да, это в Европе свободно, а здесь люди не привыкли, — сказала Оля мужу.

Тот с согласно пожал плечами. Видя, что Ивановы все еще мнутся, Оля добавила, не то с угрозой, не то с обидой:

— Если вы так хотите, то мы, конечно, тоже можем одеться...

— Нет, нет, что вы, — поторопился Олег, — это дело личное.

Глупо было бы теперь портить отношения, непонятно из-за чего, тем более после всего, что было. Хотят голышом, пусть будут голышом.

— Так дети же, — подумала вслух Марина.

Сидоровы рассмеялись....  Читать дальше →

Показать комментарии (14)

Последние рассказы автора

наверх