Ты — всё для меня. Главы 4—6

  1. Ты — всё для меня. Главы 1—3
  2. Ты — всё для меня. Главы 4—6

Страница: 4 из 12

его, чувствовать сильные руки на своём теле, кожей ощущать горячее дыхание и шёпот. И, когда я был с ней в тот раз, мне хотелось провалиться сквозь землю — настолько мне было стыдно. Я даже боялся, что она заметит что-либо, и поэтому старался не поворачиваться к ней спиной, хотя она очень любит целовать мою спину и плечи. Женщины, знаешь ли, очень чуткие существа, и мне бы не хотелось скандалов и разводов... Моему сыну ведь нужен отец. — Он вздохнул. — Признаюсь, что мне казалось — это только на один раз. Только я ошибался... Мне не хватало этого ощущения. Не хватало ощущения спокойствия, которое я испытывал в твоих руках. — Ник замялся. Я не торопил его, меньше всего мне хотелось, чтобы он запутался в своих мыслях. Иногда, когда выговариваешься, начинаешь замечать выходы из ситуации, которая казалась безнадёжной. Эта была такой из них. Он влюбился в меня. И всё из-за моей треклятой развращённости.

Пока он молчит, я снова оглядываю его, и не существует на земле таких слов, которыми можно было в полной мере описать то, как он выглядел — все слова блеклы, тусклы. Какие эпитеты можно подобрать для чудесного изгиба бедра, когда он положил ногу на ногу?... Или для его задумчивого выражения лица? Или какие прилагательные можно было использовать для взмаха его руки с длинными тонкими пальцами и узким запястьем? Увы — я не знал. Если бы я знал, я бы, не задумываясь, применил их, рассказав ему, насколько он прекрасен. Но он не только прекрасен, он ещё немного неуверен в себе... Только, скорее всего, это результат моего и твоего влияния — мы с тобой сбили с толку этого замечательного семьянина, а расхлёбывать эту кашу придётся мне как зачинщику.

— Знаешь, так странно раскрывать в себе что-то, когда у тебя есть семья. — произнёс он. — Жизнь кажется такой устоявшейся, и вдруг...

— Главное — не наделать глупостей. — Назидательно произношу я.

Ник кивает, соглашаясь:

— Я даже и не думал, что так может быть. Что я с первого раза настолько втянусь, что мне будет этого не хватать, что я буду скучать, причём, по тебе, ведь мне так нравится твой парень. — Он уронил голову на руки — отчаянный жест, говорящий о том, что он совершенно не знает, что с этим делать.

«Боюсь, в этом тоже не твоя вина», — с гордой грустью думаю я о своих умениях влиять на человеческую психику.

Он поднял на меня взгляд.:

— Я не хочу разрушать свою жизнь.

Я ухмыляюсь:

— Но ты же пришёл сюда, верно?... — чёрт, надо держать иногда язык за зубами, а то я вечно говорю то, что думаю — так и обидеть человека недолго.

Но Ник лишь кивнул в ответ и снова потупил взор.

— Зачем? — интересуюсь я, подняв его голову за подбородок.

Он безразлично пожимает плечами:

— Я не знаю. — И смотрит мне в глаза.

В них я читаю то, что он нагло врёт. Он прекрасно знает, зачем он здесь и чего он от меня хочет. И я уже сам понимаю, что скоро сорвусь, не сдержавшись... К горлу подкатывает комок, сердце сжимает то самое ощущение, которое ясно даёт понять — сейчас-сейчас, ещё каких-нибудь пять-десять минут, и я буду разделять и властвовать. Я буквально кожей чувствую, что его присутствие рядом пробуждает во мне зверя, и я не смогу от этого отказаться — ведь жертва сама идёт ко мне в лапы, желая быть схваченной, лишь бы с неё была снята вся ответственность за это. Он... он... его хочется оберегать, защищать — хотя он и взрослый мужчина, почти мой ровесник. Мне кружит голову от его близости, красоты, того, что он хочет меня. Пусть даже не признаётся в этом самому себе, я же вижу его ко мне отношение. Мне остаётся лишь приблизиться к нему, сократить расстояние, поддразнить и затем насладиться в полной мере оставшимся до твоего прихода временем.

— Я могу её понять... что тогда она сразу утащила тебя в спальню... — говорю я, дыхание моё учащённое, и я не думаю, что он не заметил, насколько я его хочу. — На её месте я поступил бы точно так же. — Наши губы в опасной близости друг от друга, но я пока что не целую его, стараясь продлить мучительное ожидание, чтобы затем наслаждаться каждым мигом, проведённым вместе. На самом деле я не могу знать, что он ответит мне взаимностью, наверняка, но инстинкт бывалого охотника безошибочно мне подсказывает, что он пришёл сюда именно за мной. Чтобы снова почувствовать мои руки на своём теле, и мой член в его узкой попке.

— Нет, я... — он пытается оттолкнуть меня, но ему это не удаётся — слишком уж вяло его сопротивление. Я касаюсь губами его шеи... подбородка, скул. Ник молчит, тяжело дышит. Мои руки тянутся к вороту его белой рубашки. — Стой... — я послушно останавливаюсь. Мне не хочется до конца ломать его волю и сопротивление, он ведь так послушен, так нуждается во мне сейчас, и в целом не заслуживает такого с собой обращения.

— Да? — я снова восхищаюсь изумительной чистотой цвета его глаз.

— Это ведь нормально, правда?

Я хищно улыбаюсь.

— Абсолютно. — И собираюсь его поцеловать, но он снова отстраняется. Я свожу брови к переносице.

— И ничего предосудительного тут нет? — интересуется он.

Мне это надоедает.

— Да чёрт возьми! — вспылил я. — Ничего такого тут нет, если кучка болванов говорит тебе о том, что в этой жизни есть что-то «ненормальное», то пусть сначала попробуют, а потом говорят!

Ник вдруг кинулся ко мне и обнял. Его объятия застали меня врасплох, и я замешкался, не зная, как отреагировать.

— Прости. — Зелёные глаза невинно заглядывали мне в душу. Я не мог на него злиться...

— Ничего. — Я слегка наклоняюсь, и вот уже чувствую вкус его нежных губ, то, как он обжигает меня горячим страстным дыханием, его руки на моей талии...

Он порывист, спешен — куда-то торопится, я же — наоборот, спокоен и обстоятелен, мне хочется насладиться им без остатка. Кто знает, что этому принцу взбредёт в голову в следующий раз? Может быть, я никогда больше его не увижу...

Именно поэтому я подхватываю его, и сажаю на кухонный стол, мы неистово целуемся, мои руки снова доходят до ворота рубашки и на этот раз успевают расстегнуть одну пуговицу... Ник снова останавливается и как-то странно смотрит на меня.

— Будет больно?

«Да какая тебе разница, неженка?» — раздражённо думаю я про себя, но ему говорю правду — может быть больно, но я буду аккуратен.

В процессе освобождения его от одежды, мне в голову приходит одна мысль... О, да, мой исключительно извращённый вкус не даёт мне просто заняться с человеком сексом — обязательно нужны какие-нибудь дополнения. Но не с тобой. С тобой я могу обойтись без всего... Хотя ведь не обошёлся, если в нашей жизни появился Ник.

— Скажи мне... — шепчу порывисто, от осознания близости с ним, пусть даже пока не такой полноценной, всё равно немного сносит крышу. — Расскажи, как ты хочешь меня. Что ты чувствуешь?

Ник минуту молчит, но потом начинает говорить:

— Я хочу тебя всего... — шепчет он слегка растерянно. Ничего, главное — начать, далее слова придут сами. Я целую его соски и спускаюсь вниз, к прессу. Его рубашка расстёгнута, но до конца не снята, мои руки скользят по крепким бёдрам, обтянутым в джинсу, поглаживая их. — Хочу, чтобы ты вошёл в меня, взял меня сильно, грубо, как ты умеешь... — говорит Ник. Я чувствую, как его трясёт от желания.

— Продолжай... говори о своих ощущениях. — Прошу я, зубами расстёгивая молнию его бридж.

— Мне нравятся твои руки — то, как они проходят по бёдрам, вызывая во мне сладостную дрожь... Я люблю, когда ты проходишь по моей спине горячими ладонями... — я решаю поизводить его, и снова перехожу на пресс, даже не касаясь его восставшего красавца. — То, как ты целуешь меня, заставляет меня трястись от восторга и возбуждения, я до сих пор помню наш с тобой первый поцелуй — когда я сидел в кресле, а ты... наклонился и поцеловал... Я люблю твою резковатость в движениях, люблю твои мягкие красивые волосы, особенно — заплетаться в них пальцами, когда мы целуемся, люблю чувствовать твоё дыхание, мне ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх