Бэтгерл против Сиськомэна

Страница: 9 из 19

засосал их, словно кормился грудью. Сильные пальцы глубоко впились в мясистые шары, переминая их и придавая им различные причудливые формы. Рамон заставил Барбару вздрогнуть, схватив соски и покручивая их так, словно он настраивал радио, а потом снова захватил значительную часть мягкой податливой плоти в рот. Он колдовал над её сиськами, превратив их в горячие булочки похоти, посасывая и прихлебывая их, массируя до тех пор, пока те не стали темно-розовыми.

К тому времени, когда режиссер удовлетворился всеми ракурсами, и ласками Рамона, сиськи Барбары уже пылали огнем, мокрые от слюны и покрытые красными отметинами от пальцев. Дыхание женщины перешло в тяжелые вздохи, и Барбара ощутила, как влага формируется в её киске.

Барбара покраснела, и живот снова затянулся узлом, когда она услышала:

— Рамон, раздень её.

Опытный актер знал, что нужно делать, медленно развернув девушку таким образом, что её спина оказалась повернута к камере, он медленно спустил платье вдоль её бедер. Постепенно, великолепная, пышная задница девушки предстала взорам. Рамон встал и ещё раз поцеловал Барбару в губы, а его руки продолжили нежно ласкать теперь уже голые, пухлые ягодицы.

Барбара замерла, почувствовав, как Рамон засунул пальцы ей в трусики с каждого бока, и начал стягивать их. Трусики упали, и она вышла из них. Теперь Барбара была обнажена, на ней остались только чулки и подвязки. Медленно Рамон развернул девушку, показав обнаженный перед её тела и слегка раскрасневшуюся киску присутствующей публике. Черные подвязки аккуратно обрамляли центр её женственности, и место слияния с бедрами. Огонь в её животе превратился в бушующий пожар, и Барбара могла поклясться, что почувствовала, как жадные взгляды впились в её плоть.

Стоящий позади неё Рамон, повернул её голову и ещё раз поцеловал в губы, а его руки то поднимались то опускались, блуждая по всему телу Барбары.

— Разведи ноги, пожалуйста. — прошептал он. Барбара почувствовала, как стыд ещё сильнее заполняет её, когда она развела ноги в стороны, и увидела, что взгляды камер устремились на её мокрую киску. Ладонь Рамона легла на лобок, и палец проник в киску. Вся студия молчала, наблюдая, как Рамон балуется таким прекрасным, развитым телом, словно своей личной игрушкой.

Несмотря на охвативший её ступор, Барбара чувствовала, как растет в ней возбуждение, вызванное ласками Рамона. Неожиданно, он схватил её клитор и крутанул его. Барбару накрыл мощный оргазм, заставив содрогнуться все тело девушки. Рамон усмехнулся, почувствовав, что она кончила. Он был настоящим мастером по возбуждению женщин, и поразился, как легко ему удалось возбудить это замечательное создание, несмотря на всю её застенчивость.

Режиссер остановил съемку, к облегчению Барбары. Она потерялась в сексуальной дрёме, и ей необходимо было вернуться в реальность.

— Бабс, пора раздеть Рамона. Давай, девочка.

Камеры снова заработали, и Рамон улыбнулся, когда Барбара медленно расстегнула его рубашку и спустила вдоль его широких плеч, обнажив красивую, мускулистую грудь, покрытый кубиками живот и тонкую талию. Барбара не сдержалась, чувственно поцеловав его в грудь, и покрутив язычком вокруг соска. Потом, дрожащими пальцами она расстегнула брюки, и присела на корточки, стягивая их. Когда бедра освободились от брюк, полустоячий член Рамона выскочил наружу прямо у неё перед глазами.

Барабара прекрасно понимала, что поскольку он был порно-актером, у него никак не мог быть маленький или даже среднего размера член, но то, что она увидела, превзошло все её самые смелые мечты. Член в длину достигал все девять дюймов, и это при том, что он ещё не до конца встал. Словно у собаки Павлова, Барбара почувствовала, как у неё потекли слюнки при виде такого выдающегося агрегата.

— О. К. Бабс. Поработай с членом, — закричал режиссер.

Член Рамона задергался, когда она кончиком пальца дотронулась до его мягкой кожицы, потом пальцы девушки сжались вокруг ствола, и Барбара почувствовала, как член заполняется кровью, достигнув полной эрекции. У неё в руке оказалось десять дюймов самого идеального, мужского члена, из всех ею ранее виденных. Медленно, Барбара начала водить рукой вдоль члена, вверх и вниз. Большой палец руки потирал его большой фиолетовый шлем. Ей пришлось глотать слюну, которой начал заполняться рот. Задрожав, Барбара высунула язык и лизнула головку.

Камера крупным планом выхватила, как головка члена проникла в её мягкие губки. Ощущение стыда теперь полностью было ликвидировано сексуальным возбуждением. Барбара практически забыла о камере и существовании съемочной группы, наслаждаясь ощущениями пениса у себя во рту. Бедра Рамона толкнулись вперёд, протолкнув несколько дюймов ствола вдоль языка девушки, глубже ей в рот.

Когда он отстранился, из её рта показался его ствол, покрытый блестящей слюной. Медленно Рамон снова толкнул бедра вперёд, в очередной раз ощутив, как её шершавый язычок посылает волны удовольствия в нижнюю часть его тела. Каждый толчок проходил немного дальше, лишь на чуть чуть, и член все глубже проникал в сладкий рот девушки, пока она удивительным образом не смогла глотать целых шесть дюймов. Когда член уткнулся ей в горло, Рамон почувствовал, как горячие приливы слюны покрывают его ствол. Так продолжалось до тех пор, пока слюна не закапала из уголков её рта.

С его стороны, камера крупным планом сфокусировалась на красивом лице женщины.

— Смотри в объектив, детка. Вот так. Теперь медленно соси его член, и покажи абсолютное удовольствие. Хорошо, хорошо. Соси, детка, соси, как будто это не член, а самое вкусное лакомство в твоей жизни.

Барбаре снова стало стыдно, от того, что она выполняет самую интимную часть полового акта в грязной порно-студии, на глазах у многих людей, и её позор только усугубился, когда режиссер сказал — Вот так, детка. Ты прирожденная хуесоска!

Режиссер начал отдавать ей более подробные команды, так чтобы камера могла зафиксировать, как она сосет член, со всех возможных ракурсов. Её челюсть начала болеть. Режиссер ставил Барбару во все возможные позиции, при этом чтобы член Рамона был виден в её шелковых губках. В позе 69 она снова потерялась, когда ловкий язык Рамона проник ей в киску. Член Рамона послужил своеобразным и эффективным кляпом, заглушившим стоны Барбары. Она напряглась, и второй потрясающий оргазм захлестнул её тело.

Самой унизительной позой для неё показалась поза, когда Рамон сидел на диване, а она встала перед ним согнувшись в поясе. Пока она сосала, камера снимала все действо между её разведённых ног, фиксируя не только, как она берёт член в рот, но и её возбужденные пухлые половые губки и анус. И все это снималось крупным планом, в полном цвете и высокой четкости, для взыскательных извращенцев.

Много времени не потребовалось, чтобы Барбара ощутила приятный вкус спермы, так как преякулят Рамона начал сочиться ей в рот. Это, должно быть, послужило каким-то сигналом, потому что режиссер неожиданно остановил съемку и сообщил, что они сейчас будут снимать сцену с оргазмом, и «манишот», так он это назвал. Она снова ощутила стыд и вспышку гнева.

Рамон встал, а Барбара присела на корточки перед ним. Твердый член почти касался её губ.

— О. К. детка, давай, — скомандовал режиссер.

Барбара взяла член в руку и начала дрочить. Рамон был так возбужден к тому времени, что ей хватило всего нескольких секунд, и он задрожал, а его яйца напряглись, отправив свой жидкий заряд в ствол члена. Барбара все делала так, как ей говорили, и смотрела на Рамона взглядом, которым буквально умоляла оросить её своим семенем, при этом широко открыв рот.

Рамон кончил большими веревками молочной спермы на лицо Барбары. Снова и снова длинные белые, жидкие потоки ударялись ей в лицо, иногда попадая в открытый рот. Дернувшись в последний раз, Рамон погрузил ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх