Эксперимент

Страница: 1 из 2

Добрый день, читатели! Этот рассказ написан по одному малоизвестному фильму-сказке. Не решилась выкладывать его на фикбук (даже после изменения имён), чтобы не вызвать массовые инфаркты:) Вообще этот рассказ тоже своего рода литературный эксперимент. После него я решила что писать про секс, видимо, не моё, лучше им заниматься:) Но автор не может быть объективным, поэтому надеюсь на отзывы читателей, чтобы определиться, стоит ли мне и дальше писать эротическую прозу.

Принцесса Аделина (близкие называли ее Алиной, а иногда просто — Линой, но ей больше нравилось называться Адель) была в ярости. Ее бесило отношение Паши. Его благоговейное поклонение, эти стишочки романтические, целование ручек. Она не знала чего хочет, но точно знала что не этого.

В свои двадцать лет Лина уже давно не была девочкой. От своего отца она унаследовала грубую чувственную натуру, а от матери легкомысленность и безалаберность. При полной распущенности нравов, царившей при дворе короля Теодора, неудивительно что принцесса уже успела вкусить некоторых запрещенных удовольствий.

Она попробовала нескольких бравых гвардейцев и одного юного пажа, но никто и никогда не привлекал ее так, как Павел. Началось это внезапно. На одном из балов Алина с удивлением отметила, что Паша внезапно вытянулся и стал выше ее. Хотя он всегда был маленьким щуплым заморышем, который сидел в каморке на чердаке и боялся даже собственной тени. На балу он тоже, по своему обыкновению, жался в уголке.

Надо было проверить насчет роста и принцесса вытащила его потанцевать. Несчастный поэт ужасно смущался, потел, краснел, а после танца сразу же ретировался к себе на чердак, но дело было сделано. Они по уши влюбились друг в друга.

Алина удивлялась, как это она раньше не замечала потрясающе красивых белокурых волос Павлика, тонких черт его лица, мужественной осанки. Когда его руки крепко сжали принцессу во время танца, она разомлела от восторга и потекла. Ее ноги подкашивались от желания.

К сожалению, Павел ощущал восторг несколько иного рода. Он чувствовал, что наконец-то обрел поэтический идеал. Его регулярно тошнило стихами, поэт перестал спать по ночам и глазел на луну, мечтая подарить ее своей возлюбленной. А возлюбленная тем временем сгорала от желания.

Конечно, у Пашки тоже бывали физиологические реакции, нормальные для мужского организма. Но он справлялся с этим сам, даже не помышляя оскорбить чистоту принцессы. Разве только во сне Алина представлялась ему в несколько легкомысленном виде, что ненамного отличалось от ее обычных нарядов.

Он сравнивал ее с Дианой, с Артемидой. Когда она пришпоривала горячего коня, вырываясь впереди всех на королевской охоте, его сердце замирало в безумном восторге. «Богиня, богиня», — шептал он побледневшими губами. Физиологические реакции не заставляли себя ждать, что неимоверно смущало юношу и он становился еще более застенчивым и неуклюжим.

Но эта неловкость только притягивала Алину. Она всю жизнь командовала Пашей, была заводилой во всех детских играх и вот теперь чувствовала себя беспомощной перед этим рохлей.

Когда они встречались, она принимала свой обычный надменный вид, ожидая настойчивых ласк и соблазнения, перед которым она, конечно же, должна была пасть. Ведь так принято, таковы условия игры и все их знают. Но, увы, видимо Павел играл по другим правилам. Его милая робость и неловкость бесила ее и в то же время возбуждала. Стоило завидеть фигуру в черном, как она сразу становилась влажной и чувствовала томление в низу живота. Порой это было мучительным, почти невыносимым. Но нельзя было подавать виду, терять лицо перед этим жалким найденышем, безродным тупицей. Она страдала и шептала про себя все известные ей ругательства.

Обычные уловки вроде падения в обморок прямо на руки Павла, как будто нечаянного касания рук или некстати упавшей с плеча бретельки как назло не срабатывали. Они вызывали у него в лучшем случае глуповатую счастливую улыбку, а в худшем полный ступор с идиотским выражением на лице.

Но однажды Лине все-таки повезло. Говорят, что у всех влюбленных бывает в жизни такой день, когда им все удается. И, видимо, именно такой день наступил у принцессы Аделины.

Началось все ужасно. Она подвернула ногу, неудачно спрыгнув с коня. Папенька-король, конечно, только посмеялся над страданиями любимой дочурки, подбодрив ее дружеским похлопыванием по плечу. Королева Флора пришла в ужас, запаниковала и послала за королевским врачом. Алина, в свою очередь, послала всех и, прихрамывая, отправилась в свою комнату, запретив хоть кому-нибудь туда входить. Ее нога просто нуждалась в небольшом отдыхе.

Но, перешагивая порог, она споткнулась, сморщилась от боли и упала. Дверь, как назло, захлопнулась. Лина уже прокляла все на свете, пытаясь встать на больную ногу, но тут крепкая рука подхватила ее и поставила на ноги.

— Ой! — Адель охнула от боли и упала прямо на руки Пашке, — Как ты вовремя! А что ты здесь делаешь, кстати?

Поэт густо покраснел. Он принес Алине очередной стих собственного сочинения, но вручить лично боялся и хотел оставить вирши у нее на столе, как будто ненароком. И вот теперь его замысел раскрыт, а предательский листок ярко белеет на прикроватной тумбочке.

Пока Павел волочил Аделину к роскошной кровати под плюшевым балдахином, он так и не сумел придумать подходящего предлога. Но принцесса и так все поняла.

— Опять стихи притащил? — поморщилась она, — Ну что ж, давай почитаем!

Она протянула руку и взяла листок. Стоило только прилечь, как боль в ноге утихла и принцесса была в прекрасном расположении духа. Паша устроился у нее в ногах и с замиранием сердца ждал приговора своему творчеству. В то же время близость Адель волновала его и будоражила кровь. Он тихо млел от восторга, ощущая прикосновение ее маленькой ножки в шелковом чулке.

В это время Лина, делая вид, что читает стихи, исподтишка наблюдала за Павлом. Она прекрасно понимала его состояние, но не могла заставить его решиться на какие-нибудь действия. В последнее время она все более четко понимала, что действовать придется ей, иначе вообще ничего не получится.

«А что?», — размышляла она, — «Чего откладывать в долгий ящик? Момент вполне подходящий. Надо только решиться и попробовать. Попробовать что? Как же его соблазнить-то?»

Тут принцесса взмахнула листком и решила положиться на судьбу и женское чутье.

Павел заметил ее движение и вышел из своего блаженно-полусонного состояния.

— Принцесса! — воскликнул он, — Надеюсь вам понравилось?

Как все поэты, он был немного тщеславен, поэтому боялся насмешек Алины.

— Что понравилось? — спросила Лина, — Ах, это? Да просто великолепно! Павел у вас огромный талант!

«Надеюсь что не только талант», — подумала она и хихикнула про себя.

Юноша расцвел обаятельной улыбкой эротические рассказы . Похвала любимой была ему приятней всего на свете.

— Но... — Аделина слегка запнулась, но быстро собралась с духом и продолжила, — Я тоже хотела бы тебе кое-что показать...

Она сама не заметила, как перешла на «ты», совсем как в детстве.

— Паша, — проникновенным тоном сказала она, — Ты знаешь, у меня в последнее время есть одна навязчивая идея... Нет, ну я понимаю, что это ненормально... Но больше не могу этого скрывать, мне так хочется...

Павел был заинтригован. Он не понимал, о чем идет речь. «Может быть она тоже пишет стихи», — мелькнула нелепая мысль. А впрочем, не такая уж и нелепая...

— В общем, не буду тебя томить, — тем временем продолжала Алина, — Мне очень хочется показать тебе мои сиськи...

Павел был шокирован. Нет, сказать что он был шокирован, это значит ничего не сказать. У него был натуральный стресс. А потом несчастный поэт решил, что просто ослышался.

— Простите, принцесса, — еле слышным от смущения голосом произнес он, — Я не совсем хорошо расслышал, что вы сказали....

 Читать дальше →
Показать комментарии (6)

Последние рассказы автора

наверх