Страсть

Страница: 2 из 4

себя 45 летней женщиной, у которой пятеро детей и скоро будут внуки. Вся моя жизнь — это дом, работа, дом. По выходным просто дом в одиночестве, а в те редкие моменты, когда у него тоже выходной, мы сидим на диване и смотрим проклятый телевизор. Я могу по пальцам на одной руке посчитать, где мы с ним были за пять лет брака. Мне не надо много. Просто быть со мной рядом, что бы я не чувствовала себя брошенной...»

Неожиданное откровение девушки растрогало мою душу. Чувствовалось, что ей действительно плохо, и она мучается от того, что ощущает себя одинокой и не нужной. Эта извечная дилемма — или жена или работа. «Ты целыми днями пропадаешь на этой работе, всё работаешь и работаешь! Тебе что мало денег?!» — кричит уставшая от одиночества женщина, которой хочется, что бы муж был рядом и желательно в нужный для неё момент. «Сколько можно сидеть на диване?! Что у тебя за работа такая, день на работе — три дома?! Денег приносишь, еле на жизнь хватает!» — кричит другая, за стенкой, чей муж всегда рядом. Не многим удаётся найти золотую середину, особенно в больших городах, где хорошая и достойно оплачиваемая работа, на приемлемых условиях, большая редкость. Зачастую приходится выбирать — или дома, но тогда хлеб без масла, или на работе, но тогда ешь ужин одна.

«А у меня всё рухнуло из-за ревности. Простой, банальной, бабской ревности. Хотя я наверно и давал какой-то повод, но только условный, так как на самом деле ничего не было. Просто стиль общения и мужская сущность были чересчур, вольными для неё. Пока дело не дошло до убийства, решили расстаться», — исповедался я в свою очередь. Наше общение, которое с таким трудом началось, дальше уже продолжалось в свободном стиле. Марина уже не смаковала своё вино, а пила его глотками, опустошая стакан, за стаканом. Открытость в общении всегда привлекает и тянет за собой доверие и желание поделиться своими проблемами. Я действительно умею хорошо слушать. Правильно слушать, это не просто молчать и кивать головой, это реальное проявление интереса и сопереживание говорящему человеку. На каждое важное сообщение, необходимо высказать свою точку зрения, свой пример из жизни, который будет важен и интересен, но так, что бы этот пример был краток и не сбивал с мысли. Нельзя в беседе тупо со всем соглашаться. Это срабатывает только с очень недалёкими и сильно пьяными людьми. С такими как Марина, надо стараться высказывать свой мнение, но так, что бы оно не шло в разрез с её. Это потом, если отношения всё же возникнут, можно стукнуть кулаком по столу: «Мужик всегда прав!», но в начале, придётся вилять хвостиком.

Наша беседа затянулась далеко за полночь. Бармен уже несколько раз с надеждой поглядывал в нашу сторону, как бы желая внушить, что бы мы уже ушли. Никого кроме нас в баре не было. Все уже давно разошлись. «Вот ведь какая дисциплина! Будет молча ждать, пока посетители наговорятся, будет спокойно и с улыбкой наливать вино, хотя уже время работы закончилось», — посочувствовал я работнику бара. Специально для русскоговорящих клиентов над стойкой висела вывеска: «Работаем КРУГЛОСУТОЧНО с 15.00 до 03.00. Для русских до 04.00. Для пьяных русских до 05.00. « «Интересное у них понятие о круглосуточности и о русских туристах!», — подумал я.

Ночи тут холодные, а на мне и Марине были лёгкие одежды и, не смотря на горячительные напитки, мы ужасно продрогли. «Марина, я предлагаю продолжить наше общение в более тёплом месте! А то наш с Вами отдых, может закончиться сильной простудой!» — предложил я. «И в каком, это тёплом месте Вы предлагаете пообщаться? У Вас в номере или у меня в кроватке?» — слегка заплетающимся языком и с иронией ответила Марина.

«А давайте у Вас в номере, но можно и не в кроватке!» — ответил я: «У меня после приезда страшный бардак, всё разбросано по номеру и в холодильнике пусто! А у Вас, я в этом уверен, в белом холодном шкафчике, наверняка есть что-то приятное!» Марина засмеялась и ответила: «Я согласна, но учтите, меня даже на выпускном не смогли споить и склонить к сексу! Я даже когда сильно пьяная, всё равно не даюсь!» Хоть говорила она это весело и мы вместе рассмеялись, но я почему то почувствовал какую-то грустинку в её голосе. Сопровождаемые счастливым и благодарным взглядом бармена, мы пошли в номер.

Я как мужчина из вежливости, предложил даме руку, от которой она демонстративно отказалась и сделав несколько шатких шагов шмякнулась в какой-то изумительной колючести куст. Попискивая и покрикивая, она стала выбираться. В полутьме садовой дорожки мне были видны только очертания её стройных ножек, оголившиеся беленькие трусики, ярко выделяющиеся в темноте, и ищущие опоры руки. Сдерживая смех, я подошёл к Марине и помог подняться. Она плача стала жаловаться на боль и проклятый куст. Я как мог, старался успокоить её, но увидел, как по её нежной коже на руках и ногах, бегут тёмные струйки. Видимо она всё же сильно поранилась о колючки. «Марина, нам надо срочно промыть Ваши ранки, а то вдруг этот куст ядовитый!» — поторопил я девушку и уже без спроса и разрешения подхватил её за руку и повёл к отелю. Она безропотно засеменила рядом, обхватив мою руку и крепко прижавшись к ней. До самого номера мы шли молча, стараясь удержать равновесие и не грохнуться снова, но уже вдвоём.

Как только мы зашли в номер, я взял со стола пластиковую бутылку воды и смочил полотенце. Аккуратно, стараясь не причинять излишних страданий, я стал протирать ранки на теле девушки. Марина попискивала и корчила рожицы. Мне же доставляло огромное удовольствие не только оказывать помощь и показывать свою мужественность, но и прикасаться к нежной и шелковистой коже девушки. Марина довольно быстро поняла, что процедура по её спасению явно затянулась и с улыбкой сказала: «Мне кажется, что массаж при ранениях не показан!» Мне пришлось прекратить поглаживания её ножек. «Но надо ранки обработать чем-то асептическим! Давайте протрём одеколоном!» — сказал я, и Марина, порывшись у себя в сумочке, вытащила какой-то пузырёк. Довольно резко пахнущая спиртом жидкость обожгла израненную поверхность кожи Марины и из её глаз потекли слёзы: «Блин! Как жжёт-то!» Я стал дуть на ранки, стараясь облегчить страдания. «Мне так мама в детстве делала», — сказала с грустью Марина: «Когда приду с гулянки с разбитыми коленками, она их йодом смажет, а потом дует».

Наш разговор перешёл в область воспоминаний о детстве и школьных годах, который потом плавно перетёк в беседу о первой любви, первом сексе и прочих интимных вещах. «Я только школу закончила, поехала поступать в Москву. Очень хотелось именно там учиться. Все подружки и друзья были старше меня и учились в Москве и звали меня к себе. Вот я и поехала. На удивление поступила легко и без проблем. В сентябре, когда собрались все вместе, пошли в клуб, отмечать начало новой моей жизни и начало второго курса у них. Я таких напитков никогда в жизни не то, что не пила, я даже не видела. Только в кино. Голубые, розовые, изумрудные. А как попробовала, так прям, и потерялась вся. Я даже не помню, как захмелела до невменяемости. Тут ко мне и подкатил мой будущий муж — Виктор. «Какая красивая и без охраны!», и понеслось-поехало. Я же пьяная, весёлая, радостная. А через пару минут, уже целоваться начали, и танцевать в обнимочку, а потом в машине его оказалась. Мне не страшно совсем, наоборот, хорошо! Еду, в окошко смотрю, красивым огням радуюсь! Ну и вырубилась. Сколько спала не знаю, но проснулась от боли. Глаза открываю, всё кружится, понять ничего не могу, в голове шумит, а между ног жжение сильное. Пытаюсь пронять, что происходит, приподняться, но не могу. Чувствую, что придавлена чем-то тяжёлым. И вдруг до меня доходит, что на мне человек лежит и дышит прямо в лицо и телом своим на мне двигает. И каждый раз, как он дёрнется, мне между ног больно. Тут я и понимаю, что он меня трахает. Я как закричу, да как начну вырываться. У меня слёзы, сопли, маму зову. Я же девственница была убеждённая, а тут такое. «Не кричи, Мариночка! Всё хорошо! Я люблю тебя! Женюсь на тебе!» — ...  Читать дальше →

Показать комментарии (33)

Последние рассказы автора

наверх