Право на Надежду

Страница: 3 из 4

попытку отползти назад. Её действия были решительно пресечены моим противодействием, и это было вполне объяснимо. Я знал, что всё это временное явление. Набухший клитор, ставший после оргазма чувствительным до неприятности, вскоре обязан был вернуться к привычному для него состоянию. А в плотно сжатый, предположительно девственный, анус я вовсе не собирался палец трамбовать. Только легкий массаж, призванный активировать, как можно большее количество нервных окончаний, которыми усеян дамский (впрочем, не только дамский) задний проход.

Мой расчёт оказался верным. Вскоре наша возня и безмолвная борьба за инициативу сошла на нет, в связи со второй волной возбуждения, накрывшей Надежду с головой. Девушка сначала притихла, а затем, под воздействием моих ласк, вновь обильно потекла и стала постанывать. Сначала тихонько, еле слышно, но с каждой минутой всё громче и громче. Всё гуще и гуще. Не прошло и пяти минут, а она уже не только вернулась в состояние максимального возбуждения, но и исполнила свой коронный номер с удерживанием моей головы руками у себя между ног. Я против этого не возражал.

Повторный акт оральной ласки оказался значительно короче предыдущего. Второй оргазм девушки не заставил себя долго ждать, и уже через три-четыре минуты вновь облагодетельствовал мою партнершу. Надя снова заметалась по дивану со стонами и божественными причитаниями. Я придерживал её за бедра в одном положении вплоть до момента, пока она не дернулась ещё раз напоследок и не притихла. Затем она блаженно зажмурилась, и устало свернулась клубочком. Совсем, как засыпающая маленькая девочка, поджав под себя ножки.

Только теперь я отпустил её и поднялся на ноги. Плеснул себе в бокал немного вина. Сделал глоток, смачивая горло, и потянулся к ширинке. Джинсы стащил вместе с трусами, освобождая истомившийся в неволе член, одеревеневший от не востребованной до сих пор эрекций. Слегка надрочил его, расправляя попутно выбритые яйца, чуть слежавшиеся в тесных плавках. Приведя «рабочий инструментарий» в надлежащее состояние, избавился от рубашки и носков, оставшись, в чём мать родила.

Финальным штрихом стал презерватив черного (!) цвета, натянутый на крепкий ствол совершенно буднично и без лишних сантиментов. Теперь я был полностью готов и мог приступать к делу. Хотя, в данном контексте, правильнее будет сказать, к телу. Кстати, о теле. Надя, которой это самое тело принадлежало, по-прежнему лежала, свернувшись калачиком. Лишь изредка, будто выныривая из недр небытия, лениво поглядывала на мои приготовления, и очаровательно улыбалась.

Улыбка, впрочем, совсем скоро сменилась выражением настороженной неизвестности. Вероятно, Наде и в голову не приходило, что я уготовил для неё значительно более интенсивное продолжение вечера, чем ей могло показаться. Я схватил её за щиколотки и резко потянул на себя к самому краю дивана. В результате этого маневра платье задралось вверх и сбилось в кучу под грудью, упрятанную в кружевной бюстгальтер цвета беж.

Несколько секунд я поелозил Надеждой по поверхности дивана, удерживая её за ножки, словно за поручни тачки, чтобы подобрать оптимальную позицию для дальнейшего развития событий. Подобрал. Теперь оставалось растянуть щиколотки в противоположные стороны и вставить жилистый ствол в сочную расщелину, предусмотренную природой между ног каждой представительницы прекрасной половины человечества. Проникновение произошло незамедлительно и на всю длину.

Надя напряженно вдохнула, а я, не менее напряженно, как это ни парадоксально, выдохнул. Погрузившись вглубь до упора, задержался внутри, прислушиваясь к ощущениям. Уютно, жарко, тесно. Фантастика, обожаю это ощущение. Именно в этот момент мне расхотелось действовать в свойственном мне, агрессивном, стиле. Я двинул Надю от края дивана обратно к стене и взгромоздился на неё, заняв, таким образом, своё место в классической миссионерской позе.

Теперь я лежал лицом к лицу сверху на девушке, а она обвивала меня ножками. — Привет, — прошептал я ей на ушко, медленно отводя бедра назад. — Привет, — улыбнулась Надя в ответ, прикрывая глазки от удовольствия, и инстинктивно подставляя шейку для поцелуя. — Как тебе вечер? Таким ты его себе представляла? — я продолжил непринужденную беседу на ушко, после того, как несколько раз коснулся поцелуем её шейки и плавно опустил бедра вниз. — Нет... Не таким, — выдохнула Надя, — Не ожидала, что он получится таким волшебным. — Рад, что тебе нравится, — ответил я, постепенно наращивая амплитуду раскачиваний бедрами.

— Мне так хорошо... ещё никогда... не было... честно, — рывками выдавила она из себя, не открывая зажмуренных глаз. — Рад это слышать, наслаждайся, — произнес я, закусывая губу, изготавливаясь отбиваться от подступающего оргазма. Отбиться, в принципе, было бы немудрено, стоило лишь притормозить. Но я набрал неплохой ход и уже во всю ритмично поскрипывал пружинами дивана. Прерывать процесс или замедляться было бы несолидно. Да и барышня пребывала в том состоянии, когда нужно костьми на поле брани лечь, но лицом в грязь не ударить. Она будто в параллельное измерение телепортировалась. В то самое измерение, в котором секс — образ жизни.

Её лицо было столь одухотворенным, стоны столь глубокими, а подмахивания бедер столь самоотверженными, что сбой заданного мною же темпа стал бы форменным предательством с моей стороны по отношению к ощущениям партнерши. Поэтому пришлось стиснуть зубы и терпеть, что есть силы, заставляя себя не задавать Наде непристойных вопросов, которые так часто срываются с моих уст во время акта соития с малознакомой особой. Любой такой вопрос, или же откровенный ответ мог спровоцировать детонацию в моём сознании и мощный оргазм, как следствие.

Однако, как показали следующие несколько минут, я совершенно напрасно готовился к затяжной осаде. Надежда продемонстрировала сразу несколько признаков приближающегося, третьего по счету, финала. Учащенные стоны, с традиционным для неё поминанием Высших сил, это раз. Легкая испарина, выступившая по всему телу, это два. Объятия, ставшие особенно крепкими, это три. И натуральное расцарапывание моей спины, это четыре. Да-да, такое случается не только в сюжетах анекдотов и эротических фильмов. Девушка буквально исполосовала мою спину ногтями в момент зарождения волшебного таинства.

Вскоре Надя перестала царапаться, визжать и извиваться. Расслабилась и обмякла подо мной, переложив руки со спины на мои ягодицы. А затем, вдруг, потянула меня в сторону, пытаясь уложить на спину. Подобная инициатива заинтересовала меня, и я не стал сопротивляться. (Специально для sexytales.orgсекситейлз.орг) Молча, скатился с партнерши в сторону и, заложив руки за голову, замер в интригующем ожидании. Надежда устало поднялась на ноги и еле устояла на них. Вид у неё был совершенно обессиленный, зато счастливый.

Одарив меня довольной улыбкой, девушка стала раздеваться. Наконец-то я смог в полной мере оценить её фигуру. Пропорции пришлись мне по вкусу, хотя, скажу без лукавства, и не тянули на самый высший балл. Грудь, учитывая недавние роды, находилась в приличном состоянии. Связка «бедра — талия» оказалась вполне приемлемой, как для экс-роженицы. Ягодицы тоже в порядке, даже без скидки на интересное положение, в котором побывала их обладательница. Надя заметно смутилась моего испытывающего взгляда, очевидно, расцененного ею, скептическим.

Я же поспешил развенчать её подозрения шутливой фразой: — Надюш, «ему» (кивок подбородком вниз) холодно. Делай что-нибудь, исправляй положение. Девушка успокоено улыбнулась и устроилась у меня в ногах. Не между них, а рядышком, с правой от меня стороны. В позе, лежащей на лапках, сгруппировавшейся кошечки. Взялась за вздыбленный член, как за рычаг переключения скоростей механической коробки передач. Оценивающе подергала его из стороны в сторону, с лукавой улыбкой поглядывая на меня. Затем вдруг заговорщицким ...  Читать дальше →

Показать комментарии (85)

Последние рассказы автора

наверх