Вопреки судьбе. Часть 1

  1. Вопреки судьбе. Часть 1
  2. Вопреки судьбе. Часть 2
  3. Вопреки судьбе. Часть 3

Страница: 6 из 29

почтительно склонили головы, когда я проходил мимо, и это был жест отнюдь не вежливости, а искреннего уважения. Они жили на Арене. Хотя правильнее будет сказать, они жили лишь до тех пор, пока побеждали на Арене. И уважали любого, кто сумел то же, что и они.

Я забрал Виолетту, тихонько просидевшую весь бой в комнате для «свободных» гладиаторов, и направился к выходу. Рабыня явно смущалась идя по людному коридору, но старалась не подавать виду. Мне, в общем то, было все равно. После такого напряженного боя мне было не до женщин. Кровь все еще бурлила в венах.

Попадавшиеся мне навстречу имперцы почтительно расступались в стороны. Хотя, чего тут больше — уважения или элементарного страха, сложно было сказать. Я все еще был во всеоружии, неся в одной руке нагинату, а в другой меч, выискивая глазами свое семейство, а лучше раба Тимура, чтобы сбагрить ему эти железки.

Семья попалась мне навстречу раньше раба. Отец помахал рукой около самого выхода, заставив меня сменить направление и подойти к нему.

— Превосходная победа! — почтительно склонил голову он. — Скажу честно, сын, в какой-то момент я даже подумал, что это будет твой последний бой!

— Меня так просто не возьмешь, — усмехнулся я, передавая свой меч Владимиру, моему младшему брату. — Возвращаю тебе рабыню.

Я заметил довольный взгляд Марины, брошенный на Виолетту. Она была против моей идеи наказания, но, увидев его в действии, явно передумала. Для привилегированной рабыни отца подобное обращение было гораздо хуже рассеченной спины. В стенах нашего дома это весьма сильно ударит по ее репутации хозяйской любимицы среди других рабынь, чего я, собственно, и добивался. Да и отец до самого конца наказания побрезгует трахать ее, уделив Марине чуть больше внимания, чем обычно.

— Мастер Катрегги! — раздался откуда-то знакомый голос.

— Сенатор Николай, — почтительно склонил голову отец.

— Превосходно, просто превосходно! — на лице у сенатора блуждала улыбка, а в руках мужчина побрасывал увесистый кошель. — Ваш Александр просто превосходен!

— Я вообще то стою здесь, — довольно тоскливым голосом заявил я, уже порядком устав от того, что меня даже не замечают.

— Конечно-конечно! — улыбнулся сенатор, бегло встретившись со мной взглядом и снова переводя его на отца. — Вы бы слышали возгласы Императора! Он ликовал как младенец, когда Александр выиграл бой! Давненько я не видел такого живого интереса к играм на его лице!

— Александр — превосходный воин, — кивнул отец, принимая похвалу от моего имени. — Я рад, что он доставил своим умением удовольствие самому Императору.

— Превосходно! — еще раз воскликнул сенатор. Я машинально отметил, что вокруг нас уже собралась приличная толпа, жадно ловя каждое слово. — Скажите, Александр, как вам это удается?

Мысль пришла внезапно. Вспыхнула в мозгу, заставив меня расплыться в обворожительной улыбке. Я поднял руку и развязал ремешок на ножнах, вынимая клеймор из-за спины.

— Все просто, — спокойно произнес я, протягивая меч сенатору. — Этот клинок выручал меня не единожды.

— Ооо... — немного притихнув протянул Николай. Да уж, я давно уже заметил, что блеск стали работает не только на песке Арены. — Охотно верю.

— Вы только попробуйте, — слегка надавил я, не выдав себя ни единым жестом. — Этот клинок отлично сбалансирован, удобнейшая рукоять и превосходная сталь!

Сенатор краем глаза бросил взгляд на толпу, ждущую его слов. Я прямо таки чувствовал, как в его голове ворочаются извилины, прикидывая как бы вежливо отказаться, не ударив в грязь лицом. И, судя по всему, не найдя выхода, все же предпочел согласится на мое предложение, протянув руку к рукояти.

«Купился, надутый хрыч», — мысленно улыбнулся я, глядя как Николай примеривается к клинку правой рукой.

Я совершенно спокойно держал клинок одной рукой и сенатор, вспомнив о том, как я крутил этот меч на Арене, явно предположил, что раз я могу держать этот клинок, то и он тоже сумеет.

И едва только Николай поудобнее схватил меч, как я разжал свою руку. Клинок тут же устремился вниз и с диким лязгом врезался в пол, выбив изрядный кусок черной плитки.

— Вот же ж член Шеготара! — сенатор даже не поскупился на ругательство, с трудом удержав клинок лишь у самого пола.

Я обвел взглядом толпу, отмечая тщательно скрываемые улыбки. Все же не каждый день увидишь сенатора, стоящего раком прямо перед городской знатью.

— Да, тяжеловат немного, — стараясь наполнить голос нотками сочувствия, я помог сенатору встать, забрав при этом у него меч. — Зато позволяет нанести ничего не подозревающему врагу столь сокрушительный удар, что он уже не оправится.

Я, правда, умолчал о том, что сокрушительный удар этим мечом был только что нанесен самому сенатору. Впрочем, по его взгляду я легко понял, что он и так вполне осознал это. Николай скользнул взглядом по красной ленте на моей руке и посмотрел на меня уже слегка по другому — с явной опаской и даже некоторой долей уважения.

— Да, теперь я понимаю ваше искусство немного лучше, сир Александр, — сенатор снова обвел взглядом толпу, уже понимая, что конфуз вышел немаленький и проклиная себя за то, что не отказался, пока была возможность.

— Если вы позволите, то я откланяюсь, сенатор. Устал как жрица Вермирры после недели празднований, — я склонил голову в жесте почтения, которого, если честно, не испытывал.

— Да, конечно, — Николай быстро попрощался с моей семьей и растворился в толпе.

Мы же отправились прочь из здания Арены. Марина пыталась как можно быстрее увести меня отсюда, пока я еще чего-нибудь не натворил. Я выловил Тимура из толпы, всучив ему мой арсенал, моментально отбив у паренька желание глазеть на Виолетту.

Мы отошли уже на приличное расстояние, когда Марина наконец то сорвалась.

— Обязательно было так поступать, Александр!? Он сенатор! — в голосе отчетливо слышался гнев.

— Стоило позволить продолжать ему унижать меня? — спокойно спросил я. Со своими родичами юлить, прячась за улыбками и показными интонациями, было совершенно не за чем.

— Он хвалил тебя! — возразила мачеха, прекрасно осознавая, что наглым образом лжет.

— Хотел бы похвалить — обратился бы ко мне напрямую, — повел плечами я. — Интересно, сколько он заработал на моей победе? И сколько заработал я, кстати?

— Около трехсот тысяч золотых, — машинально ответила Марина, мысленно подбирая аргументы.

Если честно, то и я, и она заранее знали, чем все это кончится. Мы поспорим, потом она будет пару дней капать на мозги отцу, после чего он отведет меня в сторонку и с глазу на глаз попросит больше не высовываться перед нею, прекрасно понимая, что моя выходка семье никакого вреда не нанесет.

Хуже всего то, что и Марина это понимала. Сенатор слегка унизил воина, а воин отплатил ему тем же. В случае каких-либо претензий это было индивидуальным делом двух аристократов, а значит, закончилось бы поединком. И, боюсь, исход был явно не в пользу сенатора, что он, наверняка, прекрасно понимал. А значит, никаких претензий. К тому же, у нашей семьи с Николаем никаких общих финансовых интересов не было.

***

Двумя ночами позже я с коротким деревянным мечом в руках дрался со стражником во дворе нашей усадьбы.

Пара резких ударов и его меч вылетел из рук. Опять. В седьмой раз, если уж на то пошло.

— Да чтоб тебе в мантии, сшитой Шеготаром, ходить! — закатил глаза я. — Откуда у тебя руки растут, Ринкс!?

— Простите, сир! — стражник потирал уже весьма изрядный синяк на запястье. — Вы так быстро ударяете, что я просто не успеваю!

— Член Мораг-Бата вам в зад! — я устало положил руку на лицо. От этого аргумента я уже порядком подустал. — Противник никогда не будет ждать, пока вы достанете свой меч из штанов! — прикрикнул я уже не только на Ринкса, но и на остальных, наблюдавших за тренировкой и впитывавших каждое слово и жест, стражников. — Противник никогда не спросит ...  Читать дальше →

Показать комментарии (25)

Последние рассказы автора

наверх