Только твоя, любимый, только твоя... Глава 5

  1. Только твоя, любимый, только твоя... Глава 1
  2. Только твоя, любимый, только твоя... Глава 2
  3. Только твоя, любимый, только твоя... Глава 3
  4. Только твоя, любимый, только твоя... Глава 4
  5. Только твоя, любимый, только твоя... Глава 5
  6. Только твоя, любимый, только твоя... Глава 6
  7. Только твоя, любимый, только твоя... Глава 7: Заключительная

Страница: 1 из 3

Кусочек ночного неба в окне. Краешек иссиня-черного покрывала, покрытого россыпью мерцающих звезд. Таких далеких. Таких манящих...

Когда-то, именно у этого окна, Марина впервые услышала самое ласковое и самое нежное «люблю» в своей жизни. Тогда бывший прошептал ей на ушко, как сильно он любит ее, свою Мариночку.

Свою кошечку.

Свою маленькую, сладкую девочку.

Свою звездочку...

Вот этого Марина не простит ему никогда. И никому не простит. И не позволит.

Не позволит называть себя словом, от которого ее дыхание замирает, и, на краткий, сладостный миг, она словно бы улетает из этого жестокого и циничного мира куда-то далеко-далеко.

Туда, где нет боли и лжи, нет предательства и смерти, нет одиночества и страшных, бесцветных будней — в дивные грезы, где живет одна лишь счастливая любовь.

Занятная аксиома: даже у самой прожженной шалавы где-то, глубоко в душе есть такой уголок светлой, розовой мечты, не запятнанный ни скотством на грязных простынях, ни чередой абортов, ни памятными шрамами от «постоянных пользователей».

Марина шалавой не была, а уж прожженной — тем более. Порой, конечно, Маринка игриво называла себя «шлюшкой» или «развратницей» — например, когда в тесноте клубного танцпола терлась обтянутой платьицем попкой о вздыбленный член незнакомца, прикрытый брюками, и позволяла его рукам мелкие вольности.

Или же в ситуациях, менее невинных: когда медленно надрачивала одному знакомому мальчику в подъезде собственного дома. Не то, чтобы ей очень хотелось, но уж больно мальчик был приставучий — и крайне ранимый. Их последнее свидание случилось перед его отъездом в другой, далекий город — а месяц ухаживаний ни на сантиметр не приблизил паренька к вожделенному телу. Так что девушка решила все-таки поощрить паренька за целеустремленность и терпение.

Тогда Марина ласкала ручкой его готовый взорваться орган, скорее, из сострадания, нежели в порыве горячей страсти. Она подумывала порадовать усердного парнишку и минетом, но даже не успела, как следует, настроиться на быстренький подъездный отсос: мальчик, шумно застонав, кончил так мощно, что покрыл струями семени противоположную стену темного закутка на последнем этаже еще не до конца заселенной высотки.

В тот момент, глядя на потоки густой, тягучей и почти что лишенной прозрачных мутноватостей спермы, которую выбрасывал из себя несгибаемо стоящий ствол, Марина искренне пожалела, что больше ничего не успеет с этим, без сомнений, «потенциальным» мальчиком. Но все равно не стала ласкать его ротиком. Нечего баловать...

С той поры, Марина сильно изменилась. И теперь, смотря в глаза своему бывшему, своему «экс-», она уже точно не опустится до подобных вольностей. Она ведь знала, как он будет себя вести, как будет стараться сбить с нее эту непроницаемую броню холодности.

Как он будет беситься при виде ее насмешливой улыбки, пробегающей по пухлым губкам в ответ на его попытку сумничать или, в очередной раз, похвалиться какой-нибудь безделицей из собственной жизни.

Как он будет тщетно пытаться приобнять, чмокнуть, а то и вовсе повалить на давно «испытанный» диван в надежде на собственную, так сказать, неотразимость и ее уступчивость.

Марина все это знала, словно сама заставляла бывшего исполнять все эти уже малость наскучившие номера на очередной «бис».

Но все это были полумеры, разогревчик, привычный обмен тычками, демонстрация новых ухваток, изученных за почти годовой период расставания, после которого «экс-» вновь решил вернуть Марину в свою жизнь, под которой, очевидно, подразумевал койку и провалы свободного времени...

Основной вопрос он еще задаст. Чуть позже, разгоряченный словами своей «звездочки» про «интересное приключение на море», «ни с чем не сравнимый, новый опыт» и «людей, которые принесли в ее судьбу что-то очень важное и очень особенное».

Он будет бороться с желанием задать его, тот самый, единственный и неповторимый, уникальный по своей уничижительной силе вопрос, ответ на который окончательно и бесповоротно раздавит в нем ту дутую, но изрядную самоуверенность, которая надежно скрывает в нем нутро послушного и угодливого мальчика.

Он медленно выдохнет, соберется с мыслями и силами, аккумулирует в себе всю энергию Вселенной, настроит чакры, позвенит для форсу шпорами — и наконец-таки сам озвучит себе приговор этим одним, на первый взгляд, совершенно невинным вопросом:

— Мариш, а ты спала с кем-нибудь на море?

Пауза. Всегда должна быть пауза. И милая улыбка, обезоруживающая любого самца.

— Да, — просто ответит Марина.

И все. Начало положено.

Она, конечно, расскажет ему все. Подаст эту историю ровно так, как нужно, чтобы он навсегда почувствовал себя раздавленным и морально виноватым перед ней, бедной, утратившей веру в людей и чистые чувства девочкой.

В этом рассказе не будет очень многого из того, что произошло — и обнаружится многое, чего не было вовсе.

Правда, услышь он ее, лишь больно бы уязвила его, ранила бы, сбила бы с ног и запинала сапожищами в дорожной пыли. И это была бы воистину минутная победа. Или, скажем, триумф на час... на неделю... пускай, бы даже на год!

Но после такого удара он бы оправился. И тоже вконец бы изменился. Стал сильнее, крепче, отыскал бы в себе ту самую, спасительную ненависть — и попер бы по жизни вперед, набивая шишки, покрываясь сеткой шрамов и буграми мышц и приобретая самое страшное оружие человека, закаленного стычками с ближними своими: опыт.

А опытный мужчина при встрече с той, которая дала ему первый волшебный поджопник, обычно мило улыбается — а после, из чисто спортивного интереса, увлеченно ебет ту самую неподалеку от места, где свела их ехидная судьба. Чтобы потом оставить после себя лишь воспоминания о хоть и потрясающем, но все же унизительном вечере.

Такой расклад Марину не устраивал. Избить, изранить до полусмерти — это не вариант. А вот отравить — да так, чтобы яд травил не разом, а долго, с каждым новым эпизодом даря иной тип боли и унижения — вот это было самое то.

И только что бывший сглотнул первую ложечку этого яда. И приоткрыл рот для следующей:

— Да... И... как это случилось?

Марина изобразила на лице муки совести примерной девочки.

— Знаешь, мне не очень приятно об этом говорить... — она подняла на своего «мальчика» зеленые глазки и грустно улыбнулась. — Но я расскажу тебе, если хочешь — ведь в этот раз у нас не должно быть секретов друг от друга...

«Уже три дня прошло с той ночи в автобусе, когда Марина нашептывала своему спящему воздыхателю-провожатому все его самые сокровенные желания — и то, как именно он может рискнуть их осуществить.

Да... такой гипноз не снился и самому Милтону Эриксону, не говоря уже о небезызвестной парочке Бендлер энд Гриндер, вскружившей голову всем юродивым мира сего своей НЛП-придумкой.

Как и следовало ожидать, парень, едва отстирал обкончанные во сне шорты, немедленно принялся волочиться за Мариной везде и всюду. Поначалу ее это даже забавляло, но после стало откровенно раздражать. Тем более, что присутствие рядом этого ревностного — до идиотизма — хранителя Марининого целомудрия сильно мешало ей нормально знакомиться с парнями, чьи взгляды на ее чуть прикрытую прозрачным платьицем попочку и наполовину оголенные холмики сисечек с головой выдавали намерения курортных самцов.

Сперва несчастный влюбленный и его товарищ чуть не кулаками отогнали от них с Юлей двух молоденьких мальчишек, один из которых уже вовсю намекал Марине на «прогулку по ночному пляжу». Потом они же завели привычку инспектировать их номер, периодически устраивая побудку чуть не в восемь утра — даже после ночи в одном из местных клубов.

Но, в итоге, воздыхатель-провожатый совсем перестал видеть край, когда предпринял героическую попытку остаться с Мариной в комнате наедине, предварительным обманом выманив на улицу Юльку, попросив товарища запереть их снаружи — и, что хуже всего,...

 Читать дальше →
Показать комментарии (1)

Последние рассказы автора

наверх