Сладкий грех

Страница: 1 из 4

Монахини Верона и Агнесс вертелись друг перед другом. Они задрали рясы и, хихикая, рассматривали то, что открывалось перед невинными, в общем-то, взглядами. Молоденькие девушки не считали это грехом — подумаешь, их стройные ножки затянуты в тонкие черные чулочки и обуты в туфли на высоченной шпильке; ну, подумаешь, на них сейчас весьма недвусмысленные трусики. На одной — такие же прозрачные, как чулки, не скрывающие аппетитной щелки между ягодицами, да и смутно очерчивающие складочки внизу живота, а на второй — маленький лоскуток ткани, закрывающий только непосредственно киску, с тонкими завязками высоко на женственных бедрах. Весь лобок с тоненькой щеточкой аккуратно подстриженных волосиков оставался вызывающе открытым.

 — Ты — дитя греха! — хихикнула Верона, разглядывая попку подруги.

 — А ты — дитя порока! — засмеялась в ответ Агнесс и протянула руку к промежности повернувшейся Вероны, делая вид, что собирается ее схватить.

Верона взвизгнула и отскочила в сторону, заливисто засмеявшись в свою очередь. Девушки еще не знали греха, и все их забавы были совершенно невинны и бездумны. Смутные желания изредка томили плоть, но были невыразимыми и слабыми. По крайней мере, ни одной из монахинь не приходило в голову связывать эти томления с нуждами сочных, цветущих, упругих тел.

Где-то вдалеке хлопнула дверь. Девушки посмотрели друг на друга, прыснули, прижали ладошки к полным губкам, а потом поспешно одернули рясы, поправили головные уборы, закрывающие голову, шею, плечи и оставляющие открытым лишь непосредственно овал лица.

Монахини бросились на колени, изображая ревностную молитву.

Дверь в молельню открылась. Вошедшая пожилая аббатиса сурово оглядела монахинь, неодобрительно поджала губы, заметив румянец на пухлых щечках.

 — Сестры! Наш монастырь посетил кардинал де Мон. Он хочет провести сегодняшнюю ночь в молитвах и отрешении от бренных дел. Его преосвященство приказал позвать вас, чтобы приобщить к святости.

 — Э... э... Но мы не готовы, сестра! — воскликнула Верона, бледнея от ужаса.

Агнесс была чуть спокойнее:

 — Мы с сестрой удалимся в комнату, приведем свои чувства к смирению и прибудем к его преосвященству.

Но наставница была непреклонна:

 — У вас было время на отрешение от земного. Кардинал ждет вас.

Монахини помертвели от ужаса. Им казалось, что уж кардинал точно определит, какой бездонный грех содержится под благочестивыми одеждами... Но признаться аббатисе было еще страшнее. Однако делать нечего, и, ступая на носочках, чтобы аббатиса не услышала стука каблучков о камень, монахини поплыли к двери.

Девушки никогда не были столь глубоко под землей. Еще во время спуска на нижний ярус подвала, они удивленно переглядывались: чем выше к небу — тем благочестивее молитва. Зачем же кардинал решил уединиться так глубоко под землей?

Однако когда толстая дубовая дверь закрылась за ними, девушки вполне оценили уютность полутемного помещения. Несколько толстых свечей с трудом разгоняли мрак, а высокие своды потолка терялись в наползающей темноте. Уютно горел угловой камин, выполненный в виде готического собора. От него шел приятный красноватый свет и убаюкивающее тепло. В центре, рядом с двумя самыми большими свечами находился огромный широкий диван. На нем и расположился кардинал, устало прикрыв глаза.

Когда монахини бросились перед кардиналом на колени с воплями «Ваше преосвященство!» и поцеловали его руки, он медленно открыл глаза и сделал знак подняться.

Чуть горбатый нос пару раз едва уловимо сморщился, словно принюхивался к чему-то, потом кардинал сделал непонятный жест в сторону дверей и произнес:

 — Вот, что, сестры, нам нужно кое-что сделать...

В течение 15 минут монахини зажигали новые свечи, бросали в камин какие-то ароматные порошки, попеременно читали из старинной книги непонятные фразы, просто останавливались в указанном месте, чертили на полу странные фигуры. Кардинал в это время что-то шептал про себя, словно молился. Вид у него был набожным и отсутствующим, пока Агнесс, дочертившая очередной символ, вдруг не воскликнула:

 — У нас, кажется, получилась пентаграмма!

Лицо кардинала стало сосредоточенным:

 — Заверши узор, сестра!

 — Но...

 — Заверши узор! — заорал кардинал.

Его лицо поплыло, красная одежда тоже как-то странно стала меняться, словно прилипать к телу.

Испуганная окриком, Агнесс поспешно мазнула по полу мелом. Комната тоже поплыла, не меняя очертаний, пространство подернулось рябью, от камина разошлись круги, словно в воду кинули камень. Впрочем, застывшие от ужаса монахини не смотрели в ту сторону. Все их внимание было приковано к кардиналу.

Черты лица, контуры тела начали стремительно преобразовываться. И скоро посредине комнаты стоял настоящий дьявол, причем без одежды. Красная сутана исчезла, превратившись в почти такую же красную кожу. Ноги кардинала ниже колена представляли собой голени козла с красной шерстью, заканчиваясь, как и положено, вишневыми копытами. Шапочка кардинала преобразовалась в рожки см 10 длиной, а сзади метался из стороны в сторону хвост. Самым ужасным был внушающий страх даже в повисшем положении красный член, свисающий между багровых пузатых яиц. Лицом дьявол отдаленно походил на кардинала, но выражение лица было страшным, особенно когда чудовище улыбнулось.

Монахини взвизгнули разом и помчались к двери. Дверь даже не сдвинулась. Тогда девушки начали кричать, да так, что дьявол даже поморщился. Однако, по всей видимости, криков никто не услышал.

Агнесс плакала, сползая по двери на пол, Верона кусала руки, чтобы не выть от ужаса, когда посередине пентаграммы взвилась россыпь мерцающей пыли. Закружился вихрь. Ослепительно переливающиеся звездочки уплотнились. Раздался хлопок, и удивленным взорам монахинь предстала стройная фигурка. Обе тут же заскулили от новых страхов — появившееся существо хоть и напоминало обнаженную девушку, но было явно потусторонним. Демонесса! Черная кожа, маслянисто блестевшая в свете свечей, небольшие рожки, хвост, метавшийся из стороны в сторону и бивший по стройным ножкам. Впрочем, нужно было признать, что облик демонессы не был отталкивающим. Ее тело на первый взгляд было хрупким. Длинные ножки, заканчивающиеся изящными копытцами, тонюсенькая талия, подчеркивающая женственность бедер, упругие грудки с вызывающе розовыми сосками, кричаще выделяющимися на черных округлостях.

Демонесса, едва проявившись, бросилась на шею демону. И не просто бросилась, а запрыгнула на него, обхватив его бедра широко раскрытыми ножками. Красная ладонь демона накрыла почти полностью черную ягодицу и стиснула ее. Девушки с некоторой долей сопереживания наблюдали, как вишневые массивные когти впиваются в глянцевую кожу, едва не прорывая ее. Однако демонесса не обращала внимания на то, что дьявол лапал ее своей пятерней размером почти со всю ее попку. Она извивалась на широкой груди и возбужденно, с полустонами, шептала:

 — Дорогой... Наконец-то ты обо мне вспомнил... Я так соскучилась...

Телодвижения и жаркий шепот демонессы не замедлили сказаться на состоянии демона. Его внушительный член начал распрямляться, набухая и многократно увеличиваясь в размерах.

Глаза монахинь изумленно распахнулись, а ротики широко раскрылись, когда они увидели, в какую дубинку превратился красный отросток. Они и обычного члена еще пока не видели, а тут перед их неверящими взглядами оказалось нечто невероятно большое, увитое венами и напоминающее узловатую толстую палку.

Между тем красный член дьявола уперся огромной головкой в промежность демонессы. Речь той стала практически бессвязной. Ее попка стала еще больше крутиться и раскачиваться. Агнессе и Вероне показалось, что демонесса хочет насадиться на огромный член. Не смотря на страх и невероятность ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (4)

Последние рассказы автора

+8.6 (94)
21414
2
26 мая 2015
4
 
наверх