Табель о блядях. Часть вторая: Блядь № 35 etc

  1. Табель о блядях. Часть первая: Блядь № 1903
  2. Табель о блядях. Часть вторая: Блядь № 35 etc

Страница: 3 из 7

ваш чудесный альт?

— Куда-куда? — закудахтал я, — Проебала я его.

Мой ответ произвел на седьмом этаже настоящий фурор. Девки гомерически заржали, и продолжалось это, по меньшей мере, минуту. Вот тут-то я и понял, что смех не вполне здоров и адекватен. Этот надрывный хохот с заторможенной амплитудой гортанных сокращений и протяжными провисаниями не спутать ни с чем. Без «волшебной» травки, определенно, не обошлось.

— Ну что, поискать мой чудесный альт поможете? — обратился я наверх, как только поутих гогот, — Может, и ключ потерянный отыщем заодно.

— Ааа, я поняла, кто это! — пропела Жанна, — АлександрИЙ, изволь к нам на огонек пожаловать?

— А веселой сигареткой угостите? — подколол я девчонок.

— Да ты что ж такое кощунственное говоришь-то, АлександрИЙ? Мы водку не пьем, ганжик не сосём и в зад не даём, — последовал смелый ответ, сопровождаемый новым взрывам подкумаренного хохота.

— Расскажи бабушке, про эрекцию дедушки. Видел я вчера ночью, как вы не пьете, не сосёте и не даёте, — дерзко парировал я.

— Вечер перестает быть томным, — произнесла Жанна многозначительно, — Это веское обвинение. Доказательства есть?

— Доказательства — не проблема. Спорим, сейчас поднимусь, и улики сами найдутся?

— Спорить, наверное, не будем. С нами тут Алена, а она у нас элемент ненадежный, — девушка предусмотрительно отказалась от возможного расследования, — Но ты все равно поднимайся, разбавишь наш женский коллектив. Сразу в комнату заходи, у нас там небольшой банкет.

Приглашением я, разумеется, воспользовался, но не сразу. По дороге заглянул к себе, и зацепил мешок фисташек, привезенных с собой из Узбекистана и чудом уцелевший, после вчерашней, всепоглощающей, попойки. На всякий случай расфасовал по карманам спортивных штанов пару презервативов. В правый — ребристый, в левый — ультратонкий. Судя по всему, они сегодня могли очень даже пригодиться.

— Что празднуем? — спросил я, заглядывая в дверь с табличкой «747».

Девчонки сидели вкруг журнального столика, приставленного к паре сдвинутых панцирных кроватей. Это довольно частая практика в женских комнатах, применяемая для экономии места. Парни, по понятным причинам, этого никогда не делают, а вот девчонки — запросто. Сдвигают кровати, застилают поперек несколькими матрасами и, вуаля, широкое ложе, значительно более удобное одноместной койки, готово. На таком комфортно и спать, и перед телевизором валяться и трахаться, само собой разумеется.

— День Петра! — не задумываясь, и даже не моргнув глазом, ответила Жанна, выглядевшая раз в сто привлекательнее, чем давеча утром.

— Это чё еще за праздник такой? — усомнился я (и небезосновательно) в существовании подобного торжества. Впоследствии я узнал, что студенты нашей общаги, выпивая без особого повода, круглогодично «отмечают» это псевдособытие. Но тогда мне это было невдомек, потому я и был, вполне справедливо, осмеян, все тем, же неадекватным коллективным хохотом.

— Как? Ты не празднуешь великий День Петра? — надрывалась одна из двух незнакомок, русоволосая девушка в домашнем махровом халатике.

— Было бы — чем праздновать, а вот, что именно отмечать — мне до настольной лампы, — ответил я лаконично, и меня вновь окатили волной довольного смеха. Одобрительного, на сей раз.

— О! Наш человек! Бери тару и подваливай на раздачу, — тряхнула иссиня-черными кудряшками вторая незнакомка, хватаясь за большой бутыль с вином, очевидно, домашним.

Приглашать дважды меня не потребовалось. Захватив в кухонной части комнаты самую обычную керамическую кружку с забавной надписью «Iloveбухать», я разместился на полу, рядом со все той же кудрявой девушкой, наполнившей емкость до краев ароматным крепленным вином.

— Танька у нас молдованка, — пояснила Жанна, — Её родичи-винокуры нас виношкой с первого курса снабжают. Знакомьтесь, кстати, это — Аня, это — Таня. Аленку знаешь, меня тоже.

— Я гагаузка, — вежливо поправила подружку Татьяна.

— Тогда пьем сначала за автономию Гагаузии, потом за знакомство, а там и Петра вашего помянем, — поднял я первый тост.

Следующий час мы активно знакомились поближе. Девчонки, впрочем, практически ничего о себе не рассказывали. Четвертый курс, друг дружке все землячки, учиться приехали из соседнего Днепродзержинска. Вот и все, по большому счету, что мне стало о них известно. Зато они, в свою очередь, безостановочно расспрашивали меня про мою родину, казавшуюся им столь же экзотическим краем, как, скажем, Бангладеш.

Продолжительный разговор о среднеазиатских странах, как правило, рано или поздно, упирается в обсуждение доступности там наркотических средств. Людям, проживающим в странах Европы, отчего-то думается порой, что на Востоке можно выйти к ближайшему базарчику и, совершенно не напрягаясь, наряду с изюмом или курагой, прикупить килограмм-другой героина. А заросли конопли — это и вовсе типичное зрелище, присущее декоративно-растительному оформлению каждого уважающего себя двора.

Так считали и мои новые знакомые. Я не стал вдаваться в подробности, объясняя им, что в Узбекистане, к примеру, незаконная торговля и употребление наркотиков карается куда строже, нежели в Украине. Просто сказал, что их представления несколько ошибочны, и напрямую вломил вопрос о наличии у них «веселой травки»:

— Ну, так, а вы где свою «шмаль» храните?

Девчонки переполошились. В их планы явно не входило обсуждение их собственных запасов.

— У нас нет никакой «шмали», — осторожно ответила за всех Жанна, определенно игравшая в их квартете роль «первой скрипки».

— Ой, та ладно! — отмахнулся я скептически, — Кому ты рассказываешь? Курите же? Курите. Сегодня курили? Курили. Всё скурили? Не всё. Ни за что не поверю, что всё. Почкой правой чую, что «кораблик» с вечера брали, а «напасли» максимум полтора «косяка». А остальное, значит, где? Остальное, значит, в «нычке». Вопрос не в том, есть ли она, а в том — где она.

— Ты полегче с выводами, Шерлок, Танька у нас староста этажа, вообще-то, — Жанна решила защищаться нападением.

— Пфф... , — скорчил я рожу, — А староста что, не человек что ли, расслабиться не любит?

— Да любит, конечно же, любит. Жанка, хорош в шпионов играть, давайте лучше «подогреемся», — встряла в разговор с разумным предложением та самая Таня-староста.

Жанна, которой, вероятно, доставляло некое удовольствие пререкаться со мной, на это ничего не ответила. Молча, подставила табуретку к стене и достала из глубины вентиляционного отверстия пакетик зеленого порошка растительного происхождения.

— Кто «забивать» будет? — спросила она, покручивая заветный узелок на указательном пальце, — Я не буду, бо психовать опять начну.

— Я «забью», — предложила Алена, — Анька, дай сигарету.

— Стой! Давайте лучше по паре «мокрых» сделаем, до самых костей «проберет»? — выдвинул я свое предложение, — Вы, где обычно «напасаетесь»?

— В семьсот четырнадцатой, но это строго между нами, окей? — заговорщицки шепнула Таня-староста, будто её кто-то мог подслушать, — Эта комната у нас для заочников содержится. Убитая — в задницу. Там только шкаф, да пара кроватей. Ключ у меня, как у старосты, хранится.

— Понятно, — улыбнулся я, — Пользуешься служебным положением.

— Типа того, — улыбнулась в ответ брюнетка, и взглянула на меня с особой симпатией. Этот взгляд был мне знаком и означал, что я очень даже ей приглянулся. Да и она была весьма недурна собой. Под спортивным костюмчиком угадывалась неплохая фигура, а смазливое личико не портила даже пара красных прыщиков, старательно замаскированных тональным кремом. На эту молдавскую курочку вполне можно было пустить запас презервативов, пролеживающих в карманах без дела.

Четвертью часа позднее, мы тихонько пробрались в, ужасающе пустую, комнату «714», и закрылись изнутри на замок. Не завидовал я заочникам, дважды в год въезжающим, в эти унылые стены, украшенные обоями, раза в два, пожалуй,...  Читать дальше →

Показать комментарии (36)

Последние рассказы автора

наверх