Корабль страсти (блядский корабль)

Страница: 2 из 10

Неужели отец не вызволит её? Он очень влиятельный и уважаемый человек. Да и муж занимает не последнее место в обществе. Вдвоём они уговорят императора отпустить её. Обязательно уговорят! Хотя, то что она слышала о Калигуле...

Пальцы, таки протиснулись в её влагалище, преодолев сопротивление. Подвигав ими немного туда-сюда, лено вытащил их и обнюхал.

— Хорошая, здоровая девка. Очень хорошая. Пожалуй, я буду пускать к тебе мужиков почище, да поприличней и платить они будут не по два медяка, а скажем серебряный сестерций за час. Ну да, не меньше сестерция за такую девку!

— Я тебе не девка, — произнесла Эмилия и отвернулась.

— Эй, эй, будь-ка повежливей! — воскликнул сводник. — Или ляжешь у меня под вшивого бродягу! Жаль будет портить такой товар!

И грубая, шершавая ладонь лено отвесила по ягодицам юной матроны звучный шлепок. Черноволосая девица, по виду чуть старше Эмилии, сидевшая в соседней клетушке захихикала.

— Твоя соседка Миртис, — сводник кивнул в сторону черноволосой. — Советую подружиться с ней. Она тебё всё расскажет и покажет. Ну, а меня зовут Квинт. Просто Квинт. Ну всё, красавица, у меня ещё куча дел. — лено направился к выходу из коморки. — Готовься, через час пришлю к тебе первого клиента.

* * *

Перед входом в клетушку стоял невысокий, полный, лысоватый мужчина по возрасту, годившийся бы Эмили в отцы. Длинный крючковатый нос и смуглая кожа указывали на восточное происхождение незнакомца, как и его непривычная для римлян одежда. Что-то вроде длиннополого халата с длинными рукавами. Темно-карие, блестящие, слегка на выкате глаза пристально и с нескрываемой похотью уставились на юную матрону. Отсутствие волос на голове мужчины с лихвой компенсировалось... Нет, усов и бороды у незнакомца как таковых не было, зато была обильная, густая, черная щетина, едва ли не до самых глаз.

— Это Иосиф Левий из Эфеса — торговец специями, — шепнула Миртис, прижавшись щекой к решетке, отделявшей её от соседки. — Иудей, кстати весьма неплох... Ты удивишься.

Эмилия не успела шепнуть в ответ, что этот перегрин (11) ей так мерзок, что едва ли сможет чем-то удивить, поразить и покорить её. Тут возле клетушки появился ухмыляющийся лено.

— Встречай своего первого гостя.

— Она пъелесть, пхгосто пъелесть, — ужасно картавя, произнёс толстый иудей и, не отрывая масляного взгляда от девушки бросил своднику монету. Тот ловко поймал её и упрятал в кошель.

— Развлекайся, почтенный Иосиф.

Иудей открыл дверь клетушки и вошёл внутрь, полусогнувшись.

— Слахденькая девотчка, — он облизнулся. — Иди-ка сюда.

Эмилия, сидевшая на топчане забилась в самый дальний угол. С ужасом она следила за приближающимся уродцем.

— Расслабься и прими неизбежное, — прошептала Миртис. — Поверь, так будет легче. И хлебни ещё вина.

— Ты что, боишься меня? — спросил торговец, протягивая в сторону девушки руки. Она увидела, что его толстые пальцы почти все унизаны кольцами и перстнями.

— Она в первый раз, и очень волнуется, — произнесла Миртис.

— О! Не ненугжно волгноваться! — воскликнул иудей. — Я не обхгижу такую застенчивую милашку. — Он присел на край топчана. — Как зовут тебя?

Юная матрона хотела ответить: «Я Эмилия Кориолана Вициния — дочь сенатора», но в последний миг передумала и назвала, лишь своё имя.

— Ты очень кыасива, — заулыбался торговец.

Его правая рука коснулась левого колена девушки. Эмилия вздрогнула, сейчас больше от отвращения, нежели от страха.

— Пьекхаасна, как богиня любфи! Одагхи бедного Иосифа своей любофью!

И он, придвинувшись вплотную, уже не церемонясь, распалённый похотью запустил под подол короткого хитона, в который была одета Эмилия обе руки. Толстые пальцы иудея начали лапать бедра и ляжки девушки, хватали её, то за коленки, то за икры, то за щиколотки. Затем, торговец начал раздвигать ей ноги.

— Ну-ка, покажи, кхакой пегхсик ты там пхячешь!

По приказу лено Миртис за час до визита посетителя побрила и лобок и вообще всю промежность Эмилии, не оставив нигде ни единого волоска. Почувствовав оголенную женскую picse (12), торговец специями начал довольно сопеть, выражение его рожи стало ещё более похотливым. Ну, прямо, как у козлоного сатира, изображения которых Эмилия как-то раз видела на потолочных фресках в доме одного знакомого неаполитанского богача.

Толстяк задрал хитон Эмилии ей до живота и втиснул руку между полураздвинутых ляжек девушки. Его пальцы начали раздвигать испуганно сжавшуюся щелку picse.

— Ты должна быть откхгытой и мокхгой, — прохрипел Иосиф Левий, едва ли не вплотную приблизив свою рожу к лицу девушки. Она ожидала неприятной вони из его рта в котором не хватало половины зубов, но к своему удивлению ничего такого не ощутила. Более того, от иудея исходил довольно таки необычный и приятный запах. Недаром он торговал специями.

— Давай-ка похгладим тебя здесь, — указательный палец правой руки Иосифа протиснулся в щелку повыше того места, где был вход во влагалище и начал двигаться там круговыми движениями. Эмилия закрыла глаза и сразу стало, как-то легче. Она сосредоточилась на своих ощущениях, стараясь отстраниться мыслями от всего остального. На месте иудея, она, даже представила своего мужа Марка Флавия.

Палец торговца между тем продолжал двигаться, слегка нажимать, тереть неподатливую девичью плоть. И она начала понемногу поддаваться. Губки слегка приоткрылись и Иосиф встретил это событие радостным бормотанием. Его палец стал более быстрым и настойчивым. Он отыскал заветный маленький бугорочек над входом во влагалище и принялся за него с ещё большим усердием. Эмилия знала об этом бутончике страсти. Ещё будучи совсем юной, она ни раз ласкала себя там и полагала, что об этом местечке знает, лишь она одна. Муж ни разу не прикоснулся к ней там. А толстяк Иосиф знал своё дело. От его прикосновений пипочка набрякла и начала сладко зудеть. И та влага, которую так хотел торговец, тоже появилась. В дело вступили и другие пальцы руки. Они мяли, растягивали и теребили нежные лепестки picse, проникали то по одному, а то и сразу по два во влагалище, где с каждым мгновением становилось всё более горячо и мокро.

— О да, моя маленькая шлюшка! Да! Ты почти гхотова!

Теперь, тело девушки охватила иная дрожь. Желание становилось всё острее и нестерпимее. Тут еще, в клетушку Миртис ввалился здоровенный легионер. Не церемонясь, он схватил девку и сорвав с неё одежду, повалил на топчан. Миртис хихикала и лежа с раздвинутыми ногами, поглаживала свои полные, тугие груди с торчащими сосками. Легионер забрался с ногами на топчан, задрал свою тунику и присев на корточки, прямо над лицом девки принялся всовывать ей в рот, уже возбужденный член. Размеров он был немалых. Но Миртис умудрялась вбирать его ртом почти целиком. При этом, она мычала от удовольствия (или хорошо изображала таковое), а когда член ненадолго выходил из её рта, жадно хватала воздух, дыша судорожно и с надрывом.

Это зрелище невольно захватило Эмилию. Да что там, теперь уже отовсюду раздавались стоны, вскрикивания, слышались влажные шлепки друг о друга обнаженных тел. Куда не посмотри, в каждой клетушке мужчины совокуплялись с женщинами. Кто-то медленно и сладострастно, кто-то быстро и яростно. Аура разврата и похоти охватила помещение, проникла в каждый уголок огромного корабля. Никто не мог противостоять этим первобытным диким инстинктам, каждый сейчас на корабле, будь то мужчина или женщина поддался всесокрушающим чарам эротизма.

— Встхань, поднимись, — забормотал торговец.

Эмилия выполнила. Она была выше иудея на полголовы. Он торопливо сорвал с неё одежду. Начал что-то бормотать по своему, и везде беззастенчиво ощупывать её. Жадные, шершавые ладони скользили по грудям, бёдрам, ягодицам юной матроны.

— Ани охевет отха (Я тебя люблю), — бормотал он. — Хамуда, хамуда (Милая) Яфа шели (Моя красивая).

Эмилия не понимала ни слова, но странно ...  Читать дальше →

Показать комментарии (32)

Последние рассказы автора

наверх