Дядя Ваня

Страница: 3 из 4

— в голосе восхищение. — Придумщица моя!

Интенсивность движения мужской ладони увеличивается. Трахает меня пальцами, стараясь проникнуть как можно глубже.

Я бабочка, я птица, я лечу...

— Не закрывай веки, хочу видеть твои блядские глаза! Мне постоянно снятся твои глаза.

Пытаюсь сфокусироваться на его лице, но вижу только синее небо. Или может, это синее-синее море, и я тону, а не летаю.

— Блядь, какая же ты красивая!

Вытаскивает пальцы...

— Оближи! Лижи их, как будто это мой член. Старательно.

Подчиняюсь, посасываю его пальцы, облизываю, ощущая на языке свой вкус. И всё выше, всё дальше, всё глубже, погружаюсь в это синее небо, это синее-синее море.

— Как ты это делаешь? Ты выворачиваешь меня наизнанку! Ведьма!!

Пальцы снова входят внутрь меня, резче, резче, сильнее...

— Дядя Ваня, — раздается мой срывающийся шепот, — больше не могу! Не могу...

— Не закрывай глаза, хочу смотреть в них, когда ты кончишь!

— Не могу больше, не хочу больше... Дядя Ваня, пожалуйста-а-а...

— Ещё как можешь, ещё как хочешь, я тебя сегодня всю выпотрошу!

— А-а-а!

Это море-небо накрыло, догнало.

— Чёрт, глаза, не закрывай глаза, слышишь!

Сползаю талым маслом по стенке, еще сильнее насаживаясь на мужскую руку. Бьюсь, трепыхаюсь, дышу на его пальцах.

Дядя Ваня не дает передохнуть ни секунды, разворачивает, словно большую марионетку, спиной к себе, задирает плащ вверх. Сильная ладонь звонко шлепает по моей покрытой испариной попе. Расстёгивает брюки, чуть разводит мои дрожащие ноги, затем хватает за волосы. Его член входит в меня сразу и полностью, до упора. Я ещё не отошла от оргазма, сокращаюсь и пульсирую на нём.

— Блядь, какая же ты там узкая!

Голос хриплый, накалённый страстью. Движения резкие, жадные. От них сотрясается мое тело, от них вибрирует всё внутри. Кто-то скулит. Бог ты мой! Это я скулю. Скулю, словно маленький котенок, и сильнее развожу ноги, отклячивая попку.

— Дядя Ваня! Трахни меня! Выеби! Порви меня! Дядя Ваня-я-я!!

Он выполняет эту просьбу-мольбу. Грубее, сильнее, быстрее, жестче в мою влажную глубину. Все мои ощущения сосредоточены сейчас там, между ног. Ничего не вижу — вокруг пелена, синяя-синяя пелена. Я не женщина сейчас. Я самка, шлюха, блядь. Я — пизда. Ноги подгибаются, падаю вперед, в последний момент успев выставить руки. Соскакиваю с члена, и дядя Ваня недовольно ворчит. Теперь я на четвереньках. Он опускается на колени с и снова задирает мой плащ наверх.

— Какая же у тебя красивая попка.

Шлёпает ладонью по моей правой ягодице, по-хозяйски хватает за бёдра, снова насаживая на свой член. Глубокий толчок и я опять кричу. Толчок, толчок, огонь, ток... Толчок. Ещё и пробку двигает внутри моей попки. Теперь уже завываю. Руки тоже подкашиваются, головой упираюсь в пол. Жестко и неудобно. Какие мелочи, главное, чтобы дядя Ваня не останавливался.

— Нравится, когда тебя раком дерут? Сука похотливая, блядь.

Бранные слова еще больше заводят. Люблю ощущать себя его маленькой развратной, готовой на все девочкой. Воздуха не хватает, или я сама его задерживаю внутри, стремясь выжать всё из каждого глотка. Уже снова вошла в предоргазменную эйфорию, внутри нарастает напряжение. Совершенно ничего не соображаю, только иногда хватаю ртом воздух, чтобы потом опять его держать как можно дольше в себе и тихо на выдохе поскуливать. Застываю в ожидании вспышки внизу живота, благословляя каждый удар члена внутри. Вот он, взрыв, вон он, оргазм.

— А-а-а... — толчки продолжаются...

— А-а-а... — оргазм продолжается.

— Сука! В рот! Хочу спустить тебе в рот! — орет в нетерпении дядя Ваня.

Быстро обходит, приподнимает мою голову за волосы. Я вся ещё в полученном оргазме, но рот открываю и плотно обхватываю его член своими алыми губами.

— Бляядььь!! Как хорошо!!

Дядя Ваня разряжается потоками спермы. Глотаю эту вязкую жидкость, чувствуя любимый терпкий вкус. Он выдавливает последние капельки в мой открытый жаждущий рот, потом водит постепенно теряющим упругость членом по моим накрашенным губам, размазывая по лицу яркую помаду и свою сперму.

Силы покинули нас. Я в изнеможении падаю на пол, дядя Ваня устало садится рядом. Мы даже не прошли с ним в квартиру, всё ещё в коридоре, всё ещё одетые. Дядя Ваня только расстегнул ремень и спустил штаны. В нас двоих такая страсть, что нам даже секунду невозможно терпеть. Смотрю затуманенными глазами на него. Это не просто хорошо. Это... Каждый секс с ним непередаваемый. Мы словно созданы для удовольствия друг друга. Кажется, дядя Ваня думает также:

— Марья, ты феерическая женщина, — в голосе усталость и удовлетворение...

Я часто думаю, а как дядя Ваня трахает других, свою жену, например? Он же спит с ней, супруга ведь, а возможно, существуют и другие любовницы. Но тут воображение меня подводит. Все попытки выведать что-то у него ни к чему не приводили. Я получала всегда один и тот же ответ: «Марья, тебя это не касается».

Подползаю к нему, обнимаю за талию, кладу голову на твердое мужское плечо. После такой страсти мне хочется нежности.

— Девочка моя, ласковая, — шепчет дядя Ваня, легонько гладя меня по волосам.

Как хорошо, как тепло, спокойно в этих объятьях. И синь его глаз теперь греет.

— Маш, нам надо выбираться из коридора.

— Мне и тут хорошо.

Начинаю его целовать.

— Марья, я старый человек, — жалуется дядя Ваня.

— Может, мне уйти! — шутливо, слегка наигранно восклицаю я.

Он молниеносно хватает меня за волосы.

— Ещё чего, ты ещё не раз будешь подо мной орать и скулить, — шепчет дядя Ваня жарким шепотом в мое ушко.

От этого низкого голоса мне захотелось орать прямо сразу. Смотрит в мои глаза, в которых опять похоть.

— Блядь, Маша, что ты со мной делаешь?

Его губы накрывают мои, впиваясь поцелуем в рот.

И я опять летаю, а может, плыву по этому синему морю, синему небу.

Мы все-таки добираемся до кровати. Он расстёгивает наконец-то пуговицы моего плаща, не спеша, в предвкушении, как будто распаковывает заветный подарок. Освобождает мое тело от одежды, а потом неторопливо разглядывает.

— Ты как-то изменилась, стала женственнее, просто дух захватывает.

Напряглась. Скажи! Сейчас хорошая возможность открыться.

Дядя Ваня целует мой пупок, постепенно опускаясь ниже. Когда развратный язык касается клитора, дёргаюсь, как в судорогах. Нет! Не тот момент. Потом, когда-нибудь позже скажу. Трусиха! Какая же я трусиха!

— Давай в позицию 69, сладкая, подними моего мальчика, а я поиграю с твоей попкой. Не бойся, ты ведь не зря готовилась, красавица, и туда тебя выебу.

Мои губы плотно обхватывают ещё вяловатый член. Ничего! Я знаю несколько действенных приёмчиков, с помощью которых можно его поднять. Дядя Ваня дует на мое лоно. Сильнее развожу ноги, предлагая ему всю себя. Смотрит, ласкает глазами, но ничего не делает. Дядя Ваня мастак мучить, доводить до грани и отступать, ожидая, когда мне полностью снесет крышу от желания, и я начну умолять, упрашивать его трахнуть себя. Затем вдруг сразу внедряется везде, анальной пробкой в попку, пальцами внутрь, языком лижет клитор. Дергаюсь и невольно выпускаю из своих губ его член. Замираю, наслаждаясь ощущениями. Я только недавно получила два потрясающих оргазма, но опять хочу, ещё хочу. Что ж ты со мной делаешь, дядя Ваня!

От него ушла только через 4 часа, полностью удовлетворенная, даже пресыщенная. Сижу в парке на лавочке, пытаясь надышаться воздухом, которого мне так не хватает в его присутствии. Выгляжу, наверное, странно. Слегка помятая француженка, в наглухо застёгнутом плаще, и это в такую-то жару. Вечер сегодня выдался теплый, вокруг все в футболочках гуляют. Но мне не жарко, даже наоборот, знобит. В парке столько людей, столько детей. Их смех, их радость проникают в меня, доставляя боль. Я опять ничего ему не ...  Читать дальше →

Показать комментарии (90)

Последние рассказы автора

наверх