В стране грез

Страница: 26 из 61

В возрасте всего тридцати трех лет, Сандра была абсолютной рекордсменкой страны по числу умерщвленных ей рабов — около семи тысяч! Несмотря на это, контингент постоянно пополнялся за счет разного рода мазохистов. Ведь Сандра очень легко принимала в рабы почти всех желающих, в отличии от Эммы Айс. С такой же легкостью она умерщвляла их каждый день. Однако ей мало было своих, иногда она требовала своих подруг, чтоб те отдавали рабов на умерщвление. Эмма редко делилась своей собственностью, хотя сама в гостях у Сандры около пятисот рабов умертвила за годы их дружбы. Скандальная певица сама ради забавы каждый визит Эммы приводила к ее ногам дюжины своих рабов, чтоб потешиться протыканием их висков веселой подругой.
Мисс Джоули и мисс Браун были дамами более солидного возраста, около пятидесяти лет. По красоте обе сильно уступали как Эмме Айс, так и Сандре Лион. Обе были рабовладелицами, но число их рабов можно было пересчитать по пальцам, и в отличии от своих более молодых подруг, они ни разу никого не умертвили.
Для любого раба было за честь умереть у ног именно СВОЕЙ Госпожи, поэтому рабы Эммы так боялись визитов Сандры Лион. За все время Великая Госпожа отдала на умерщвление своей подруге лишь тридцать рабов.
… Грин вошел в зал с большим подносом. На нем был аккуратный и очень дорогой (по его меркам) костюм. Поклонившись в пояс гостьям Госпожи, которых он видел впервые, мужчина составил вазы с фруктами на стол и двинулся назад, поклонившись еще раз до пола. Женщины беседовали о своем, не обращая на него внимания. Когда он уже подошел к двери, один из голосов окликнул его.
— Стой! Иди сюда!
Это была Сандра. Грин вернулся к столу.
— На пол, голову набок! — крикнула певица. В ее голосе был металл.
Грин вопросительно взглянул на Госпожу, он продолжал стоять.
— Ты не понял что тебе говорят?!
Сандра встала, подошла к нему и плюнула в лицо.
— Ничтожество! Знаешь, что я с тобой сейчас сделаю.
— Стоп Сандра! — это уже была Эмма. — Ты почему себя так ведешь в моем доме? Здесь я решаю — кто и когда умрет! И ты умертвишь кого-либо лишь в том случае, если я захочу! Раб, упал на пол! Лицо в ковер!
Грин молниеносно выполнил команду. Он так хотел, чтоб его умертвила именно Госпожа.
— Эмма, я не понимаю тебя? Ты пожалела эту мразь? Какое-то жалкое ничтожество тебе дороже прихоти подруги???
— Сандра, если у тебя мрази и ничтожества, то у меня рабы. Я гораздо разборчивее отношусь к кандидатам в мое рабство и не принимаю всех подряд, в отличии от тебя. Этот раб для доказательства лояльности и преданности мне сделал то, то никто из твоих рабов, или, как ты называешь — ничтожеств, не сделает никогда! И умрет он, когда я захочу! И только под моей ногой!
— Ты более пятисот моих рабов умертвила, я никогда для тебя никого не жалела. Если бы ты захотела — всех до единого отдала бы под твой каблук, а ты одного пожалела!
— Еще раз повторю — таких рабов, как у тебя, можно хоть сегодня всех умертвить, завтра ты новый контингент наберешь точно такой же. Немало желающих в нашей стране и за ее пределами окончить свою жизнь под каблуком певицы Сандры Лион. Мой же контингент уникален! Я годами его выбирала и дрессировала. На них держится корпорация, мое состояние и величие! На массовое умерщвление я отправляю лишь тех, кто исчерпал себя уже и не растет выше. А такие рабы, как этот, умирают, только если у меня возникает сильное желание!
— Ничего, во всех правилах бывают исключения. Это ничтожество именно я сейчас убью, потому что очень хочу! Голову набок, мразь!
Сандра вскочила на ноги и со всех сил пнула Грина по виску. Эмма тоже встала, строго взглянула в глаза подруги.
— Не забывайся, дорогая. Иначе выкину тебя в окно, и еще легко отделаешься! Или сама моей рабыней станешь! Я устрою это, если поставлю цель, ты меня знаешь. Не забывай, благодаря кому ты достигла чего-то в жизни.
Сандра отступила назад и опустилась в кресло. Она вся побледнела, ее трясло от бессилия.
— Успокойся дорогая. Не все в жизни бывает, как хочешь ты. А чтоб потешить свое самолюбие — сегодня ты умертвишь пятьсот моих рабов. Я хотела месяц назад семьсот умертвить, но этот раб мне доставил такое удовольствие, что я удовлетворилась и передумала. Через три часа рабы будут лежать на полу в моем большем зале. А пока сиди и отдыхай, твоей ноге работа предстоит.
— Спасибо, Эмма. Я с радостью и наслаждением умерщвлю пятьсот твоих рабов, но все равно чувствую, что это всего лишь подачка. Я очень хочу, чтоб этот издох прямо сейчас! Даже готова пятьсот тех живыми оставить ради этого. Неужели раб, пусть даже самый лучший, дороже дружбы?!
— Нет, дорогая. Раб не дороже дружбы. Но мое желание и воля — дороже всего на свете, именно они определяют продолжительность жизни моих рабов.
Сандра встала спокойно и поставила свою туфлю у лица Грина.
— Целуй!
Грин оторвал слегка лицо от пола и взглянул на Госпожу Эмму.
— Делай что она говорит, это приказ.
Несмотря на то, что ножки певицы были очень красивы, и миллионы людей мечтали бы их целовать, Грин с большой неприязнью выполнил приказ. Он поцеловал туфлю. Последствия удара еще ощущались: голова гудела, а по виску текла кровь. Казалось, что он предает свою Госпожу.
Сандра же оторвала ногу от лица, затем с силой вонзила туфлю в приоткрытый рот Грина. От удара пластмассовой платформой у него сломалась пара нижних зубов. После извлечения туфли изо рта, молодая певица еще раза три смачно плюнула в лицо и отрытый рот мужчины.
— Теперь я успокоилась немного. Пусть живет, если ты так хочешь. Для меня он и так уже ничтожество. А эти пятьсот человек оставлю на другой раз. Или сама умертви их, ведь ты месяц назад хотела это сделать.
— Хорошо, можешь потешить себя, девочка моя. Раб, покинь помещение! Дожидайся меня в моих покоях на полу. Приведи себя в должный вид перед этим!
Грин покинул зал, поклонившись Госпоже в ноги. На ее гостьей он и не взглянул даже. Афина вошла вместо него, а верный раб отправился в покои Госпожи. Приведя себя в порядок, он лег на ковер, повернув голову набок, и стал дожидаться прихода Великой Эммы.

14
Около четырех часов лежал Грин в одном положении. Абсолютно ясно теперь, не займет он уже никогда место Демириса, да и вообще Госпожа не подпустит его теперь к своему телу. После произошедшего сегодня, в чем его вины не было, для Эммы Айс он неинтересен. Скорей всего она его сейчас умертвит. К счастью для Грина, именно ножка Госпожи, а не какой-то другой дамы, заберет его жизнь.
Вскоре он услышал шаги. Вошли три женщины — Госпожа Эмма, первая рабыня Афина и еще кто-то.
— Раб, встать на колени.
Грин выполнил приказ. Госпожа Эмма и мисс Джоули сидели в креслах, Афина стояла сбоку, держа в руках какие-то документы.
— Значит так! Оглашаю свое решение. Знаю, что тебе оно сильно не понравится, но я так хочу. Если хоть слово против скажешь — отправлю в «искусственный ад», а главное — ты нарушишь волю своей Госпожи! Эта женщина — мисс Джоули, она моя хорошая подруга, которая много для меня сделала и во многом помогла. Сегодня а решила сделать ей подарок — тебя! С этой минуты ты — ее раб и личная собственность, а она твоя Госпожа! Все документы готовы и я передаю их ей!
Грин выслушал молча, он еле сдерживал слезы. Лучше бы Госпожа умертвила его, чем вот так просто отдала другой женщине. Причем женщине, к которой у Грина даже малейшей симпатии не было.
— Поцелуй ноги своей новой Госпоже!
Мужчина подполз к ногам мисс Джоули и поцеловал их обе по очереди глубоким поцелуем. По его лицу потекли настоящие слезы, не смог он сдержать их. Ноги этой дамы были хоть и не уродливы, но далеки от совершенства, к которому привык Грин.
— Все, на сегодня все свободны!
Эмма обнялась с мисс Джоули, Афина отдала ей документы, и они с Грином покинули поместье.

15
Грин сидит в просторном дорогом автомобиле. Напротив него мисс Джоули, его новая Госпожа. Они едут домой.
— Значит ...  Читать дальше →

Показать комментарии (18)
наверх