Джеймс Бонд

Страница: 2 из 4

окурок под ноги, раздавив его тапком.

Потом поднялся, взял бутылку и тарелку, я подхватил стопки, и мы пошли одеваться и закрывать баню.

Ночью, пока Ольга сопела рядом, я все лежал и думал о превратностях судьбы. И чем я дольше думал, тем во мне больше укреплялось уважение к этому человеку, при этом я и ни грамма не пытался в чем-то укорить и Катю. Ну, несчастный случай на производстве, с кем не бывает.

Наутро мы поехали домой, мы молчали, хотя и мне хотелось высказаться услышанным Ольге, и, судя по ее взгляду, ей тоже есть чем поделиться. Анютка только щебетала на заднем сиденье.

К разговору мы вернулись только вечером. Уложив Аннушку, мы улеглись в постель.

Разговор начала Оля:

— Ты знаешь, Катя мне открылась.

— Я знаю, мне Игнат рассказал, — перебил я ее.

— Он ее достает, постоянно зовет. Она боится... А при Игнате разговора не получится. Они подерутся.

— Мне съездить или ты можешь подстраховать?

— Я думаю, мне проще, ты же тоже мужчина, а при мужчине какой разговор?

— Ну, тогда логичнее тебе съездить, — заключил я.

Такой поворот Ольгу, похоже, устроил, это входило в их с Катей планы. Она сразу же схватила трубку:

— Да, решено, конечно. Хорошо. До завтра.

— Мы завтра поедем, Катя за мной заедет.

Вечером и правда, друзья пришли к нам. Дети сразу бросились к Анечке в комнату, а мы прошли на кухню, где завязался разговор. Оля ушла переодеваться. Затем вышла к нам, показаться. Она покрутилась в дверях, чтоб мы оценили ее наряд. Повосхищаться было чем. Белая водолазка ярко оттенялась черной коротенькой юбкой, стройные ножки тоже были в черных чулочках, которые я любил. И элегантные туфельки на высоком каблуке. Вместо привычной косички голову венчала великолепие тщательной укладки.

— С ума сойти! — только и смог произнести Игнат.

Катя с Олей спустились к машине, а мы расставили шахматы на столе, и начали сражение.

Часа через три Игнат с детьми ушел, я уложил спать дочку и тоже пошел на боковую.

Утром отвел Анечку в садик, а когда вернулся домой, Оля была уже дома. Она была какой-то уставшей, видимо разговор у Кати с этим парнем был тяжелый. Я накормил жену и она ушла спать, свалившись прямо в одежде. На чулках я заметил затяжку.

«Эх, пропали чулочки, надо новые привезти».

Скоро и мне надо было собираться, выезд был запланирован в обед, поэтому я собрался и поехал на базу готовить грузовик.

Приехал я через два дня. Оля меня встречала посвежевшей, веселой и довольной. Она очень обрадовалась, что я привез ей пару тончайших черных чулочек взамен испорченных. Жена запрыгала и поцеловала меня сладко-сладко.

А через пару дней весером снова раздался звонок. Я взял трубку. Это была Катя.

— Оля дома? — я позвал жену.

Ольга взяла трубку.

— Не знаю, надо спросить, — и посмотрела на меня.

— Что надо?

Жена прикрыла трубку рукой.

— Кате надо снова к Джеймсу.

Оказывается, этого эспэшника Джеймсом зовут.

— Когда?

— Чем скорей, тем лучше.

— Раз надо, значит надо.

Оля чмокнула меня в щеку. Распахнув шкаф, она стала переодеваться. Когда скинула домашнюю одежду, я залюбовался фигурой своей женушки. Как же она хороша. Никакого изъяна. Ладная, аккуратная, словно из белого мрамора. Светлые волосы и светлый почти незаметный пушок на лобке, светящийся от лучей падающего света. Только вот царапина под левой лопаткой портила белизну кожи. Я сидел и наблюдал за приготовлениями

Кружавчатые открытые трусики, такой же лифчик с получашечками и тонкими бретелями, красная блузка, черная юбочка-плиссе и... телесного цвета колготки? Нет, так дело не пойдет!

— Гармоничнее будут подходить новые чулочки. Что не носишь, тебе же вез, — подал я совет опытного эстета.

Оля обернулась, стрельнула глазами и, достав упаковку, разорвала ее.

Когда чулки обняли ноги, она снова посмотрела на меня.

— Ай, хорошо! Теперь красненькие туфли.

И красные туфельки завершили гарнитур.

Оля тщательно причесалась. Когда все было готово, я встал, обнял мою дорогую, взял ее лицо в свои руки и нежно-нежно поцеловал.

— Удачи тебе, родная. Ни пуха! Я тебя люблю.

Она, сияя, махнула рукой и выпорхнула в дверь.

Назавтра я снова повел дочку в садик. Ко времени ухода на работу жена еще не успела вернуться, поэтому я написал ей записку, чтоб забрала перед ночной сменой Анютку, и ушел.

Утром Оля вернулась с работы никакая. Мне пришлось повозиться, прежде чем ее раздел и уложил спать.

На мой вопрос: «Как там Бонд, Джеймс Бонд?», она только мазнула рукой, погружаясь в спасительный сон.

В садике уже успели привыкнуть, что приходит с ребенком отец. А что делать, если мама работает то в день, то в ночь, больных же не бросишь.

Так продолжалось еще недели три. Очередной звонок, и жена спешит выручать подругу, чтоб той не так страшно было ехать в ночь в чужой город. Я уже и трубку не стал брать, зная, что это Катя. Я привык к тому, что два-три раза в неделю, после короткого разговора, Оленька, глядела на меня, прижав к себе телефонную трубку, а после моего кивка, бросала «Еду!» и начинался спектакль с показами мод нового сезона.

К исходу месяца мне предложили выгодный рейс. Я договорился с напарником, что он подготовит машину, поэтому не торопился. Жена была дома, дочь в саду, поэтому захотелось близости. Я увлек Оленьку на кровать и стал ласкать ее. Затем достал из тумбочки новую упаковку индийских противогазов и вскрыл ее. Натянув средство защиты, я бросился в бой. Но видимо, усталость Ольги давала себя знать, она не так страстно отвечала на мои потуги. Но удивило, что я не ощущал обычного трения внутри работающего механизма. Мой поршень скользил свободно и гладко, как у прошедшего обкатку двигателя. Никаких помех, создающих дискомфорт. Молодчинка Олька, научилась управлять мышцами, расслабила их специально для меня, чтоб я мог получить особенное удовольствие. Когда копилочка заполнилась драгоценной жидкостью, я, как обычно, завершил соитие долгим поцелуем в те уста, которые не говорят по-русски. Вот только пушистая бахрома волосиков на лобке щекотала нос, хотелось чихнуть, и волоски упрямо лезли в рот. Я снял, ставшую тяжелой резинку, и, упаковав ее в газету, чтоб не попало дочке на глаза, отправил ее в спермобанк — в помойное ведро, стоящее под раковиной на кухне. Наскоро перекусил и выскочил на работу, оставив жену еще понежиться в постели.

На этот раз рейс оказался долгим. Мало того, что отмотали полстраны, да еще зависли в пункте назначения. Вернулся только через две недели. Небритый, в пропитавшейся потом одежде, я гнал фуру с превышением скорости домой. Домой! К моей ненаглядной Оленьке. К жене, по которой успел соскучиться и стосковаться за две недели воздержания.

Доехал только утром. Загнав трейлер на стоянку, я прилепил под дворник список с указанием, что надо делать слесарям, схватил такси. Домой! Домой! И сразу в ванну. Чтоб чистым и отмытым предстать перед женой.

Но дома было пусто. Я включил воду в ванной, а сам пошел на кухню.

Интересно, где жена, должна быть сегодня выходной?

Раздалась трель звонка, я схватил трубку. В ответ молчание.

— Алло! Алло! Я слушаю, — прокричал я, но в ответ раздались лишь короткие гудки отбоя.

Довольно странно. Может что с телефоном? Я решил позвонить Игнату.

Тот сразу поднял трубку.

— Салют! Вернулся, бродяга? Рад слышать. Давай сегодня к нам на дачу, — он не давал вставить ни слова, — А у меня все хорошо. Ты представляешь? Эспэшник уже месяц нас не беспокоит. Не звонит, как с сердца отлегло. И Катюху месяц не зовет. Отстал! Победа!!! Вы как? Давай, сейчас Катюша выйдет из душа, и мы заскочим за вами... — я обещал подумать, и бросил трубку.

Так, Катя дома у себя. Ольга не с ней. И целый месяц. Месяц. А с кем же Ольга ездила еще полмесяца назад? Куда? К кому? Вопросы вылетали, как воздух ...  Читать дальше →

Показать комментарии (14)

Последние рассказы автора

наверх