Девочка-зима. Часть 2: Трах и крах

  1. Девочка-зима. Часть 1: Декабрь начинается в июне
  2. Девочка-зима. Часть 2: Трах и крах
  3. Толстая и тонкая. Часть 1: Толстая
  4. Толстая и тонкая. Часть 2: Тонкая

Страница: 1 из 4

Поезд из A в C, проездом через B
В сентябре месяце я поехал в Москву по делам, на довольно длительный срок — три недели. Почти все рабочее время я проводил в инет-беседах с Таней, а вечернее — в обменах смс-ками. И как нельзя кстати выясняется, что почти в те же дни, когда завершается срок моей поездки, и Таня с дочкой намерены посетить в очередной раз родной город Энск. У меня появляется идея — встретиться и доехать домой в одном поезде, в одном вагоне, в одном купе.

— Я не езжу в купе, DD, извини, это слишком дорого по деньгам для нас.
— Я оплачу твой билет.
— А дочка?
— Ей тоже.
— А четвертый пассажир?
— Я выкуплю все 4 билета. Ты просто скажи мне, когда и на какой поезд ты хочешь сесть?
— А зачем тебе быть в купе со мной?
— А разве тебе не понятно?
— Понятно. Поэтому и не скажу тебе ни день, ни номер поезда. Вирт с тобой — еще не значит, что будет встреча с тобой. И ты не сможешь купить меня, даже если выкупишь не купе, а весь вагон-люкс.

— Я не собираюсь тебя покупать. Я просто хочу, чтоб поездка прошла в комфортных условиях.
— Мне и в плацкарте комфортно. И дешевле, и безопасней.
— Хорошо, давай я свой билет поменяю на плацкартный, чтоб ты не думала, я только ради уединения в купе хочу с тобой одним поездом поехать. На какое число брать?
— Не скажу)))
— Злюка (((

Но... долго ли, коротко — я эту информацию из Тани вытягиваю. Сдаю свой купейный билет на удобный для меня маршрут, и беру плацкартный на не очень. Очень удивлена этим моя жена, собственно, сам мой приезд откладывается всего на полдня, но она знает, как я обычно тщательно отношусь к подбору и стыковке транспортных вопросов, и уверена, что если это деловая задержка, то я бы предпочел приехать следующим поездом, но именно этого маршрута. Очень удивлены оказываются пассажиры и проводники, когда я, сев в Москве в один вагон, упорно стремлюсь обменяться билетами с любым пассажиром другого вагона какого угодно места, хоть верхнего бокового у туалета. Очень удивлены попутчики моего «купе» — закутка в плацкартном вагоне, куда я все-таки пробился, когда за 2 часа до прибытия в Крупногорск я набираю в одну миску холодной воды, в другую заливаю кипяток, и бреюсь. А затем (конечно, уже не перед взором всего вагона) переодеваюсь из домашне-поездного в улично-выходную одежду. «Если он сходит в Крупногорске, то зачем он брился, не мог 2 часа потерпеть до дома? А если он едет до Энска, как говорил ранее, то зачем сейчас переоделся?» — так и читается в их настороженных взглядах.

Таня просила не выходить на перрон, потому что не могла сказать определенно, будут ли ее провожать или нет. Поэтому с бьющимся сердцем сижу на ее месте и ожидаю, когда выйдут пассажиры и войдут новые. И вот, в проходе появляется она: женщина, которая так много мне доверила, которой я доверил очень многое, с которой мы много раз провели ночи виртуального секса и общения, а сегодня нам предстоит вместе провести реальную ночь. Какой она окажется, эта ночь? Сможет нам помочь? Унесет все прочь?

Таня оказалась миловидной женщиной, чуть ниже среднего роста, довольно полной комплекции, сероглазая, со светлыми короткими волосами, не достающими до плеч, в дорожной одежде: джинсы, куртка нараспашку, под ней свитер, обтягивающий огромную, не менее 6 размера, грудь. За ней шла маленькая девочка с косичками, сжимая в руке баночку «Фанты».

У меня рот растягивается до ушей в приветственной улыбке, поднимаюсь с места, но здороваюсь на «Вы», не забывая, что могут быть провожающие или знакомые.
— Здравствуйте! Очень приятно, я DD.
— Привет! — бросает она мне небрежно, будто вчера только виделись. — Помоги вещи разместить.

Но успеваю увидеть, когда приподняв сиденье, впихиваю туда баул, ее заинтересованный и оценивающий взгляд.
— Нет, пакет туда не клади, там еда. Ты ужинал... — и с секундной заминкой, — или нас ждал?
— Вас ждал, — тихо отвечаю я. — И фрукты купил, как ты просила, виноград и персики.
— Молодец! — ничуть не остерегаясь ушей своей дочки и четвертого пассажира, отвечает Таня.
— Я тоже для тебя кое-что купила. Вернее для нас с тобой.
— А что? — я удивлен, ничего я у нее не просил. — Но в любом случае спасибо!
— Потом скажу, — улыбается она мне в первый раз, смотря мне в глаза. И как будто солнце озарило тесный закуток плацкартного вагона, стою с умиленной ответной улыбкой, рот до ушей, хоть завязочки пришей, и не понимаю, что она говорит чуть погодя.
— Что ты говоришь? — переспрашиваю.
— Я говорю — садись, чего стоишь? — Таня садится на свое место, хлопает ладонью рядом с собой. — Не стесняйся, будь как дома, но не забывай, что ты в гостях у... (называет фамилию тогдашнего министра путей сообщения, не помню, Якунин был тогда или кто другой).

Улыбается под нос пожилой пассажир, сидящий напротив нас рядом с ее дочкой, бывший весь вечер молчаливым статистом нашей пьесы.

... Поезд трогается, люди начинают свое движение по проходу в сторону туалета и обратно, проводница проверяет билеты у новых пассажиров, выдает им белье, во многих «купе» и боковых «купешках» шуршат пакетами, разворачивают еду, приступают к ужину.
— Ты не будешь переодеваться? — спрашиваю у Тани.
— Нет, — отвечает она. — Я всегда так в поездах еду. — И обратив внимание на мой «парадной-выходной» вид. — А ты? Ты что, из самой Москвы так и ехал, в костюме и галстуке?
— Не хотел тебя в затрапезном виде встречать, — честно отвечаю я.
— Я в джинсах и свитере и буду спать. А ты?
— Я расскажу тебе сказку и буду охранять твой сон.
— Это было в интернете.
— Я в интернете и в жизни — тот же самый человек. А ты?
— А я? — она задумывается и бросает взгляд в окно, на пролетающие мимо перелески и поля, столбы и насыпи. Поезд набрал высокую скорость, стук колес воспринимается сплошным грохотом, и благодаря этому можно не опасаться, что сидящие напротив маленькая девочка и пожилой мужчина услышат нашу беседу. — А я даже и не знаю, какая я настоящая, для кого я живу и для чего мы все это затеяли?
— Не переживай, Таня, все будет хорошо! — утешаю ее, видя, что почти слезы навернулись ей на глаза, и сам прилагая усилия, чтоб не растрогаться. И на несколько секунд накрываю своей ладонью ее руку. Первый наш телесный контакт...

— Где твои фрукты? — обращается ко мне после ужина. — Пойдем, поможешь их помыть.

Пока Таня стоит в тесноте туалета, занятая важным делом — помывкой фруктов так, чтоб они помимо воды и ее рук, ни с какой частью грязного санузла не соприкоснулись, и затем перекладывает в чистый целлофановый пакет, который я держу наготове стоя в дверях, я решаю в уме сложный вопрос: является ли ее предложение вместе помыть фрукты (ведь логичней было бы попросить дочку помочь) намеком на какие-то слова тет-а-тет, или даже действия, или вообще ни о чем интимном не говорит?

Решаю попробовать и слова, и действия!

Отведя в сторону левую руку с мокрым пакетом, правой рукой обнимаю ее за спину и сказав «Тань, ну мне очень хочется, извини», целую ее в щеку.

Сердце бьется так, будто первый раз в жизни целую девушку. Губы ощущают бархатистость кожи, нос вдыхает волнующий аромат молодой женщины, рука щупает то место на теле, где под свитером краешек брюк, но возбужденному сознанию мерещится, что это кромка трусиков и что сейчас она подставит губы, и, позабыв все на свете, мы трахнемся в грязном туалете плацкартного вагона.

Ничего подобного! Спустя секунду Таня отстраняется, делает строгое лицо и говорит:
— Ну-ка отойди немного!
Озадаченный такой постановкой вопроса (не вообще «уйди с глаз моих долой», а «отойди немного»), делаю шаг назад. Таня набирает в горсть воды и брызгает мне в лицо:
— Это чтоб остыл! А то такой горячий, смотри аж закипишь.
И протискивается мимо меня в основную часть вагона, плотно соприкоснувшись со мной телом. На автомате хлопаю ее по попе, получаю по руке и зверским шепотом:...

 Читать дальше →
Показать комментарии (12)

Последние рассказы автора

наверх