Рыжая. Часть 2: Новый год

  1. Рыжая. Часть 1: Знакомство
  2. Рыжая. Часть 2: Новый год

Страница: 3 из 4

губы с такой страстью, что сам не ожидал! Это было что-то волшебное. Казалось, страсть, копившаяся во мне, причем без моего согласия выплеснулась, наружу погребя нас под собою. Я не помнил и не хотел знать, где я, зачем я... Важно было только что я с ней, сейчас и мы вместе...

Насытившись её мягким медовым ротиком, я перешёл к лицу. Поцеловал каждый изумрудно-зелёный глаз, каждую веснушку... Она страстно, но неумело отвечала мне, отдаваясь этому занятию без остатка. А я, потеряв голову, уже целовал её тонкую белую шейку, спускаясь вниз. Моя рука скользнула под пижамную куртку и сжала очень большой для её тела сосок. И без того набухший под моими пальцами, он стал совсем как камушек, твердый, теплый и приятный на ощупь.

Отпустив его, я начал медленно расстегивать пижаму. Она задрожала, закусила губу и даже побелела. Я, видя это, опять припал к её губам. Страстный поцелуй, до умопомрачения, и сверкания звездочек в глазах, чуть ли не до потери сознания от нехватки воздуха...

И вот я уже стою на коленях перед ней. Края курточки разведены в стороны открывая мне доступ к её грудкам. Малюсеньким и таким привлекательным увенчанным большими светло-розовыми сосками. Я просто как скала нависаю над ней, любуясь неожиданным видом.

— Я очень страшная, — тихим голосом прерывает она наше молчание.

Не отвечая ей, я наклоняюсь и целую по очереди сосочки, потом покрываю поцелуями грудки и, подняв глаза, трагическим голосом произношу:

— Ну не совсем. Если только тебя умыть и расчесать, то очень даже ничего... — и смеюсь.

Она, делая вид, что сердится:

— Я серьёзно, а он шутки шутит!

— Так и я серьёзно, — наклоняюсь и принимаюсь опять посасывать её прелестные соски, попутно лаская их языком.

Не выдержав испытания, она стонет и начинает ёрзать по простыне.

— Как же это хорошо, милый... — тянет она, — но я ведь красивая?

— Угу, — поддакиваю я, не отрываясь от сосков, — и вкусная!

Облобызав маленькие грудки, и ничуть не больше моих и поцеловав напоследок розовые соски, ярко выраженной грушевидной формы, которые так удобно захватывать губами и сосать как сладкую конфету... Я продолжаю путешествие. Спускаясь, всё ниже, и приближаясь к заветному «тайничку». Она напряженная лежит передо мной, закрыв глаза и откинув левую руку в сторону, а правой медленно перебирает мои растрёпанные волосы. Её красные искусанные губы издают стоны наслаждения каждый раз, когда я касаюсь губами её белого в больших веснушках тела. И какого-то острого со всех сторон...

Вот мелкая впадинка пупка. И язык, послушно обведя его контур, проникает внутрь. Она дергается, и я обращаю взор на лицо:

— Щекотно ведь, — с трудом выговаривает Рыжая.

— Тебе нравится? — каким-то чужим, охрипшим голосом, спрашиваю я.

Она не отвечает, а просто улыбается, хотя, видно, что сдерживаться ей удается всё труднее. И когда я начинаю подбородком сдвигать вниз её штанишки, открывая место для последующих поцелуев, она приподнимает попку над кроватью. Я с двух сторон цепляю резинку пальцами и тяну. Штанишки медленно, очень медленно скользят по напряженной коже живота.

Вот показались, ровная линия рыжей поросли. Похоже, бритва никогда не касалась этого места. Мне стало очень интересно, как выглядит рыжий лобок. До этого момента я имел дело только с бритыми кисками. Рыжие волосики вылезали из-под резинки, чтобы тут же распушится в разные стороны.

— А ты здесь то же рыжая, — констатирую я.

— А ты думал я крашеная? — через силу смеется она.

— Нет... Но я никогда не видел лобков с рыжиком...

— Так... Смотри... — разрешает она.

Остановившись на самой границе и не открывая для моего жадного взора главного, я подаюсь вверх и начинаю опять целовать её. Она отвечает, ухватив меня за голову:

— Да... хочу... — стонет она.

И моя рука уже сама поднырнула внутрь штанишек и прижалась к «горящему» лону. Я ощущаю исходящей от него жар, волосики окружающие его мокрые и липнут к пальцам. При моём проникновении бёдра разошлись в стороны, давая простор движениям.

Чувствуя, как она мечется между страхом и желанием просто прижимаю крепче руку к промежности и, глядя в её глаза, спрашиваю:

— Оля, а ты точно этого хочешь. Можно ведь и не торопиться... Если вдруг что, то останется только сожалеть... Подумай... Ты ведь ещё... — с трудом подбираю слова, — девушка?

— А это для тебя важно? Девственница я или нет? — с обидой говорит она.

— Нет. Для меня важно, чтобы ты сама решила, чего хочешь. Я тебя не тороплю.

Изменившимся голосом продолжаю:

— Мы сейчас просто можем встать и пойти мыться. Продолжим потом, если ты захочешь. Я готов ждать бесконечно... — состояние моего вздыбившегося дружка говорило обратное, но маленькая ложь сейчас во благо. Она хорошая девушка и не хотелось бы ломать ей жизнь и стать в её глазах подлецом. Хотя она меня знает и должна понимать, что я не святоша...

Она посмотрела на меня, её глаза засияли, а губы нашли мои, прекратив мой монолог. Когда мы, задохнувшись, разорвали объятия, она просто шепнула:

— Сейчас...

— 5-.

За окном раздался выстрел, истошный пьяный визг восторга и комнату озарили разноцветные сполохи ракеты. Моя ненаглядная вздрогнула, а я, разряжая обстановку, глубокомысленно произнёс:

— Ну что же... Сентябрь прекрасный месяц...

— А при чём здесь сентябрь? — спросила она непонимающе.

— Девятый, — просто сказал я.

Она задумалась и, спохватившись, гладя меня по голове, шепнула:

— Ты у меня дурачок?

И в этот момент я надавил пальцем, пробираясь между её набухших «огненно-горячих» половых губ. Она охнула, а я, ведя рукой, вверх нащупал головку клитора и придавил...

— Ах... — пронеслось по комнате, и она дернулась вверх.

Не останавливаясь, я продолжал ласкать набухший бугорок, а мой Рыжик от возбуждения елозила по простыне. Я потянулся, припадая к её приоткрытым губам...

Потом сбросив халат, и стянув трусы, пристроился у неё между острых почти детских коленок и одним плавным движением стащил и отбросил в сторону пижамные штанишки. И опять сцена из «Ревизора»! Она замерла, стесняясь моего взгляда, а я не мог пошевелиться, созерцая открывшийся мне вид.

— Можно? — я прикоснулся пальцами к торчащим вверх маленьким валикам.

Она дернулась от прикосновения, и молча согнула ноги, в коленях разведя их в стороны. Одновременно одна рука прикрыла лицо, а вторая промежность. Она стеснялась! Для меня это было так необычно, что я улыбнулся. Заметив улыбку, она прошептала:

— Что? Что там не так?

— Всё нормально, — прошептал я, — просто ты закрываешься...

— Я... Мне... стыдно, — выдавила она.

— Ты меня стесняешься? — удивился я.

— Ну-у... маленько...

Я прикоснулся к её руке и, взявшись за кисть, медленно без нажима стал её поднимать. Как только рука полностью оторвалась от промежности, она дернулась и вот уже обе руки закрывают лицо от медового ротика до глаз. Хотя я вижу, как она подсматривает в щёлочку, что я собираюсь делать. Картинно наклоняюсь вперед, как будто что-то рассматриваю и в тот момент, когда она начинает двигаться под моим взглядом «бью» сложенным в трубочку напряженным языком по скрытому капюшоном клитору. Мой язык свободно раздвигает мягкую преграду, упирается в «звоночек ощущений» и начинает мелко вибрировать...

Дальше всё происходит почти одновременно: громкий вскрик изумления смешанного с восторгом; она пытается вжаться в кровать, чтобы уйти от моей «атаки»; ноги выпрямляются и пытаются прижаться друг к другу... Руки от лица «бросаются» вниз в попытке оторвать меня от лона... В результате она приподнимается, вверх оторвав ягодицы от простыни, и висит на двух точках, голове и моих плечах извиваясь от возбуждения...

— Не надо! — громко шепчет она, прижимая руками мою голову. Всё сильнее и сильнее к заветному месту, — так нельзя... ну же...

Я молчу,...  Читать дальше →

Показать комментарии (21)

Последние рассказы автора

наверх