Плохой мальчик

Страница: 2 из 4

же я думаю о судьбе, мы ни разу не говорили и даже не оставались наедине. А ведь я пусть и не первая красавица в классе, но уж точно не чучело. Всеми силами делая вид, что меня его показное равнодушие нисколько не задевает, я днем вела себя как обычно, а ночью — долго лежала без сна, ревя в подушку, и стараясь не думать о том, что сейчас Олег, возможно, обнимает очередную девушку, которая завтра, пряча следы засосов, будет счастливым голосом по секрету делиться сладостными воспоминаниями.

Не добавляло мне спокойствия и то, что произошло еще несколько угонов дорогих иномарок с новейшей сигнализацией, и все — у родителей наших учеников. Где-то на городской окраине полыхнул ярким бензиновым пламенем ангар, в котором власти после тушения пожара наши обгоревшее оборудование для разборки машин. Городские новости пестрели сообщениями о войне банд, а репортеры с блестящими от азарта глазами пространно вещали о череде кровавых столкновений. Каждый день, входя в класс, я с облегчением находила глазами склонившуюся над конспектами темноволосую фигуру: в этот момент я была готова простить все обиды, реальные и мнимые лишь за то, что он цел, и даже не подозревая о моих страхах сидит в соседнем ряду.

И лишь иногда мне казалось, наверное от нервов, что я ловлю на себе его внимательный, пронизывающий до костей взгляд, из которого в такие моменты исчезала угроза, и оставалось только тепло, заставляющее мои щеки краснеть а дыхание учащаться. Но стоило мне попытаться поймать взгляд Олега, как тут же все мечты рассыпались призрачными осколками: почти всегда парень в это время смотрел совсем в другую сторону.

Не знаю, и даже не берусь предполагать, куда бы это завело меня дальше, но в один из дней Олег просто не пришел на занятия. Всю первую пару я, лишь для вида водя ручкой в конспекте, гипнотизировала взглядом пустое место, словно надеясь, что вот сейчас я моргну — и он окажется там. Вторая пара прошла также, только теперь я не стала даже пытаться притворяться прилежной ученицей. Вместо третей пары отправилась в кабинет к нашему куратору и поражаясь собственной наглости заявила, что так как Олег Звягинцев заболел, советом учащихся я делегирована передать ему перечень тем для изучения и коллективное пожелание скорейшего выздоровления. А значит мне нужен его адрес.

Олег оказался прописан в аварийной «хрущевке» на самой окраине города, с которой какие-то «добрые люди» еще и умыкнули табличку с адресом, благодаря чему к нужному мне подъезду я вышла лишь в подступающих сумерках. Потом — долго жала на звонок, слушая доносящиеся из квартиры парня трели, упорно не желая верить, что за дверью никого нет. Снова на улицу я вышла уже в полубреду от усталости и беспокойства. Можно ли сказать, что тогда я заблудилась? Вряд ли: так говорят о человеке, сбившемся с пути, а я с самого начала не знала куда и зачем иду по этим разбитым, окруженным промышленными зданиями и старыми развалинами улочкам.

— Оппа, девушка, а закурить не найдется? Нет? Тогда давай, иди сюда, мы тебе сами закурить дадим. И еще что-нибудь дадим, чтобы ротик не пустовал, — выросшая вокруг меня словно из-под земли компания вырвала меня из задумчивости. Я смотрела на четверых мужиков, широко улыбающихся мне прокуренными улыбками без страха, еще не понимая, как сильно попала. В моем уютном мирке таких не было. Но тут один из мужчин протянул руку, и схватил меня за воротник.

— Чего пялишься, шмара, пошли, мля, будешь плату за проход отрабатывать! Или ты... — договорить он не успел. Черная тень за моей спиной вдруг сгустилась, ожила, превратившись в стремительно приближающуюся фигуру, и державший меня мужчина отлетел прямо на своих приятелей. Напавшая на него тень шагнула вперед, и, словно исполняя какой-то дикий танец, впечатала локоть руки в горло второго. Не останавливаясь, перехватила руку третьего, успевшего вытащить нож, и перенаправила удар клинка прямо в налетающего четвертого. Кто-то отчаянно завопил, а нападавший уже выкручивал кисть мужчины, так и не выпустившего оружие: звон выпавшей стали потонул в негромком хрусте, словно кто-то переломил пучок тонких реек, а также в очередном крике. Миг — и тень уже рядом со мной. Прежде чем я успеваю завизжать от ужаса, сильные руки зажимают мне рот.

— Тихо! — голос Олега. От облегчения у меня подкашиваются ноги, и парню приходится подхватить меня, не давая рухнуть на землю.

— Быстро, мотаем отсюда! — меня куда-то тащат, ежесекундно каким-то чудом удерживая от стремительного полета носом в асфальт. В себя прихожу в подъезде, покинутом целую вечность (или же всего пол часа) тому назад. Олег, звеня ключами, отпирает замки и стремительно, почти грубо затаскивает меня внутрь. Там он наконец скидывает закрывающий лицо капюшон и поворачивается ко мне. На его лице маска холодной ярости, пугающая меня куда сильнее чем сальные намеки давешних несостоявшихся насильников. Кажется, с минуту он борется с желанием придушить меня на месте, и наконец, успокаивается в достаточной мере, чтобы зашипеть:

— Ты, что, дура, тут делаешь?! Приключения на свои вторые девяносто ищешь, мля?! Да таким как ты тут надо появляться на броневике с охраной! С тобой, коза, тут могут такое сделать — простое изнасилование за ласку сойдет! Ты...

Он отворачивается и впечатывает кулак в стену. Кажется, весь дом вздрагивает, еще немного — и с потолка посыплется штукатурка. Все еще стоя ко мне спиной, парень снова начинает выговаривать, но уже без ярости, а с каким-то неизжитым страхом:

— Ты хоть представляешь, что было бы вернись я на час позже? Или не скажи мне соседи, что меня какая-то странная девица пол часа вызванивала. Или, если бы я, когда искал тебя, свернул не там...

Олег проводит ладонями по голове, ероша свои черные короткие волосы, и я замечаю, что его руки дрожат.

— Ты просто ненормальная, что пришла сюда. И вообще, какого черта ты тут...

Шагаю вперед и прижимаюсь к нему сзади всем телом. А когда парень, замолчав от неожиданности, разворачивается, впиваюсь ему в губы. Наш поцелуй длится целую вечность. Я чувствую, как его язык хозяйничает в моем ротике, переплетаясь с моим. Чувствую, как разгорается во мне пламя, заставляющее все сегодняшние страхи рассыпаться невесомым пеплом. Чувствую, как его руки все крепче сжимают меня в объятьях. Целую вечность все так, как должно быть... Пока все на обрывает донесшийся с улицы звук тревожной сирены. Где-то там, в подступившей тьме, врачи и полиция спешат к покалеченным, а, может быть, и мертвым гоп-стопщикам.

Резкий звук словно удар молота раскалывает ограждающий нас купол спокойствия, заставляя вернуться в суровую реальность.

— Ты... ты что творишь? Ненормальная! — сильные руки размыкают мои объятья и отталкивают, вжимая в стену.

Наверное, надо испугаться, но мне почему-то все равно. Закрываю глаза и, чувствуя, как первые слезы скользят по щекам, обреченно прислоняюсь к стене. Жду... чего? Насмешек? Или наоборот: прикосновения жадных рук, треска рвущейся одежды, и — всего того, на что я сама напрашивалась, придя сюда? Я не знаю! Наверное, так будет даже лучше: пройти через боль, унижение, но в конце концов вырваться из этого заколдованного круга. Возненавидеть его, начать бояться так, чтобы увидев во сне — просыпаться с криком. Все что угодно будет лучше, чем влюбиться в этого... в этого... да будь он проклят! Не в силах больше сдерживаться, начинаю всхлипывать.

Проходит секунда за секундой, в холле старого здания царит странное безмолвие, и лишь мой тихий плачь отражается от голых кирпичных стен, словно шепот призрака. Наконец, рядом слышится тяжелый вздох, какое-то шуршание, и моего лица осторожно касается что-то мягкое. От неожиданности дергаюсь, открываю глаза, и неверяще наблюдаю странную, невозможную картину: Олег вытирает мои слезы чистым носовым платком, проводя по моим щекам с просто гипнотизирующей нежностью.

— Тихо, тихо, успокойся, — парень говорит тихо, почти шепчет, — Не надо плакать, ладно? И, вообще, все будет ...  Читать дальше →

Показать комментарии (18)

Последние рассказы автора

наверх