Девушка в объятиях дракона

Страница: 2 из 7

сейчас, в минуту до изнасилования. Машенька, я должен быть противен сам себе, но чтобы не ощущать такого, лишь поднимаю взгляд над твоей прелестной головкой и вижу.

Темное, мутное кольцо по-прежнему на своем месте. Символ обреченности, толкающий меня на Машино спасение. Вынимаю из кармана приготовленную тряпку и быстро, с нажимом запихиваю девчонке в рот. Она снова поняла, что я не отступлю и мольбы бесполезны, пытается вырваться, бьет меня коленкой, целясь в пах, но не попадает, и лишь получает еще больший толчок моего веса. Из ее глазенок брызгают слезы. Ее ручки заведены за спину и сомкнуты в моей правой ладони, никто не знает, что мы здесь, во всяком случае, я, рискуя, хочу в это верить. Скулеж, едва слышный сквозь тряпку, лишь подтверждает тишину, я левой рукой залезаю Маше под платье и нащупываю трусики. Рывком сдергиваю их вниз, а она выбрасывает из глаз очередную порцию слез. Нет места сантиментам, я не могу обращать на такое внимание, и пытаюсь сосредоточиться на ней, женской красоте в своих руках. Целую ее в щеку, в шейку, вбирая аромат нежной девичьей кожи, в то же время под платьем нахожу оголенную девичью промежность, и протягиваю по ней пальцами. Член в брюках получает импульс к напряжению, ему предстоит воспользоваться Машиным бессилием, принести его хозяину, мне, незаконное наслаждение.

А Маше — спасение. Она плачет и не может меня понять. Что я ей могу объяснить? Лишь расстегиваю пуговицы брюк.

Коленом раздвигаю ее стройные, голые ножки, приспускаю бретельки платья, открывая налитые девичьи грудки. Маленькие розовые сосочки еще больше заводят меня, и я рассматриваю их, как произведение искусства. Дыхание набирает тяжесть. Впиваюсь в соски губами, по очереди целуя каждый, грудь Маши напрягается, словно пытаясь меня оттолкнуть. Я же целиком утонул в сексе. Мой член находит ее влагалище, упирается в него, как перед входом в неизбежность, а девушка отчаянно дрыгает ножками. Тряпка плотно забивает крик, когда фаллос, растягивая в стороны смоченные моей слюной половые губки, заползает медленно в девичье тельце. Слезы стекают к девичьим губам.

— Не вырывайся, — шепчу я, и обещаю. — Попробую недолго.

Стараюсь аккуратно, не причинить ей разрывов, с минимумом боли, хотя и отдаю отчет, что таковой не избежать. Не смотрю ей в глаза. Ладонь гладит Машеньке попку, а конец, погрузившись полностью в побежденную девичью вагину, начинает плавные, неторопливые фрикции. Благодарю судьбу, что Маша не оказалась девственницей.

Она перестает дергаться, лишь отворачивает в сторону головку, закрыв личико россыпью волос. Она не хочет, чтобы я видел ее боль. Она ненавидит меня и мой конец, проткнувший ее влагалище, как копье. Маша молит, чтобы все закончилось быстро.

Я и не хочу ее долго мучать, хотя получаю огромное наслаждение. Двигаю членом в ее плоти, стоя прислонив к стене. Маленькая женская дырочка слегка увеличилась в размерах, но по-прежнему плотно облегает член, который заталкивается в нее раз за разом, а Маша лишь дергается к верху в такт моим толчкам. Член наполнен желанием, и я знаю, что скоро кончу, завершив девичье испытание. Дышу сипло, чувствую, как покрывается потом ее гладенькая попка. Маша совсем перестала сопротивляться, тело ее ослабло, дав мне полную свободу секса. Я решаюсь отпустить ее руки, и они, получив волю, вырвали тряпичный кляп. Из груди девушки раздался тяжелый вздох, потом еще один, а ее ладони уперлись в мою грудь. Она уже не кричит, оценив бесполезность помощи, которая, в ее случае, будет совсем опоздавшей, а лишь постанывает от каждой фрикции. Целую Машу в ушко, цепляя языком локон белоснежных волос. Прижимаю уже обеими руками ее ягодицы, вхожу максимально глубоко, и она впускает меня, застонав и подняв наверх глаза. Ускоряю движения, вижу, как быстро дергаются ее раздвинутые в стороны ножки. Ногти девчонки впиваются мне в грудь, причиняя боль, как слабая месть за насилие. Нарастает волна внизу, от паха, желая выплеснуться наружу, и надеюсь, что этот оргазм будет не зря. Поток подбирается к головке члена, я делаю последний толчок и резко вырываю конец из влагалища. Оргазм растекается по мне, мозг отключается от реальности.

В глазах помутнело, а в голове ударяет вспышка света. Вот оно! Огненный шар ослепляет взгляд, взрываясь в мозгу, картинка подвала теряется, уступая место другой... Треск от влетевшей в автобусную остановку машины, крик пассажиров, ожидавших транспорт, но получивший удар от двух столкнувшихся и занесенных в их сторону авто. Хруст человеческой кости. Стон и плач, лежащее тело девчонки...

Картинка исчезает внезапно, и я возвращаюсь сознанием в подвал, в место совершенного надругательства. Маша сидит на полу и тихо всхлипывает, снова закрыв от меня своими волосами лицо. Рядом лежат ее сорванные, но целые трусики. С моего члена капает на грязный пол сперма, оставляя следы происшедшего насильного секса. Тело и душа расслаблены, я получил то, что должен был получить. То, что нужно было нам с плачущей девочкой на полу.

— Скотина, — вымолвила, наконец, она. Вижу, как она дрожит от пережитого стресса, для юной девчонки изнасилование — всегда худший кошмар. Она берегла свое тело для желанного парня, а сегодня досталась мне, постороннему в ее судьбе человеку. Так думает Маша. Совершенно не торопится вставать, а лишь обхватила ручками голые коленки. Только сейчас замечаю, что Маша босиком, а слетевшие во время секса туфли разбросаны по полу. Ощущение удовольствия вытесняется у меня чувством стыда. Я хотел — и не хотел этого.

— Тварь... — уже громче. Она плачет навзрыд. Бесполезно оправдываться, знаю я, но нужно успеть сказать ей перед тем, как скрыться. Убеждаюсь, что она в состоянии слышать.

— Завтра утром... Прошу тебя, останься дома. Авария, машина, «БМВ» влетит в автобусную остановку, и ты... Просто не иди в институт.

Она перестает плакать, поднимает на меня глаза, как на сумасшедшего маньяка. Читаю в них мысли и успокаиваюсь, значит, она в сознании и хотя бы соображает о сказанном мною смысле.

— Поверь мне, — произношу напоследок я. — И прости. По-другому не получилось бы.

Я быстро застегиваю ширинку брюк, прощаюсь с полным злости, но смешанным с некой искоркой мысли взглядом Маши, и быстро исчезаю из подвала...

* * * *

Я уснул лишь под утро. Когда приходят сны, ты меняешься реальностью, хоть на время вырываясь из своей. Это полезно, чтобы не сойти с ума.

Проснувшись уже днем, первым делом включил телевизор, канал городских новостей.

«... Утреннее происшествие на дороге... Столкновение двух автомобилей, один из водителей которых был в нетрезвом состоянии, могло завершиться настоящей трагедией. Автомобиль марки «БМВ» вынесло на автобусную остановку... Двое граждан — мужчина и женщина средних лет, получили телесные повреждения средней тяжести... Доставлены в горбольницу, их жизни ничего не угрожает... Водитель «БМВ»... — фиксирует мозг содержание важных урывок новостей, а сердце отпускает, когда до него дошел утешительный финал о том, что все живы.

Варю себе кофе, а мысли возвращаются к Маше. Ее не оказалось на той остановке. Она поверила мне или просто осталась дома после пережитого — не знаю. Я не вижу ее сейчас, но в любом случае сделал для нее все, что смог. Верю, что дальше у этой прекрасной девчонки будет такой же прекрасной жизнь, а меня она забудет, как неприятный сон.

Подхожу к холсту, беру в руки кисть и пробую закончить картину, но не выходит. Кураж не появляется, и я оставляю работу недописанной. Так продолжается уже месяц. Раздается звонок мобильника. Смотрю на номер и ожидаю с его обладателем абсолютно предсказуемый разговор. Он — супернастойчив.

— Вы надумали?... Я готов увеличить цену, — слышу я в трубке в очередной раз.

Он не успокоится, пока не получит нужное. Он ценит прекрасное и уверен, что в его коллекции работа будет еще совершенней, ярче, ценнее, превращаясь почти в бесценность. Отвечаю ему заранее приготовленными фразами, а сам ...  Читать дальше →

Показать комментарии (54)

Последние рассказы автора

наверх