В клинике у Евы

Страница: 3 из 11

Вскоре они стали маленькими. Поискав в ворохе одежды ключ, друзья отперли дверь и проникли в сказочную страну. Добежав до первопопавшихся прекрасных деревьев, они укрылись под их сенью, опасаясь врагов сказочной страны.

— Каких врагов? — не понял Юрий, — феи и гномы прекрасные создания...

— Ты что не читал книгу Льюиса Кэрролла «Алиса в стране чудес»? — подивилась Сабрина.

— Нет... кино смотрел... Ты, наверное, права. И как нам теперь снова стать большими, а точнее, нормальными?

— Уменьшительным, как ты догадываешься, была водка, — пояснила умненькая девочка, — а увеличительным — сало. Нам не следовало закусывать. Точнее, надо было закусить, когда мы прошли в Волшебную Страну.

— И что теперь делать? — понурил голову незнайка известных сказок.

— В другой сказке малоизвестного автора, — хитро сощурив прекрасные глазки, сказала Сабрина, — двое друзей занялись любовью и это привело к тому, что их рост восстановился.

— В моей что ли? — догадался малоизвестный автор, — «В поисках Золушки принцем и маленькой проказницей»? Думаешь сработает?

— Почему бы и нет? — пожала голенькими плечами маленькая проказница, — даже если и нет, разве ты не прочь получить неземное удовольствие?

— Я-то не прочь, но здесь же нет крыши, — признался в своей недалёкости крышнаит (от автора: далась ему эта крыша, вот дебил! Пред ним стоит младая дева, даже раздевать не надо — одежда после уменьшения осталась в комнате, а он чего-то выкаблучивается?!)

— А вершина дерева не может стать её заменителем? — поинтересовалась дева, сучащая ногами и начавшая уже основательно подтекать в предвкушении предстоящего.

— Не может! — отрезал крышнаит, — впрочем, ради благого дела, я готов отказаться от своих бзиков. Чего не сделаешь ради того, чтобы стать снова нормальным.

Сабрина тут же пала в объятия своего героя, и они стали страстно целоваться и обниматься. Юрий обсасывал и облизывал её малипусенькие сиси, вожделея, чтобы они вновь стали большими. Сабрина, в свою очередь, играла в заглот с его членом, который со стороны выглядел не более горохового стручка, а окантовывающие его шарики, как две горошины. Это долго продолжаться не могло. Насосавшись и нализавшись вволю друзья занялись любовью.

Он ей вставил на всю длину своего стручка! Вагина девы уже основательно умасленная с удовольствием поглотила сладкую штучку мужчины. Они стали двигаться туда-сюда, обратно, вскрикивая: «Ох-ой, как приятно!»

Парадокс уменьшительного зелья гласил, что и время для совершения коитуса тоже уменьшалось. Малипусенькие людишки ростом с кролика и любовью занимались по крольчаточьи.

— Придётся поменять позу, — догадался любовник Сабрины.

Он поставил свою любовницу в позу собаки Баскервилей и засадил ей свой стручок по самые горошины. На сей раз им удалось пролонгировать свой любовный акт, но не потому, что это была поза доги стайл, а потому, что повтор всегда немного длиннее...

Перекусив это дело дарами сказочного леса, огромной земляникой, желудями и сыроежками, моя друзья решили заняться любовью по-миссионерски.

Третий раз был долог, приятен и незабываем, потому что экстазируя, оргазмируя и эякулируя, они не заметили, как стали снова большими, а точнее, нормальными.

— Но я вам сейчас поооокааааажуу-у-у-у!!! — раздался дикий рёв над девственным лесом, то рычала бывшая собака Баскервилей.

— Ты не та Алиса, — сказал один из близнецов, ростом с кролика, выходя из кустов.

— Конечно, нет, — усмехнулась великанша, — зовите меня Сабрина.

— 3-

— Так как тебя зовут, скажи ещё раз? — спросил Юрий у голубоглазой, темноволосой девчушки в красной шапке и красных же ичигах, в чёрном прозрачном пеньюаре на голое тело, сквозь который просвечивали сексуальные трусики нежного паутинистого цвета, ничего не скрывающего, и такой же лифчик. Сквозь фактуру коего проглядывали огромные коричневые сосочки, стоящие по стойке смирно ровно оловянные солдатики.

— Ред Кеп, — ответила прелестница, — а моего дружбана Грей Вольф.

— Это по-каковски? — притопнув ножкой поинтересовалась Сабрина.

— По-аглицки, — мило улыбнулась Ред, — вы что неместные?

— Неместные, — подтвердил пришелец из дурдома, — мы с оттуда, — тыкая пальцем в небо, которого под землёй быть не должно, — а ты кто? — обратился он к златовласке, стоявшей чуть поодаль от парочки.

— Зовите меня по-простецки Белоснежка, — отрекомендовалась Белоснежка.

— Ну, я так не играю! — нахмурила прекрасные бровки Красная Шапочка и надула прелестные губки, — договаривались же обмишурить и объегорить пришельцев. Тем более что вот эта, — зло зыркнув в сторону Сабрины, продолжила девица, — обещалась нам устроить бледную жизнь.

— Да они совсем не такие! — ухмыльнулся во всю пасть Серый Волк, — давайте я их проверю на конявость?

— Ну, проверяй, — подала голос рогатая дева, сильно смахивающая на актрису из «Солт» или даже на «Томб Рейдер — расхитительница гробниц».

— А скажите други, разлюбезные, — начал подначку Волчище, — как вы относитесь к групповухе?

— На крыше? — поинтересовался крышнаит, у которого стала сильно подтекать собственная крыша, потому что веретена с амназамом давно закончились, а водку он позабыл в начале пути.

— Тут нет крыш, придурок, — зазлючилась Малефисента, — отвечай по сусчеству или я тебя рогом бодону!

— А я щас кому-то рОги-то поотшибаю, — вставая в стойку борцов за свободу востока из далёкого прошлого, озлилась Сабрина, — Шворц! Гив ми павэ!

Глаза бывшей собаки Баскервилей налились рубиновым цветом, кожа покрылась густой шерстью, которая засверкала невзирая на свет полуденного солнца, ногти-когти удлинились и покрылись чёрным с синевой лаком. Из остроконечных зубов закапала серная кислота на пару с азотной.

— Друзья, друзья, — запричитала Белоснежка, давайте не будем драться, а начнём иппаться? А? Ну, пожалуйста!

— Она сказала волшебное слово? — обращаясь к сбежавшему со звёзд спросила Сабрина, не поворачивая голову.

— Сказала, подтверждаю, — подтвердил Юрий.

— Ну тогда другое дело! — сладко улыбнулась провалившаяся в кроличью нору.

Взор её потух, шерсть исчезла, как и не бывало, ноготки заалели и уменьшились до приемлемых размеров, — давайте любиться, — и она кинулась в объятия рогоносицы.

Крышнаит ухватил Красную Шапочку, а Волку досталась Белоснежка...

— 4-

— Белоснежка, а правду говорят, что у тебя ТАМ тоже всё белоснежное? — спросил Серый Волк, языком и зубами щёлк.

— Хочешь посмотреть? — сладко поводя белоснежной попкой из стороны в сторону, спросила Белоснежка.

— Не просто хочу, а мечтаю коснуться языком твоей белоснежной полянки, — Серый провёл своим языком по губам. Да так ловко словно он сбежал из Уолт Диснея и возжелала отведать свежей ягнятинки.

— Ну что ж, милый, пожалуй, я позволю тебе опробовать на вкус мою полянку, — радостно рассмеялась падчерица злой колдуньи и сбросила свою юбку на траву.

Следом полетели подъюбник, бабушкины трусы (ох уж эти бабушки никакого прохода не дают своим внучкам). Затем мамины шортики (ох уж эти мамы... да ну их, право!). И наконец, белоснежные стринги, под которыми Волк узрел вожделенный лужок. Его глаза зарубинились, усы защетинились, Серый набросился на трепетную белоснежную лань, повалив её навзничь. Мужчина ухватил в свои мохнатые руки её спелые груди, а лицо Волка потонуло в белоснежье Белоснежки.

Язык Вольфа, затрепетал, аки кузнечик, распевающий свою песнь любви. Белоснежка закатила свои прекрасные глазки и только стоны вырывались из её симпатичной трепещущей груди.

— Ах! Ох! мой разлюбезный Волчище, — стонала и стенала она, — как же сладко ты лижешь мою куночку. Я пряма вся теку. Ой! Теку! Дозволь пососать твою дубинку, мой разлюбезный дружочек?

— Дозволяю! — обрадовался Волчище смене караула.

Развернувшись на 69 градусов, не прекращая вылизывать симпатичный лужок,...  Читать дальше →

Показать комментарии (9)

Последние рассказы автора

наверх