Хозяйка. Часть 1: Чужой

  1. Хозяйка. Часть 1: Чужой
  2. Хозяйка. Часть 2: Хозяин

Страница: 1 из 5

Сегодня ночью дьявольский мороз.
Открой, хозяйка, бывшему солдату.
СашБаш

Тоха мухой взлетел по лестнице на третий этаж с огромным баулом наперевес — лифт не работал, да и фиг-то. Сзади пыхтел Юрок с двумя спортивными сумками. Тоха был в отличном настроении — наверное, впервые за последний месяц, с тех пор, как ушла Оля, его милая, нежная Оленька... Собственно, это ради нее он поперся покорять Нерезиновую. Перебивался случайными халтурами и снимал у черта на рогах квартиру на четверых с такими же работягами-искателями приключений. Через несколько месяцев ему устроился в фирму по установке окон. Стало полегче, и наступил момент, когда он смог снять отдельное жилье, и, вызвать к себе Олю. Первый месяц они были абсолютно счастливы. Ходили, взявшись за руки, по городу, и Тоха с деловым видом показывал ей столицу. Ночи были яркими и бурными. Никогда раньше Оленька не отдавалась так сладко, так признательно, так откровенно. Тоха, наконец, чувствовал себя царем и хозяином положения. Он мечтал запереть Оленьку в четырех стенах и, приходя с работы, ебать и ебать, долго и нежно, чтоб стонала и вздрагивала, и была послушной до слез. Выводить гулять по вечерам на улицу, словно экзотическую комнатную собачку. По-хозяйски гладить по волосам при людях и в любой момент иметь возможность безотказно властно поцеловать в губы посреди толпы.

Однако, Тохиных заработков катастрофически не хватало на все-про всё, и через месяц Оленьке пришлось выйти на работу. Сначала она крутилась в вонючем баре подавальщицей, и они стали видеться все реже, больше-то по вечерам. Зато, Оленька стала более лучше одеваться и быстро обросла новыми нужными знакомствами. С ее яркой внешностью и веселым характером это не составляло труда. Они стали отдаляться, и Тоха мучительно понимал, что ее теряет. Всё чаще звонили какие-то мужские голоса, и Оленька запиралась с телефоном в ванной. Вдруг в какой-то момент оказалось, что она работает менеджером в автосалоне: «Помогли устроиться». Стала ухоженнее, холоднее и независимее. Быстро переняла какой-то небрежный московский стиль и стала чужой, совсем чужой... Ему же никто не был нужен кроме нее, он ревновал, стал мрачным и злым, и однажды, когда она впервые вернулась под утро, устроил безобразную сцену с летающими по квартире вещами. Вечером, вернувшись с работы, он застал пустые шкафы, следы торопливых сборов и записку: «не ищи меня». Телефон был недоступен, домой звонить он боялся — скажут: ты завез, ты и ищи...

Он чуть не забухал и с трудом держался на работе. В этот момент и прибился Юрик, мелкий, худосочный пацанчик — его новый напарник, хоть как-то скрашивая его одиночество.

... Калерия Борисовна, улыбаясь, открыла дверь:

— Проходите, молодые люди! — повернулась и зацокала в брючном костюмчике точёными каблучками по безупречному ламинату. Крутые бедра плавно раскачиваются при ходьбе в такт походке, спина прямая, как струна — многолетняя хореографическая выучка. В правой руке с легким маникюром приятно дымится «Captain Black» на отлёте, сзади семенит лохматая болонка, сердито оглядываясь и потявкивая. Тоха и Юрок проводили ее задумчивыми взглядами и поперли поклажу в свою комнату.

— Нормальная комната, — сказал Юрок, — просторная, светлая, вся мебель, два спальных места и цена удивительная. Не прогадали мы с тобой, Тоха! И хозяйка... такая...

Им и вправду повезло. Когда ушла Оля, Тоха впал в депрессию. К тому ж на работе начались сезонные проблемы с заказами, денег стало катастрофически не хватать, и в первое время они кооперировались по жилью с Юрком, которому не жилось дома. Но Юрок появлялся эпизодически и добавлял несущественно. Да и Тоху стали тяготить стены, в которых они так недолго были счастливы вместе с Олей.

В тот день они работали у Калерии, как-то легко и неспешно работали. Всё здесь было приятно — высокие лепные потолки, продуманный интерьер, волнующий аромат хозяйкиных сигарет, её завораживающая стать ухоженной, знающей себе цену женщины. Атмосфера интеллигентной утонченности и московской небрежной уверенности в будущем. Хозяйка в элегантном халате в пол, красивых домашних туфлях, уложенная и подкрашенная, время от времени развлекала их непринужденным разговором. Слово за слово выяснилось, что живет она одна, овдовев десять лет назад, подрабатывает страховым агентом да сдает свободную комнату. Вот, сейчас, как раз, в поиске очередных квартирантов. Тоха аж поперхнулся — это была мечта, а не комната. И тут же признался, что ищет жилье. Калерия смерила его задумчивым взглядом и ответила, неспешно затянувшись: «Возможно, вы мне подойдете, Антон! Я всегда сдавала комнату только молодым людям. С мужчинами проще иметь дело, а с молодыми еще и забавнее. Я беру недорого, но мне периодически требуется небольшая помощь по хозяйству, да иногда погулять с Ричи».

Цена и вправду смешная — район Воробьевых гор, старый университетский дом...

«Только я не один, у меня Юрок будет ночевать иногда», — сообщил он, все еще не веря в чудо. — «Да ради Бога, Антон! — лунным эхом откликнулась Калерия Борисовна. — Это не проблема. Пусть живет. Там есть два спальных места». — «Кстати, — добавила она, — по вопросу дамских визитов, — я не ханжа, и ради Бога, но желательно меня предупреждать заранее во избежание неловких ситуаций. У меня, кстати, тоже бывают гости».

И, вот, теперь они с Юрком полноправные обладатели уютной комнаты в «профессорском» доме в престижном районе за смешные деньги. Уррааа!!!

— Я пойду, Тоха, — сказал Юрок, чуть помявшись. — Сегодня у Ленки ночую, у нее мать на даче все выходные.

— Ага, давай! — чуть помрачнел Тоха, вытряхивая из баула своё постельное и натягивая наволочку на хозяйскую подушку. Постель была серого цвета, месяц нестиранной. Но ему все казалось, что наволочка все еще хранит запах Олиных волос. Когда за Юриком захлопнулась дверь, он упал лицом в подушку, пытаясь уловить отблеск аромата ее духов, восстановить перед внутренним взором ее облик — облако каштановых волос, яркие карие глаза, смеющиеся ямочки на щеках, нежную троечку груди, трепетную талию, влажные бедра... Он сгреб одеяло и вжался в него всем телом, словно это была Оля, вдруг почувствовав дикую, безвыходную эрекцию, сделал несколько резких, бестолковых движений и... разревелся, как пацан, всхлипывая в заношенную наволочку... Все поплыло перед глазами, и вдруг впервые за много дней стало отпускать, голова слегка закружилась, странные видения обволокли его, потянули в водоворот сменяющихся образов, дыхание чуть выровнялось, мышцы расслабились, он незаметно провалился в чуткий, нервный сон, лишь где-то на периферии сознания пульсировало: «Оля, Оля, Оля...»

В следующие недели он чувствовал себя настоящим москвичом — жителем центра. Забылись пустота и унижение бессмысленного существования. В жизни снова появился проблеск. Резко поперли заказы, и они с Юриком не разгибались. Плюс ко всему, хозяйка оказалась реально нескучной бабой. Тоха с уважительным удивлением сравнивал ее со своей матерью — скуластой, расплывшейся теткой, вечно увешанной пакетами из супермаркета. Калерия Борисовна была лет на семь старше матери, но выглядела всегда безупречно. Худощавые ноги контрастировали с пышными бедрами, а стройность осанки — с тяжелой грудью. Все это при невысоком росте и мелковатых чертах лица. Густо обведенные маленькие глазки золотисто-медового цвета смотрели умно и внимательно, рыжеватые волосы всегда уложены в небрежно-замысловатую прическу, а в наманикюренной ручке обыкновенно дымился шоколадный Captain Black. За все время Тоха ни разу не встретил ее в коридоре или на кухне не накрашенной, непричесанной или в затрапезной одежде. Красивый длинный халат, домашние туфли с опушкой на небольшой платформе, тонкий запах пряного парфюма и абсолютно ясный взгляд в любое время суток. Квартира ей досталась от покойного мужа — в ее занимательно обставленной комнате висел его портрет — худощавое лицо с бородкой и добрые, грустные глаза.

— Сенечка перед ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (40)

Последние рассказы автора

наверх