Ромашка

  1. Ромашка
  2. Ромашка. Часть 2

Страница: 1 из 5

Первый раз я увидел ее в троллейбусе, проезжая по Кутузовскому проспекту. Я остолбенел, у меня перехватило дыхание. Она была так красива, что я просто онемел. Я смотрел на нее во все глаза, и через них как бы касался ее, гладил, и очень хотел подойти, познакомиться, но... Ноги почему-то не слушались... В общем, говорю же, остолбенел. Она тоже безотрывно смотрела на меня. Но, ни один из нас не сделал попытки приблизиться, и когда она сошла на своей остановке, оглянувшись на меня, я почувствовал, будто что-то рвется внутри и рванул к выходу... Но двери уже захлопнулись, и троллейбус тронулся дальше по маршруту...

Весь день я был сам не свой, хотелось куда-то бежать, что-то делать, и в то же время я понимал, что все напрасно, где ее найдешь в этом огромном мегаполисе по имени Москва...

Часть 1. Игра

Был самый расцвет застоя. Время для меня просто замечательное. Мне недавно исполнилось восемнадцать, я — студент энергетического института, перспективы блестящие, к тому же, родители работают за границей, так что мне всегда что-то перепадает из заграничных шмоток, напитков и электроники. Вот недавно, кстати, привезли знаменитый двойной альбом «TheBeatles» известный как «WhiteAlbum», в который были вложены цветной почти метровой длины плакат со словами песен из альбома на обратной стороне и четыре большие цветные открытки-фотографии битлов. Где им удалось его достать, ума не приложу! Я был уверен, что весь тираж давно уже распродан лет пять назад. Именно этот альбом и стал потом главной причиной случившегося.

На курсе я — самый молодой, поскольку окончил школу на год раньше, ибо и поступил туда, тоже не успев дорасти до нужного возраста. Все благодаря моей маме, работавшей воспитателем в детском саду, и взявшей меня в свою группу с ребятами старше меня на год.

В нашей группе было несколько москвичей, чьи родители занимали довольно высокие посты в советском правительстве и всяких райкомах-обкомах. Особенно среди них выделялись трое: Толик Лукьянов, Володя Гуревич и Лариса Маркова. Они и одевались не так, и вели себя как-то... ну свободнее, что ли... Увлекались джазом, читали недоступные другим книжки типа «Мастер и Маргарита», «Джин Грин — неприкасаемый» и даже, по слухам, «Архипелаг Гулаг». Была у них и своя компания, обзываемая новомодным словом «тусовка», включающая ребят и девчат из других институтов, в том числе из универа.

Не знаю, что во мне их интересовало, не считая помощи в учебе, но в последнее время они все больше общались со мной, особенно Лариса, среднего роста крашеная блондинка с неплохой фигурой, хотя у нее и был уже парень, тот самый Толик. Иногда я ходил с ними в кино, на танцы, мы собирались послушать пластинки Пресли, Дассена, Гудмена... Они делились со мной дефицитными книгами, однажды я даже чуть не провалил сессию, зачитавшись «Графом Монте-Кристо»...

Мне импонировало их внимание, я казался сам себе взрослее и значительнее. Хотя по поводу возраста ребята нередко подшучивали надо мной, а девчонки из нашей группы недавно при оформлении стенгазеты на двадцать третье февраля, где они каждому парню посвящали какие-нибудь стихи, наиболее отражавшие, по их мнению, его суть, про меня написали словами из популярной тогда песни: «Я пушистый беленький котенок, не ловил ни разу я мышей...»

Впрочем, шутки никогда не были злыми, более того, ко мне относились с легким оттенком покровительства, особенно девушки, и даже, зная, к примеру, что я не пью водку, они перед каждым нашим сабантуем или вылазкой на природу всегда проверяли, взято ли для меня сухое вино.

А сегодня, когда я похвастался на перемене новым «винилом», глаза всей честной компании разгорелись, они тут же установили очередность прослушивания, а потом, внезапно Лариса предложила:

 — Мальчики, а давайте возьмем его на ромашку! — После чего парни как-то странно переглянулись, а Толик непонятно ответил:

 — Так поговори с девчонками... Хотя такой заклад... — и быстро свернул разговор на что-то другое, а тут как раз перемена закончилась, и мы двинулись в аудиторию.

Я тогда ничего не понял, но переспрашивать не стал, не желая прослыть профаном, не знающим элементарных вещей, но, где-то через неделю, в пятницу, мы опять собрались дома у Вовика для подготовки курсового. Когда все было разобрано и вопросы решены, хозяин квартиры предложил немного выпить. У него оказалось «Токайское» вино в бутылке, похожей на коньячную, кстати, мое любимое. Никто не отказался, и разговор плавно скатился к обсуждению моего уже прослушанного альбома.

 — Кстати, ты идешь на ромашку? — внезапно спросил меня Вовик. — Насколько я понял, тебя приглашают.

 — Да, девочки согласны, — подтвердила Лариса.

 — А что это за «ромашка» такая? — уже всерьез заинтересовался я.

Все почему-то рассмеялись, а потом Толик ехидно спросил:

 — Как у тебя с мышами, ловил уже?

Зная, что подразумевалось под этим, поскольку шутка была с изрядной бородой, я даже не обиделся, пробормотав:

 — Причем тут это?

 — Да при том самом, — опять рассмеялись ребята, а Лариса сказала:

 — Ничего, он еще все успеет, да и почему бы не начать завтра?

Вообще-то завтра я собирался в кино на новый тогда, но уже нашумевший фильм «Романс о влюбленных», о чем и поведал остальным.

 — Ты это брось, фильм никуда не денется, а вот на ромашку можешь уже не попасть, — возразил Вова.

 — Идем, не пожалеешь, — поддержал его Толик, — вот только диски придется с собой в заклад взять.

 — Какие диски, — не понял я, не связав наличие у меня «Белого альбома» с какой-то ромашкой.

 — Ладно, сейчас объясню, — сжалился Толик, и начал рассказ...

Оказывается на этой их тусовке периодически собирались наиболее раскрепощенные ребята и девчата и занимались... этим самым... ну «ловлей мышей», да еще и не просто так, а по определенным правилам! В общем, парни должны были приносить некий заклад, этакие супердефицитные подарки, типа редких пластинок, коллекционного коньяка, заграничных марочных вин и вообще того, что достать было нереально или очень-очень непросто. Впрочем, это были не вполне подарки, а скорее ставки, за которые девчатам еще надо было побороться.

Правила заключались в том, что девушки, раздетые или полураздетые, ложились на ковер на спину, а игра проводилась в одной из больших квартир тогдашнего истеблишмента, где ковры были не роскошью, а обычным предметом интерьера. Так вот, они ложились на ковер в виде лепестков ромашки, головами в центр, ножки врозь, и приглашали «шмелей» опылить их по кругу...

Изюминка была в том, что если парень-шмель кончал на той же девушке, с которой начал, то он не только сохранял для себя свою ставку, но и получал титул «короля шмелей», что давало ему право на любую девушку до конца тусовки в любой момент. Он имел право просто поманить пальцем, и она безропотно шла с ним. При этом число девушек не ограничивалось, он мог быть хоть со всеми, пока вечеринка не закончится. Кончать же надо было на живот девушке так, чтобы было все наглядно и без обмана, и при этом, не помогая себе руками. Правда и число кругов не ограничивалось. Девушкам же предписывалось заложить руки за голову и не сдвигать ноги, все остальное было на их усмотрение.

В случае неудачи ставка терялась и распределялась потом между «лепестками». За соблюдением правил следил специально назначенный рефери...

По мере рассказа я постепенно обалдевал. В висках застучало, в горле запершило, а в ушах появился звон. Как оказалось, ребята уже не раз участвовали в этой забаве, включая Ларису. Я как-то по-иному взглянул на свою одногруппницу, пытаясь рассмотреть в ней что-то этакое, и не смог. «А ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (8)

Последние рассказы автора

наверх