По следам Аполлинера 29. Неудавшаяся месть

Страница: 2 из 5

нашего разговора:

 — Так что ты мне хотел рассказать про знакомство с госпожой Селивановой?

 — Я её встретил, когда ждал Елизавету Львовну, чтобы вернуться в Подольск и Расторгуево...

 — Ну ладно... Надеюсь, я хоть как-то удовлетворила своё любопытство... Иди... Загляни, кстати, к Лизе. Она что-то тоже хотела тебе сказать...

Я встаю и удаляюсь, намеренно неплотно закрывая за собой дверь, и до меня доносится возмущённый голос Ангелики:

 — Что вы с ним возитесь, как с писаной торбой, с сопляком этим?

 — Видишь ли, мне он просто нравится, но его тётка с согласия его матери составила против него настоящий заговор с целью отвлечь его от своих дочек, чтобы он, не дай Бог, с ними что-нибудь такое не совершил. Поэтому и Лизу уговорили увезти его отсюда подальше. Но он оказался мальчиком пронырливым, смекалистым и в чём-то отчаянным и как-то тайно заявился сюда, найдя пристанище у Селивановой и лишь болезнь и госпитализация избавили нас от его набегов. Так, во всяком случае, утверждает его мать. Не знаю, почему они тебя ещё не привлекли к этой «игре в поддавки»

 — Это ещё что такое?

 — Как бы тебе поточнее сказать... «Лучше мы станем у него на пути, чем наши дочки» — вот, по-моему, её смысл.

 — И ты в ней участвуешь?

 — Постольку — поскольку. Ведь мне приходится идти навстречу самым разным пожеланиям своих съёмщиков. Да и дочь моя всё время вместе с их дочерьми.

 — Ну, их-то дочери, наверно, недалеко уйдут от своих мам... Но ведь Ольга-то вся в тебя...

 — Ну а раз так, чего особенно тревожится?

 — Да я не за неё, а за тебя!..

 — За меня будь спокойна, дорогая... Давай лучше поговорим о тебе, о твоей предстоящей свадьбе...

Эта предстоящая свадьба была для меня тоже интересна. Но услышав звук шагов на лестнице дальней террасы, я в несколько прыжков достигаю двери на большую террасу и оказываюсь там.

 — А вот и Саша! — кричит радостно малышня.

 — Правда ли, — обращается ко мне госпожа Жукова, — что вы знаете, где можно увидеть моего супруга и вашу матушку?

 — У вас такое желание?

 — Да, причём довольно сильное.

 — Что ж, я в силах вам помочь... Хотя, думаю, это не так просто будет сделать...

 — Почему? Они далеко ушли?

 — И не только по этому. Они могли уединиться, чтобы им никто не мешал...

 — Вы так думаете?

 — Такой вывод во всяком случае следует из слов моей маман...

 — Вот как?... Тем более...

 — Саша! — прерывает наш разговор голос госпожи Самариной. — Я жду тебя, жду, а тебя всё нет!..

 — Виноват, Елизавета Львовна! Идёмьте!..

 — Да нет уж, заканчивай свою беседу. А я пока поднимусь наверх, посмотрю, как там наши картёжники...

Я тем временем спешу дать указания госпоже Жуковой:

 — Спускайтесь к главной клумбе и там ждите — меня, или своего супруга, если он появится раньше. Увидев меня, выходящим на крыльцо, идите к столовой, там увидите тропинку, ведущую к деревянной лестнице. По этой лестнице спускайтесь к речке. Я вас догоню.

Но не успевает она выйти, как сверху спускается госпожа Самарина и берёт меня за руку:

 — Пойдём теперь ко мне, есть о чём поговорить... Тем более что муж нам помешать не сможет — так он увлечён игрой.

 — Пойдёмте, Елизавета Львовна, — соглашаюсь я и, оглядываясь, киваю головой госпоже Жуковой в знак того, что наша договорённость остаётся в силе.

Обращая моё внимание на приотворённую дверь хозяйской спальни, она тихо спрашивает:

 — Что, помешала Ангелика?

 — Да уж...

 — Ну ничего, постараемся возместить убыток... Ты не забыл ещё свою будущую тёщу?

И вводит меня к себе, тут же запирая дверь на засов. Мы тут же начинаем обниматься и целоваться, а я судорожно ищу предлоги для отступления.

 — Больно же, миленький! — сетует она, когда я руку, обнимающую её за шею, пытаюсь бесцеремонно просунуть ей за лиф.

 — Ну вот! — нарочито недовольно заявляю я. — Приглашаете на скоротечное свидание, а сами к нему не подготовились... Небось, и корсет напялили, и панталоны... Ну ладно Мария Александровна! Она меня не приглашала, сам напросился... А вы, дорогая Елизавета Львовна, почему, призывая меня не терять времени и бдительности, сами об этом не позаботились?..

Я, было, сообщить ей, что в моём распоряжении не более 10 минут, как, на моё счастье, раздаётся стук в дверь и слышится голос Ксени:

 — Мама, это я, открой!

Перепуганная мама спешит открыть, но не дверь, а гардероб, однако я предпочитаю выпрыгнуть в окно, забежать за угол и подняться в коридор с другого конца, быстро пройти его и выйти на террасу, а с неё на крыльцо. Госпожу Жукову всё ещё окружает малышня с расспросами про бабочек и цветочки. Увидев меня, она неторопливо направляется в указанном ей направлении. А я, подойдя к малышне, говорю:

 — Что-то мы давно не играли с вами в казаки-разбойники... Зовите-ка Диму и Машу, племянников госпожи Карповой, деток нашего управляющего и отправляйтесь к дальнему спуску к речке, где вы сегодня меня видели. И как только услышите собачий лай и поросячье хрюканье с другого берега, с криком спускайтесь вниз. Если кого спугнёте и увидите убегающим, то можете преследовать. Но недалеко. Не запугайте до смерти. А потом мне всё расскажите. Идёт?

 — Ура! — кричат они и бегут собираться.

А я следую к столовой, а затем спускаюсь по лестнице к речке.

 — У вас тут неплохое место для купания, — говорит мне госпожа Жукова.

 — Да, — отвечаю я. — Но хозяйка утверждает, что вода уже холодная...

Мы переходим по плотине не левый берег Мочи и, держась поближе прибрежной растительности, чтобы не быть замеченными с высокого правого, приближаемся к тому месту, где, я помню, выходили к реке ознобишинские бабы и парни. Нахожу его и говорю своей спутнице:

 — Подождите меня здесь, я попробую разведать, можно ли незаметно приблизиться к ним и увидеть их.

 — Почему незаметно?

 — А как иначе? Давайте станем кричать им и звать их. Откликнуться ли они, не знаю. А вот что поспешат уйти от нас, чтобы не быть обнаруженными, — это наверняка.

 — Я не думала...

 — Что вы не думали?

 — Ну что... вот... так будет... Ну, в общем... Договорились, я вас здесь жду.

Я углубляюсь в прибрежную полосу кустарника и, осторожно пробираясь сквозь него, выхожу к узкой травяной полоске — той самой, облюбованной ознобишинцами, напротив которой должно находится лежбище, облюбованное мною. Продолжаю чуть ли не ползком пробираться в нескольких саженях от этой полоски и обнаруживаю тропинку, ведущую, судя по всему в поле. Раздвинув ветви кустов, пытаюсь рассмотреть, что впереди. Бог ты мой! Вот она, та самая ветвистая ветла, с которой я имел удовольствие наблюдать за действиями брата и тётушки! Но что под нею — не видно, хотя хорошо различимы два голоса, в том числе моей маман. Оглядываюсь и замечаю чуть повыше ствол поваленного дерева. Подбираюсь к нему, усаживаюсь на него и чуть ли не вскрикиваю поражённо: прямо передо мной словно вырубленная полоса кустарника с великолепным видом на речку, ветлу и милую парочку под нею.

Спешно иду за госпожой Жуковой и, предупредив её о необходимости соблюдать полную тишину и осторожность, веду к найденному мною наблюдательному пункту. Усадив её на поваленный ствол и сев рядом, беру её за плечи, прижимаюсь и шепчу на ухо:

 — Сотрите прямо!... Видите ветлу?

 — Отодвинься,...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх