По следам Аполлинера 29. Неудавшаяся месть

Страница: 3 из 5

пожалуйста! — требует она, сбрасывая мои руки со своих плеч.

 — Но мне тоже хочется увидеть!

 — Я тебе потом всё расскажу. Тише! Сам же говорил!

Мне, правда, и так всё видно. Милая парочка сидит лицами к нам, поджав колени. Он без сюртука, одна его рука обвита вокруг её шеи.

 — Ну что ж, — произносит она в задумчивости, — пора и честь знать. Спасибо тебе, что принял моё приглашение приехать сюда и не пренебрёг вот этой встречей... Надеюсь, ты останешься до завтра?..

 — Если ты мне обещаешь ещё одну подобную сладостную встречу...

И, повернувшись к ней, целует её.

 — Ну, что там? — спрашиваю я свою соседку, приблизив свой рот к её уху.

 — Тсс... Не мешай!... Потом, обещала же, расскажу... Да ведь всё слышно прекрасно!... А смотреть особо нечего...

Но госпожа Жукова, уверенная, что мне ничего не видно, говорит явную неправду. Её муж, продолжая поцелуй, укладывает мою маман на лопатки, и таким образом их головы пропадают из нашего вида. Перед нашими глазами остаются только её приподнятые коленки и его рука, шурующая между ними.

Я опять прижимаюсь к соседки и, снова обняв её за плечи, спрашиваю, прижавшись губами к уху:

 — Никак у неё ноги голые?

 — Ну и что? — недоуменно произносит она, — Да прекрати же щекотать меня!

И, приложив ладонь к моему рту, отодвигает в сторону мою голову. Но мои ладони на своих плечах оставляет не тронутыми. Пока или уже? Последнее предположение кажется ближе к истине.

 — Ну ладно, так и быть, смотри уж, — соглашается она, чуточку отодвинув в сторону своё туловище и зафиксировав своими ладонями положение моих ладоней на своих плечах.

 — Ух ты! — радостно выдыхаю я из себя, будто делаю открытие. — Посмотрите-ка: на ней нет ни чулок, ни панталон!

 — Тихо ты! — кидает в мою сторону наполовину изумлённый, наполовину гневный молниеносный взгляд госпожа Жукова и снова устремляет свой взор вдаль, не забывая в то же время держать под неусыпным контролем мои руки, которые предприняли, было, попытку спуститься с её плеч на грудь. — Вот же подлец какой!... ну, погоди у меня!..

Эти слова относятся уже не ко мне, а к её супругу, который в это время снова появляется в нашем поле зрения: приподнявшись и встав на колени, он спускает со своих плеч помочи, приспускает брюки с кальсонами и обнажает таким образом своё мужское достоинство — немалых, отмечу, размеров, после чего, повернувшись к нам задом, пристраивается меж колен моей маман.

 — Ну надо же! — произносит госпожа Жукова, судорожно вцепившись обеими руками в мою руку, в свою очередь скользнувшую к ней на грудь.

 — Что будем делать? — на всякий случай спрашиваю я, опуская другую освободившуюся ладонь к ней на колено

 — Не знаю! — скрежеща зубами отвечает она. — Была бы там, наверно, глаза бы выколола... И ему, и ей...

 — А, может, есть другой способ отомстить?

 — Это ещё какой?

 — Они целуются?... А почему бы и нам не попробовать?

И тянусь своими губами к её полным губам.

 — Ну уж нет! Я им уподобляться ни за что не стану!... За кого ты меня принимаешь? Да и кто сам-то такой? Отстань от меня, тебе говорят!..

Мои попытки поцеловать её и приподнять подол платья оказываются совершенно безуспешными, Но так как борьба, нами затеянная, сопровождалась шумом и довольно громкими возгласами (моими умоляющими и её возмущёнными), это не могло не дойти до ушей парочки, что в отличии от нас приступили к любовному соитию в полном взаимном согласии, о чём говорил то вздымающийся, то опускающийся зад господина Жукова между коленями моей маман. Неожиданно она сталкивает его с себя, приподнимается, сжимает колени руками и произносит:

 — Прости, но мне показалось, что кто-то есть тут неподалёку, на противоположном берегу...

Усевшись рядом с ней, обняв её за плечи и целуя, он пытается её успокоить:

 — Да что ты!... Тебе, наверняка, померещилось...

 — Нет, нет, я не обманываюсь... Давай собираться... Нас, наверно, уже обыскались... Да и мне нужно подумать о твоём предложении...

 — Насчёт новой встречи ночью?

 — Да, но перед этим надо позаботиться о вашем ночлеге, а без беседы с хозяйкой имения тут не обойдёшься...

 — Ну, я тебе покажу ночлег! Отстань же! — возмущается госпожа Жукова и тем, что слышит, и тем, что пытаюсь предпринять с ней я.

 — Ночлег — ночлегом, но неплохо бы закончить должным образом и эту нашу встречу! — говорит моей маман её супруг и опять заваливает её на лопатки и взбирается на неё сверху.

 — Не могу! — вскрикивает госпожа Жукова и её рука судорожно и машинально хватается за моё мужское достоинство, поспешно к этому времени вынутое из ширинки и услужливо ей предоставленное.

Какое-то мгновение она взирает на него, в её глазах мелькает какая-то смесь изумления и возмущения. Рука её отпряла, а затем так меня толкает, что я с криком оказываюсь опрокинутым на спину позади ствола, на котором мы сидели.

 — Ой, прости меня! Я не хотела!

В глазах её я вижу испуг. От испуга, думаю я, недалеко и до раскаяния, и протягиваю ей руки, прося помочь подняться.

 — Вам это зачтётся! — с какой-то угрозой в голосе произношу я.

 — А ты имей совесть, — оправдывается она. — И, будь любезен, приведи себя в порядок... Из-за твоей бесцеремонности мы, вроде бы, ещё раз их спугнули... Смотри!

 — Так вам это должно быть только приятно, — замечаю я, почёсывая ушибленную спину и не спеша занять место рядом с нею.

 — Ещё как! — соглашается она.

 — Так, может, их стоит припугнуть как следует?

 — Стоило бы...

 — Тогда я сейчас продемонстрирую вам сцену, от которой ваше сердце возрадуется... Они ещё не оделись?

 — Не спешат, вроде бы...

 — Тогда, пожалуйста, взвизгните по поросячьи!

 — Это зачем?

 — Сейчас увидите... Да погромче!

Госпожа Жукова издаёт поросячий визг, я отвечаю на него собачьим гавканьем, а тот берег неожиданно оглашается сильными и дикими криками и завываниями...

Госпожа Жукова чуть ли не падает со своего сиденья от смеха и, одной рукой указывая на тот берег, а другой — на место рядом с собой, произносит:

 — Смотри, смотри! Как они вдруг засуетились!

Сев на прежнее место и снова обняв её за плечи, я тоже не без удовольствия наблюдаю, как господин Жуков спешно напяливает на себя сюртук, а моя маман безуспешно пытается справиться со своими панталонами и чулками...

 — Пожалуйста, дорогая, побыстрее! — торопит он её, протягивая ей руку. — Да оставь ты всё это здесь, вставай, и бежим отсюда!

Она так и поступает: кидает в сторону бельё, сует ноги в туфли, встаёт и спешит вскарабкаться наверх.

Всё туловище моей соседки продолжает стрясаться от гомерически-истерического смеха. У неё нет даже сил, чтобы отмахнуться от моих поцелуев. Но придя в себя, она вновь принимает неприступный вид и заявляет:

 — Спасибо тебе, конечно, за эту потеху, но всё же знай соё место.

 — Не хотите ли оказаться на том берегу, чтобы на месте представить себе, что и как было, и может быть найти какие-то трофеи?

 — А что, тут можно перейти?

 — Можно, но только надо разуться...

 — А что, это хорошая мысль. Иди-ка вперёд, я посмотрю, и если здесь мелко, то последую за тобой.

Я снимаю обувь и носки, засучиваю штанины и вброд переправляюсь на тот берег, ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх