«Клин клином»

Страница: 4 из 5

И то — на птичьих правах, станут мне не приятными какие-нибудь намеки его — и до свидания. А с Ванькой у нас как-то сразу общение пошло в русле далеко не дружеском — его заслуга. Как-то он сразу свои лапы распустил (в переносном смысле, в прямом распустил попозже), и дал мне ясно понять, что воспринимает меня как свою девушку — ревновал в меру, флиртовал, плюс не стеснялся поговорить на фривольные темы, чем дико меня смущал. Думаю, ты догадалась, что после реальной встречи разговоры о музыке, искусстве, литературе и т. д. совершенно изжили себя. Да и не выгодно ему было напоминать — я ж могла и прицепиться, попросить продемонстрировать таланты, а в грязь лицом ему не хотелось. Поэтому он предпочитал при реальных встречах врать на те темы, которых бы я проверить не сумела. А я если честно особо его не слушала и не вникала, и пофиг мне уже на его вранье было. Столько всего было сказано, что даже мой впечатленный им мозг уже начинал отказываться верить. Делала вид, что интересно, где полагалось — смеялась, а где полагалось быть серьезной — была серьезной.

Встречались мы месяца два-три, до зимы. За это время успел состояться мой первый поцелуй с объектом мужского пола в его лице, к тому же последний месяц мы регулярно уединялись у него в комнате, где он меня лапал везде, где только можно (и где нельзя — тоже лапал). А мне нравилось. Я только за этим и шла. Это единственное что я могу совершенно точно признать, положа руку на сердце, — не знаю, какие именно чувства я тогда к нему испытывала — влюблена я была в него или только желала быть влюбленной, но последний месяц я к нему шла исключительно из интереса плотского. Нравилось мне, когда он меня лапал — причем не в плане возбуждения, а просто нравилось. Как на наркотик подсела. Тут скажу, коль уж откровенные ласки имели место быть — попытки соблазнить меня он тоже предпринимал ни раз, даже имел наглость предложить обойтись теми видами секса, которые не предполагают лишения девственности. А я тогда и сама не знала, девственница я или нет — знала, что была у меня как-то мастурбация с кровью, но крови там было совсем немного, и я тогда не предала этому значения. И про такие виды секса я тоже тогда не знала — интуитивно догадывалась, конечно, о чем речь идет, но спросила объяснений. Он объяснил — старательно, развернуто и подробненько, даже поспешил меня заверить, что так многие делают и это совершенно нормально.

Мол, девственность мужу, все как положено, а сама при этом повеселиться успела. Я усмехнулась, пожелала в шутку, чтоб ему именно такая жена и досталась, а он ответил что только о такой и мечтает — причем совершенно серьезно, ну, опять же — расчет был на мой неустаканившийся мозг, ведь я им была восхищена и его положительный взгляд на все это вполне мог сбить меня с толку. Ну, в общем, от этого предложения я все равно наотрез отказалась и сочла его оскорбительным. Больше он про это не заикался и покорно ждал, продолжая по возможности подводить меня ближе к нужному решению, рассказывая о том, какая я старомодная и какие у меня не правильные принципы. Кстати, если б эту чушь не молол — быстрее бы свершилось, когда мне пытаются вправить мозги у меня возникает обратная реакция, и он своими попытками изменить мое мировоззрение только отталкивал. Но я все равно не заставила его долго ждать (хотя надо было, наверное). Я помню, что в тот день я проснулась и знала, что это будет. Знала, что я пойду к нему именно для этого. Почему я решилась и что на это повлияло — я не знаю, может мне просто надоело одно и то же и хотелось какого-то логического продолжения. Я одела самое красивое белье, розового цвета — он как-то говорил, что любит именно розовое белье на девушках, побрилась — в общем, приготовилась по всем статьям. Я даже до сих пор помню запах шампуня, которым я тогда мылась перед тем, как идти к нему. Больше не моюсь им. А классный был шампунь...

Ну дальше все по отработанной схеме — я у него, включили музыку, Пинк Флойд тогда играл. На «разогрев» меня ему потребовалось около часа. Сам же половой акт длился 5—7 минут. Надо сказать, что он не ожидал такого развития событий. Думал как обычно, полапает-пощупает и харе. И, как в последствии признался, — думал, что еще месяц точно придется обхаживать. Но, надо сказать, в мой настрой въехал быстро, даже вслух произносить не пришлось. На мне тогда была узкая юбка-карандаш, которую мы довольно долго снимали обоюдными усилиями, но в итоге он все-таки сдался и решил не мешать, оставив непокорный ремень на меня. Кофта уже была расстегнута к тому моменту. Уложил он меня на подушечку. А у меня сердчишко выпрыгивает просто! Трусики он стягивал сам. Я в тот момент на него не смотрела, смотрела куда-то в сторону. Да, на дверь. Дико стыдно было. Просто неимоверно. Он навис надо мной в «упоре лежа», а я, наконец, осмелилась взглянуть ему в лицо. Ну что сказать — ничего я там для себя утешительного не нашла. Штаны он уже успел сдернуть видимо — я не видела. Я «туда» вообще не смотрела. Залез рукой мне между ног, заставив меня их чуть раздвинуть. Он приспустился надо мной немного, и я тогда почувствовала прикосновение его члена к своему животу. Не видя, ни разу до этого не трогая и не ощущая, я почему-то сразу поняла ЧТО это. Что это не рука его, не нога и ни что иное.

Внутри все сжалось, я вздрогнула. И знаешь, не испытала я благоговейный трепет, как о том мечтала — у меня возникло чувство отвращения и грязи. Правда. Говорю не из ненависти какой-то. Я, забегая вперед, скажу — не злилась на него ни минуты, не ненавидела и не держу обиды (хотя по началу и обидно было, но скорее не на него, на себя), даже наоборот — имею свойство для себя его оправдывать, не захотела бы — не случилось, а уж то, что весь его образ был враньем чистой воды — не суть важно, ведь я была рада обманываться. Но тогда мне было очень неприятно, внутри так защемило — невыносимо просто. Хотелось плакать, да что там плакать — зареветь хотелось навзрыд. Я почему-то тогда очень беспокоилась, чтоб он не заметил моего страха. Я снова смотрела ни на него, а в сторону, и сильно сжала челюсти, чтоб сдержать ком, подкативший к горлу. Я тогда отчетливо стала понимать — он ошибка. А уйти не могла. Знаешь, как кролик перед удавом — сидит и смотрит в глаза, вроде и убежать бы мог давно, а он замер в оцепенении и просто ждет, когда его проглотят. Вот так и я. С этим прикосновением у меня тогда возникло чувство, будто грязью меня обмазали и будто мне уже и терять-то нечего. Я как со стороны на это все посмотрела. Будто осознала все впервые за последние несколько месяцев. А терять и впрямь было нечего — уж щупал он меня перещупал, секс, по сути, был лишь формальностью.

Все возбуждение, желание — как рукой сняло. Он начал входить — мне не было больно, даже некомфортно не было (час все-таки трудился — видимо, мокрая я была достаточно), но и приятно не было. Крови тоже, разумеется, не было, на основе чего я и сделала вывод, что девственность моя ему все-таки не досталась. Ты же знаешь, бумага (а ты ведь женского рода — должна знать) — это только мужчины думают, что стоит одеть девку на х... й и она про все забудет, мозг отключится и превратится она в один большой оргазм. А женщины на протяжении многих веков поддерживают этот миф, чтобы не травмировать хлипкую мужскую психику. И я тогда тоже предпочла не травмировать его психику. Да и вообще, я всегда держусь принципа «назвался груздем, так полезай в корзинку» — я решилась на это, а коль уж решилась, хотелось сделать это по возможности хорошо. Я отчетливо помню, что мой мозг ни на секунду не оказался затуманен, я лежала и все время о чем-то думала. Думала, хорошо ли у меня получается стонать, может нужно что-то шептать, старалась двигаться ему навстречу, выгибалась, закрывала томно глаза, одним словом, старалась сделать вид, что мне хорошо. Возможно, наиграно это выглядело, а может и нет, но уж как могла.

Во всяком случае, думаю, вряд ли он вспомнит меня как лучшую женщину в своей жизни. Трахались без презерватива, он в конце спросил ...  Читать дальше →

Показать комментарии (34)
наверх