Френд-зона

Страница: 2 из 10

— Что за бред ты несешь?! — я гордо вскинула подбородок и хотела профланировать мимо сидящего парня со словами: «Жду тебя в машине, отвезешь меня домой и можешь забыть о моем существовании на месяц». Но проскользнуть к выходу мне не удалось. Саша поднялся и схватил меня одной рукой за запястье, а в другой у него невесть откуда появился стек с кожаной петелькой на конце, которым он пребольно хлестнул меня по бедру и откинул назад.

Я все же успела сказать «Ой!» и приземлилась на застеленную широченную кровать. Мои глазки часто-часто заморгали, на бедре даже сквозь чулки был виден набухающий красный рубец, а пальчики поглаживали атласное белье. «Это на этих простынях Саша собирается меня... «. Я пришла в ужас, уж больно резкой была смена диспозиции — только что я могла вертеть им как хотела, а тут, по ходу, может выйти наоборот.

Тем не менее, я напустила на себя надменный холодный вид, способный на раз заморозить любого ухажера с шаловливыми ручками, и сказала, строго взглянув в серые глаза:

— Я прощу тебя, если встанешь на колени и попросишь прощения.

— Условия здесь ставлю я, — очень спокойно и даже слегка лениво ответил Саша. От этой уверенности в том, что все будет на его условиях, по спине побежали мурашки величиной с кулак: «Вот я попала-то!». Но кто мог ожидать такого от верного, услужливого, ничего не требующего рыцаря без страха и упрека?

— Так вот. Я долго выполнял все твои прихоти и капризы, а теперь то же самое будешь делать ты. Ты меня наказывала за малейшее неповиновение отказом встречаться, а я буду наказывать тебя за неповиновение болью.

Стек со свистом рассек воздух, и нервно сглотнула, расширенными от ужаса глазами наблюдая за покачивающейся перед носиком кожаной петелькой. След от стека до сих пор горел, и у меня перехватывало дыхание от страха перед новой болью. Но все же я справилась с собой, презрительно скривив губы:

— Насиловать будешь? Не ожидала от тебя...

— Нет, насиловать не буду. Надеюсь, ты сама меня попросишь.

Я скорчила гримаску, означающую крайнюю степень сомнения, а Саша продолжал:

— Собственно, условие такое. Если ты три раза попросишь меня последовательно об оральном, вагинальном и анальном сексе, то ты станешь моей девушкой. Кстати, необязательно до 12—15 субботы, а вообще... Может, завтра вечером, может, в воскресение, или через месяц... Если ты удержишься, то я готов сам пойти в полицию и написать признание в кидднепинге, насилии и в чем захочешь. И пока ты меня не попросишь, никаких половых актов между нами не будет!

Я сузила глаза:

— Нет уж, я просто тебя кастрирую.

— Пожалуйста, если духа хватит. Просто я люблю тебя и решил, что это мой последний шанс начать с тобой встречаться.

Мои губы презрительно поджались, демонстрируя парню всю степень разочарования в дурацких условиях и убеждения в легкости, с которой я, похоже, выкручусь из этой ситуации:

— Да, пожалуйста! Неужели ты думаешь, что я... Я!... которая никогда тебя не хотела, попрошу тебя о близости? — я закатила глазки и фыркнула. — Так быть я обещаю стать твоей девушкой, если попрошу тебя трижды о разных видах секса...

— Ну, что ж. Я знаю, что, не смотря ни на что, у тебя есть определенные принципы, и твое слово крепкое.

Я снисходительно улыбнулась. Бедняжка! Так ошалел от неразделенной любви, что бросается в крайности... Ну, ничего, поскучаю до завтрашнего полудня, а потом буду веревки вить из Саши, будет летать как проклятый, выполняя мои капризы!

— А кстати, — спросила я лениво, демонстративно рассматривая идеальный маникюр на своих ноготках, — а что бы ты сделал, если я бы я не согласилась?

— Все же изнасиловал бы тебя, — хищно улыбнулся Саша.

Меня всю передернуло от внезапного холодка. Саша никогда не бросал слов на ветер, да и, не смотря на то, что не проводил много времени в тренажерных залах, был достаточно высоким мужчиной с сильными руками, я могла бы посопротивляться, но, боюсь, в результате, все же была бы изнасилована.

— Ладно, — скривилась я, — что там дальше?

— Дальше? А дальше — все то же. Самая идеальная френд-зона. Я выполняю все твои просьбы, ты — мои. Я добровольно, а ты под страхом наказания.

— Тогда отвези меня домой!

— На некоторые твои просьбы я, понятное дело, буду накладывать вето.

— Ну, попытаться-то надо было! — лучезарно улыбнулась я, уже придя в себя и чувствуя себя
вполне уверенно. Все было под контролем!

Как оказалось, я, как настоящая блондинка, слишком поторопилась. Все под контролем было у этого мерзавца!

— Раздевайся, — бросил он буднично, словно просил передать солонку.

Я вздернула бровь, холодно взглянув на него. Этот взгляд должен был заморозить его до состояния снеговика, оставшегося стоять на усилившемся морозе после оттепели.

— Вот еще! Ты сказал — никакого секса!

— Я сказал — никаких половых актов! А это будет легкий... , ну, или не очень... стриптиз и эротика.

— Да пошел ты!

— Уговаривать тебя я не собираюсь. И даже рад, что ты заартачилась, потому что покажу тебе, что неповиновение вредно для твоего здоровья.

И тут вдруг произошло неожиданное. Не успела я сказать «Мама!», как Саша очутился рядом и вывернул мне руку. Я моментально уткнулась носом в шелковистую ткань постели. Но вывернутая конечность и выставленная вверх попка были не самыми большими проблемами. Я все еще не сказала «Мама!», а мою юбочку уже задрали. А в следующее мгновение я взвизгнула, т. к. мою нежную кожу обожгло ударом стека как раз между резинкой чулка и крохотными трусиками, выбранными мною для потенциального кавалера-мачо.

— Ой-ой-ой... — запричитала я, чувствуя, как из глаз брызнули слезы. Было ужасно больно и к тому же обидно. Саша, которому до сих пор предоставлялась привилегия пялиться на мои ножки под юбкой и на декольте (в общем, ничего непристойного), теперь видел мои трусики. Причем не простые, а те, которые обтягивают мою щелку, словно вторая кожа! И ведь, сволочь, не сразу ударил меня, а явно пару-тройку мгновений любовался живописными видами, пока я размышляла, пора ли уже кричать «Мама!».

Меня отпустили, и я, проглотив слезы, поднялась, метнув на Сашку такой взгляд, что обладай он физическим действием, его бы испепелило.

— Ты думаешь, это меня возбудило? — поднявшись, презрительно спросила я, с трудом подавляя желание потереть горящее место под юбкой. Еще немного и я могла бы разорвать его голыми руками. Однако эта заманчивая перспектива мгновенно померкла, едва этот негодяй снова очень спокойно проговорил:

— Раздевайся.

Я скрипнула зубами, но кончик стека, ритмично шлепающий по раскрытой мужской ладони, как бы намекал, что сопротивление будет караться быстро и жестоко. И что мне было в такой ситуации делать?

Пышущая злобой, красная от гнева, наверняка сверкающая глазами, почти как Медуза-горгона, я стала расстегивать корсет. Пальцы дрожали и не слушались. И не только потому, что меня трясло от злости, но и потому что нелегко девушке вот так предстать голой и абсолютно беззащитной перед мужчиной, нагло тебя разглядывающим. Да еще разглядывающим так снисходительно, по-хозяйски, словно я была рабыней на рынке, которую он собирается прикупить по случаю.

И все же мне пришлось, стиснув зубки, преодолеть последний рубеж, отделяющий меня, принцессу и предмет поклонения, от непристойно одетой (или вернее раздетой), доступной женщины. А как еще можно судить о такой, если, после того как платье с тихим убийственным шорохом упало под ноги, на мне остались крохотные низко сидящие на бедрах трусики, чулочки и туфли на высокой шпильке? Нет, я, конечно, еще позволила себе переступить через платье и швырнуть его ногой прямо в морду нахалу, рассматривающему меня с лукавой усмешкой. И пока он сражался с ним, я попыталась прикрыть локтями и ладошками места, мужской взгляд на которые обладал почти физическим воздействием. Во всяком случае, когда Саша аккуратно ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (43)

Последние рассказы автора

+8.6 (94)
21466
2
26 мая 2015
4
 
наверх