Город. Агония

Страница: 5 из 9

слегли в постель в тот же день, — настаиваю я, давая себе зарок, что не уйду без желанной бумаги с его подписью, — я здорова. Но если вы не верите мне, то дайте разрешение человеку, который сейчас находится в большом доме. Там ведь нет Песчанки? Это установлено. Вы знаете этого человека, он приехал по вашему приглашению, он один из инженеров, прибывшим с Марков Ставро...

— Ты просишь разрешение для Марка Ставро? — перебивает меня Липа, его лицо хмурится, он не ожидал такого поворота.

— Марка больше нет, он был убит, остался только Ян, — я вынуждена лгать, — он знает людей в столице, которые могут нам помочь.

— Все дело в этом? В том, что он может нам помочь? Его не выпустят из карантина, пока болезнь не будет побеждена, лекарствами или огнем, он не успеет ничего сделать.

— Тогда просто помогите ему, — теперь я уже умоляю Липу, у меня не осталось больше аргументов, — я не могу позволить ему умереть здесь, это не его город, его привели сюда вы, вы в ответе за его жизнь.

— Ты бросаешь Лоя, чтобы бежать с инженером из столицы? Что он думает об этом? А что думает Ян? Полагаю, он не против, — Абрахам не спеша подходит ко мне вплотную и смотрит на меня сверху вниз, — ведь ты такая красивая. Мне очень хочется помочь тебе.

Я знаю, что у всего есть цена, и я готова ее заплатить. Я приподнимаюсь на цыпочках и тянусь губами к его губам, но Липа отстраняется от меня и отходит обратно к своему столу. Он берет в руку лист бумаги, и мое сердце замирает.

— Я мог бы спасти твою жизнь, я с радостью окажу тебе эту услуги. Но взамен ты окажешь услугу мне.

— Все, что вы хотите, — порывисто отвечаю я, хотя и не представляю, что могу предложить ему, кроме своего тела, которое ему, видимо, не нужно.

— Ты знаешь, что я был помолвлен с дочерью Старшего Сертона?

— Энн. Я знаю, — нас крестили вместе, в один день, только она была тогда еще совсем малышкой, а я уже повидала бродячей актерской жизни, пока Лой не ввел меня в городскую общину, — она с радостью ждала заключения вашего с ней брака, — так значит, сердце Липы несвободно, а мне этот брак представлялся стратегическим ходом, как со стороны ее семьи, так и с его.

— Помолвка расторгнута, — Липа все еще не смотрел на меня, его взгляд устремлен в чистый лист бумаги, — но я с этим не совсем согласен. Ты не знаешь, но Сертоны покидают город. И платой является именно Эн. Ее отдают главнокомандующему, держащему в осаде наш город. Он давний знакомый Сертона, который когда-то сватался к его дочери, но Энн была тогда еще совсем мала, и ему было отказано, а потом они решили отдать ее мне в обмен на мою сдержанность во вмешательстве в их дела. Но сейчас ситуация повернулась в другую сторону, теперь я никто, а он может выпустить их, и вовсе не в передвижной госпиталь, а в столицу, вместе со всем их домашним барахлом, тарелками, одеялами, сундуками золота.

Я молча смотрю на Абрахама Липу, возможно, мы с ним в похожей ситуации, от нас обоих оторвали возлюбленных, и мы всеми силами пытаемся их вернуть. Я с радостью приняла бы известие, что Ян покинул город, пусть и без меня, но Липа, очевидно, не может.

— Сертоны не раз обманывали меня, подставляли, вертели мной по своему усмотрению. Я этого больше не допущу, — Липа внезапно поворачивает ко мне голову, — ты приведешь ко мне Энн, и я разрушу их шанс на спасение. Я откупорю ее, и никто больше не возьмет ее в жены. Она должна была стать моей, пусть так и будет.

Я ошиблась, у нас нет ничего общего. И он поймал меня на слове, ведь я обещала сделать все, что он потребует. Энн была моей крестной сестрой, и, хотя мы не часто пересекались, каждая наша встреча на улицах город, на праздниках, в библиотеке, вызывала у нас обеих радость. Энн доверяла мне, а вот я никогда не могла перед ней полностью открыться.

— Вы изнасилуете ее, если я приведу ее сюда? — осторожно спрашиваю я. — Она верит мне, но она не глупа.

— Твоя задача привести ее в мой дом, под любым предлогом. Что произойдет дальше, тебя не касается. Или тебе ее жаль? Она дочь высокомерных властителей сего города, которые бегут, поджав хвост, при первой опасности, при этом позаботившись о том, чтобы не потерять ни одной золотой монеты. Думаешь, они воспитали своих детей как-то по-другому? Я буду ждать вас завтра, — с этими словами Липа окончательно отворачивается от меня, уткнувшись в свои бумаги.

3.

Мне было непросто увидеться с Энн, ей запрещено с кем-либо общаться из-за пределов ее дома, но меня она так рада видеть, что обходит запреты. Мы сидим в ее уборной, за закрытыми дверями, как заговорщицы. Я держу ее за руку в знак нашей близкой дружбы, она смотри на меня обеспокоенными наивными большими глазами, я улыбаюсь ей в ответ. Мы говорим с ней о том, что происходит между мужчиной и женщиной, когда они остаются наедине. Она очень смутно представляет, что с ней будет делать ее будущий муж, которому ее передаст отец, когда они выйдут за пределы города и их обвенчает военный священник. Я осторожно рассказываю ей о секретах ее тела и упоминаю о том, что от того, насколько она сможет угодить мужу, будет зависеть, спасет ли он ее семью от гибели или нет. Я вижу, как Энн растеряна и напугана, она вот-вот расплачется. Она боится незнакомого ей мужчины, который держит в страхе всех жителей города, но еще больше она боится страданий и смерти. Это мне на руку, и я использую ее ужас, направляя в нужное мне русло. Мне странно видеть, как моя ложь попадает в цель, как она цепко впивается в ее разум. Она на несколько лет младше меня, и хотя она уже вступила в пору юности, она так мало знает о жизни по сравнению со мной, какая она счастливая. И как мне жаль ее и себя.

Энн готова на все, чтобы спастись самой и спасти свою семью, а главное своего маленького двоюродного брата. Что для этого нужно сделать? Быть покорной своему новому мужу и угождать ему в постели. Конечно же, я помогу и научу ее, и нам поможет тот, кто любит Энн не меньше меня.

Тем же вечером мы с Энн отправляется в центр города, мне не нужно ничего объяснять страже рядом со штабом, они знают, что господин ожидает гостей. Я оставляю Энн в приемной, прошу подождать, а сама Липу, надеясь, что он все еще ждет нас. Я нахожу его в его спальне. Он сидит в кресло посреди комнаты в домашнем бархатном халате, в его руке бокал настойки. Он был уверен, что я приду. Я не отрываю от него взгляда, мы оба напряжены. Но ни один из нас не собирается отступать, он желает девушку, а мне нужен шанс спастись. Мы оба прекрасно осознаем, что это мероприятие может обернуться против нас, но риск того стоит, вот только цели наши несопоставимы. Жажда жизни против жажды мести.

Вокруг полная тишина, на часах почти 10, все обитатели дома Липы спят. Его халат распахнут, ноги широко разведены, рукой он подергивает свой орган, покоящийся на крупных яичках. Его взгляд прикован к моему лицу, он будто бросает мне вызов или же пытается побороть мою неуверенность, хотя во мне сейчас нет ни капли сомнений. За дверью слышатся шаги, я дергаюсь, порываюсь к двери, но Абрахам жестом велит мне остаться на месте.

— Помни, если я получу то, что мне причитается, ты сможешь рассчитывать на любое мое содействие.

Дверь его спальни открывается, на пороге неуверенно появляется Энн, закутанная в плащ. Она нерешительно встает в дверях, останавливая взгляд то на мне, то на мужчине. Я подхожу к девушке и закрываю за ней дверь, задвинув засов, взяв ее за тонкое запястье, и провожу вперед на середину комнаты.

— Я рада, что ты пришла, милая, — я ласково обхватываю девушку за лицо и нежно целую ее в губы и лоб, как делала раньше, это особый жест связи между нами, — что ты доверилась мне. Ведь я всегда была рядом, Энн, поддерживала тебя, — увидев ее улыбку, я медленно расстегиваю застежку плаща, и он падает к ногам девушки, там же оказывается и ее платье.

Энн вздрагивает и опускает голову вниз, ее девичьи щеки заливает румянец. Я отступаю на шаг назад и оглядываю обнаженное тело....  Читать дальше →

Показать комментарии (14)

Последние рассказы автора

наверх