Город. Агония

Страница: 7 из 9

несколько раз вокруг ее небольших возвышений, затем кружит вокруг сосков, чтобы они напряглись, а потом с наслаждением сминает упругие девичьи полушария. Затвердевшие соски упираются в его ладони, и он занимается игрой с ними.

В нетерпении я осторожно подталкиваю его голову вниз, и Абрахам опускается к ее животу и дотрагивается рукой до её бедра. От этого прикосновения тело Энн вздрагивает и её ноги сами призывно раздвигаются. Мужчина протягивает руку между ними и, раздвинув пальцами кудряшки волос, быстро овладевает ее нежными складочками, теребя эти лепестки нежнейшего цветка, временами касаясь чуть влажного входа. Сладострастный стон становится ответом на его действия.

Тогда он склоняет голову и целует внутренние стороны ее бедер, постепенно приближаясь к прикрытым розовым губкам. И вот они оказываются под его губами. Энн вся выгибается навстречу его губам, бедра ее широко раздвигаются, тело трепещет.

— Пора, — хриплым голосом произношу я, обхватывая запястья Энн, поднимая их над ее головой по бокам от себя и прижимая к постели, — тебе придется немного потерпеть, милая, но это только в первый раз, я ведь тебе объясняла. Зато потом ты сможешь получать невероятное наслаждение, когда твой супруг войдет в тебя.

Оперевшись на локти, Абрахам Липа нависает над телом Энн, его ноги между ее разведенными ногами. Он двигает бедрами, водя органом у нее между ног, и она чуть приподнимает голову, пытаясь увидеть, что будет происходить, но ей неудобно, и она откидывает голову, закрыв глаза.

Абрахам, чувствуя сильное желание и не имея больше силы сдерживаться, налегает животом на распростертое тело девушки. Возвышаясь над ее лицом, он опускает одну руку вниз и, взяв напрягший орган, головкой начинает раздвигать губки приоткрывшейся дырочки. Но, когда он пробует двинуться чуть дальше, Энн порывается сдвинуть ноги и шепчет мне: «Я боюсь». Любое дальнейшее прикосновение твердой плоти к ее промежности заставляет ее сжиматься.

Опасаясь, что так у нас ничего не получится, и девушка окончательно испугается, я отпускаю ее руки и тянусь вперед. Мои пальцы пробегаются по ягодицам мужчины, его бедрам и ложатся на дрожащие ноги Энн. Я обхватываю ее за ляжки и подтягиваю ее ноги вверх, согнув их в коленях и разведя широко в стороны. Абрахам снова обхватывает рукой до боли напряженный орган, приставляет его к заветной девственной дырочке и направляет вниз. Почувствовав, как скользкое, упругое и горячее влагалище обволакивает головку, мужчина нетерпеливо с силой вгоняет его на всю длину. Громкий крик боли раздается в комнате, который тут же погашен мужской ладонью, в то время как я крепко держу разведенные ноги девушки, которые она пытается свести вместе, сбросив тяжелое тело, причиняющее ей боль. Крик девушки и мой напряженный взгляд приводят Абрахама в чувство. Он, немного помедлив, начинает уже тише и спокойней двигать своим органом в ее теле.

Чтобы отвлечь ее, Абрахама мнет её нежную грудь и сжимает соски. Он ласкает её бархатные полушария, стараясь доставить девушке удовольствие и отвлечь от боли, пока его орган раздирает ее узкую пещерку. Ее лицо и шея покраснели от напряжения, приоткрытый ротик жадно хватает воздух. Она вдруг зажмуривается, стонет и выгибает спину, вырываясь из наших рук, когда его движения становятся жестче, молниеноснее, когда Абрахам ускоряется и вгоняет свой член глубже. Энн снова сдавленно вскрикивает, её ладошки сжимаются в кулачки, и она перестает вырываться. Еще несколько толчков и Липа едва успевает вытащить орган из ее уже не девственного влагалища, чтобы выплеснуть свое семя на живот девушки.

Немного отдышавшись, он, стараясь не касаться Энн, слезает с нее и встает с кровати, вытерев свой орган краем простыни, оставляя на нем небольшой кровавый след. Ноги Энн, больше не удерживаемые мной, опускаются на кровать, она даже не пытается их свести, ее покрасневшие от прилива крови и измученности опухшие половые складочки и вход во влагалище открыты взору, на них заметны капельки крови. Я нежно глажу ее по лицу и волосам, вытираю ее слезы, нашептывая слова успокоения и утешения, обещая, что в следующий раз со своим супругом она испытает неземное наслаждение, которые испытывают все женщины от проникновения мужского члена в их тела.

Когда Энн успокаивается, я помогаю ей подняться, надеваю на нее платье, заворачиваю в плащ и провожу к выходу, велев одному из верных Липе людей проводить ее до Ратуши. Когда я возвращаюсь, Абрахам приканчивает бокал настойки, стоя обнаженным посреди комнаты, держа в другой руке окровавленные простыни.

— Все прошло удачно, — сказала я, — правда, я надеялась, что она получит хоть какое-то удовольствие. Вы предъявите всем эти простыни или дождетесь, когда в брачную ночь ее муж узнает, что его обманули и передали испорченный товар? Впрочем, это не важно, ее судьба решена. Я выполнила свое обещание, вы осуществили задуманное. Ваша очередь.

Я подхожу к письменному столу и достаю лист бумаги. Я пытаюсь открыть чернильницу, когда ощущаю руки на своих бедрах. Я замираю, когда одной рукой Абрахам наклоняет меня вперед, уперевшись в мою спину, и кладет животом на стол. Тяжелое тело наваливается сверху, прижавшись ко мне обнаженным торсом.

— Тебе не кажется несправедливым, что ты дала мне одну женщину, а жизни хочешь спасти две? — медленно произносит он мне на ухо.

— Ты получил не только женщину, ты отомстил ее отцу, — возражаю я, поднимаясь и поворачиваясь к нему, — тебе осталось лишь подписать разрешение на выезд, мой и Яна.

— Мы живем в странное время, — Абрахам берет прядь моих волос и перебирает ее в ладони, — слово, закон, родственные узы уже больше не имеют того значения, которое имели раньше.

— Тогда почему я должна верить тебе сейчас? — с негодованием спрашиваю я.

— Потому что я сказал тебе, что спасу Твою жизнь, если ты приведешь ко мне Энн, и не важно, что ты имела в виду. Я готов подписать бумагу для тебя прямо сейчас, и тогда ты уйдешь. Или же я подпишу бумагу для двоих спустя какое-то время, достаточное для того, чтобы мы оба получили удовольствие. Посмотри, что ты делаешь с моим членом? Он чувствует твой аромат в воздухе, и он хочет тебя.

Поняв, что я не стану сопротивляться, поставив меня в безвыходное положение, Абрахам поднимает мои юбки и принимается нащупывать вход в мое влагалище.

— Тебе не хватит сил, чтобы удовлетворить меня, Липа, не льсти себе, — зло говорю я.

Абрахам смеется, после чего опускает меня на пол, поставив на четвереньки спиной к себе. Мои юбки тут же оказываются у меня на спине, мое лоно полностью открыто его взору и его прикосновениям. Он кладет руки на мои лобок и большими пальцами массирует вход во влагалище. Его терпения хватает надолго, и мое тело начинает извиваться, широко расставленные ноги подрагивают. Абрахам направляет бедра ко мне и вводит свой член в меня до самого основания и замирает. Мне нравится чувство, с которым его член заполняет меня, и я хочу, чтобы он скорее начал двигаться во мне. Злость от того, что меня обманули, исчезла; меня охватывает томление, которое возбудили во мне ласки мужчины. Он первый мужчина после Лоя. Что бы сделал Лой-Цербер, увидев меня сейчас? Он вырвал бы сердца нам обоим, голыми руками.

Я чувствую, как Абрахам разводит руками мои ягодицы, очевидно, ему доставляет удовольствие смотреть, как его член погружается в меня. Потом он приподнимает меня и тянет на себя, подняв в вертикальное положение. Я опираюсь на колени и пальцы ног, моя спина прижимается к его груди и животу. Его член чуть не покинул мое тело, кода мы меняли положение, но через мгновение к моему облегчения снова погрузился в меня, мне так не хочется ощутить пустоту в изнывающем от возбуждения нутре. Абрахам замирает, предоставив мне свободу действий, и я начинаю приподниматься и опускаться, насаживаясь на его член, мои руки обхватывают его колени, я боюсь, что слабость не позволит мне сохранить равновесие.

Через несколько минут я уже не ...  Читать дальше →

Показать комментарии (14)

Последние рассказы автора

наверх