Возвращение Бога

Страница: 1 из 7

Он сидел в кресле с высокой спинкой с закрытыми глазами, почесывая когтистой рукой увенчанный рогами лоб. Прямо на деревянном полу у его покрытых густой черной шерстью ног сидела обнаженная девушка и, преданно глядя в его равнодушное лицо, старательно насасывала покрытый такой же шерстью член. Обычно Господин терзал этим оружием ее нутро, вырывая из горла мольбы о пощаде и крики боли. Но сегодня он был не в духе, поэтому ей приходилось царапать губы и щеки о жесткую шерсть. Уж лучше бы трахал, думала она, в очередной раз вылизывая ярко-розовую, как у собаки, головку.

— Устал, — проговорил он, не обращаясь ни к кому конкретно.

Глаза девушки расширились, и она стала сосать с удвоенным усердием.

— Отвали, — со злостью прошипел он и больно пнул ее копытом в живот.

Девушка вскрикнула и, тихо звякая цепями, отползла в дальний угол комнаты.

Он встал и отошел к окну. Она наблюдала за ним полными слез глазами. Неужели она ему надоела? Конечно, жить в его гареме и ежедневно исполнять все его капризы это далеко не сахар, но вернуться к остальным еще хуже.

На пороге комнаты возник огромный козлоголовый Слуга:

— Милорд? — он учтиво поклонился.

— Убери ее, — глухо приказал Господин.

Слуга снова поклонился, схватил цепь, прикрепленную к стальному ошейнику на шее девушки, и потянул ее к выходу да с такой силой, что она даже не смогла встать на ноги. Ей оставалось только стиснуть зубы и крепко вцепиться пальцами в кольцо, через которое была продета цепь, чтобы хоть немного ослабить натяжение.

Господин даже не обернулся. Он смотрел за окно на бурлящую лаву, на поднимавшиеся с ее поверхности языки пламени и струйки черного дыма, на сновавших между ними крылатых демонов, слушал гул и приглушенный рокот и иногда перекрывавшие их крики и стоны. И его лицо становилось все мрачнее.

— Устал, — шепотом повторил он.

За его спиной раздался тихий шелест. Он резко развернулся.

— Вот уж кого не ожидал увидеть здесь, — угрюмо ухмыльнулся он.

Его гость улыбнулся и сел в кресло, в котором всего пару минут назад сидел он сам.

— Что тебе нужно? — он сверлил алыми глазами лицо пришельца.

Гость тем временем задумчиво рассматривал белоснежное оперение на своих крыльях.

— Не могу сказать, что мне приятно находиться здесь, — проговорил он наконец. — Поверь мне, я бы не пришел сюда, если бы не нужда.

— Что тебе нужно, Аэль? — брови Господина сдвинулись к переносице.

— Я очень хорошо понимаю тебя... брат, — усмехнулся Аэль, сделав многозначительную паузу. — Провести здесь всю Вечность это очень неприятно. Но ты сам виноват — идти войной против отца было плохой идеей...

— Я это уже понял, — он отвел взгляд в сторону и снова отвернулся к окну.

— Но у тебя есть шанс вернуться, — продолжил Аэль с прежней улыбкой.

— Отец никогда этого не позволит, — Господин горько вздохнул.

— Отца больше нет, — пожал крылатыми плечами Аэль. — Теперь старший среди нас Дифус.

— Рыбьеголовый? — он с недоверием посмотрел на брата. — Да ладно, он же ничего не смыслит в Законах.

— Вот именно, — подтвердил Аэль и поднялся на ноги, — никто из них не смыслит. Тантару вообще нет никакого дела, а Агнис слишком горяч и вспыльчив...

— К чему ты клонишь? — на этот раз в алых глазах Господина вспыхнул огонек интереса.

— Если мы объединимся, они не смогут нам ничего противопоставить, — шире улыбнулся Аэль.

Господин снова отвернулся к окну, но теперь не видел лавы и не слышал рокота и стонов. В его ушах стояли звуки битвы, звон стали и свист стрел, а перед глазами проходили бесчисленные армии с ним на пылающей лошади во главе, а на его губах играла торжествующая улыбка.

— Каковы твои цели? — поинтересовался он.

— Неужели не ясно?

— Но ты же никогда не стремился к власти! — он резко развернулся лицом к Аэлю. — Я же приходил к тебе тогда, и ты отказался поддержать меня. Ты сказал, что тебе это не нужно...

— Верно, — глаза Бога Неба светились снисходительной радостью. — Тогда мне это было не нужно, потому что ты шел против отца. Твой план был с самого начала обречен на провал — и об этом знали все, кроме тебя. Но сейчас все иначе. Если ты соберешь свои легионы и нападешь внезапно, они просто не сумеют ничего тебе противопоставить.

— Но если они объединятся... — Господин прищурился.

— Не смеши меня, — отмахнулся Аэль все с той же божественной улыбкой, — они не смогут объединиться — слишком велики разногласия между ними и они слишком долго их лелеяли. К тому же они слишком заняты разжиганием вражды между своими расами. Поэтому сейчас самое лучшее время для нападения.

— А если я проиграю?

— Ты ничего не потеряешь. Ты вернешься сюда в то же положение, в котором ты находишься сейчас. Но в случае победы ты получишь куда больше, чем потерял тогда — ты вернешь свое имя, свои храмы. Твой культ станет даже более почитаемым, чем был раньше.

— А ты?

— Ты не поймешь, — Аэль вдруг тяжело вздохнул и отвел глаза в сторону. — Четыре бога, четыре стихии, четыре расы. Сейчас миром людей правит Кайнариони, но цари все еще мечтают захватить верховную власть. Это идеальная почва для начала новой войны. Братья не понимают, почему война это плохо. Они считают, что стоит позволить людям уничтожить друг друга и создать другой мир. Но я-то знаю — сколько бы миров мы не создавали, итог всегда будет один. Потому что проблема этих миров не в них, а в нас. Мы создаем людей по своему образу и подобию, мы разделяем их на расы согласно своим стихиям, и каждая раса поклоняется своему богу, перенимая его стремление к абсолютной власти...

— Ты хочешь установить единую религию для всех рас? Ты хочешь объединить людей под владычеством одного бога? — догадался Господин.

— Да, — кивнул Аэль. — Я не могу стать таким богом, как не могут им стать ни Тантар, ни Дифус, ни Агнис, потому что в таком случае возвеличится одна из рас, а другие должны будут ей подчиняться. Это неизбежно вызовет недовольство, как среди людей, так и среди богов. А ты другое дело. У тебя нет своей расы, значит, в твоих глазах все они равны. И ты в их глазах олицетворение пугающей и неведомой силы.

Господин улыбнулся и чуть прикрыл пылающие глаза.

— Аэль, твои речи, как всегда, убедительны, — проговорил он после паузы. — Я согласен. Когда выступаем?

— Как только ты будешь готов, — чуть склонил голову Бог Неба.

* * *

В Гуарране наступило время благоденствия. Четыре расы признали власть Кайнариони. Куардадианон продолжали нести службу в качестве ее личной гвардии, но теперь были созданы отряды и из агниарнон, дивадурон и дандайарол, которые также охраняли покой Госпожи.

Антанаэль по-прежнему выполнял обязанности Истинного Воина и сопровождал Тарну в ее воплощениях в других мирах, но если раньше в таких путешествиях он ничего не помнил о Гуарране, то теперь он всегда был хорошо осведомлен о своей миссии и о миссии Кайнариони.

Вроде все шло хорошо, но с каждым днем Антанаэля охватывало все большее беспокойство. Он с нараставшим волнением всматривался в собиравшиеся по вечерам над горизонтом тучи и с удвоенным усердием следил за перемещениями Тарны. Что-то назревало, он чувствовал это. И Кайнариони все больше времени проводила в Святилище, а не в Зале Совета.

— Антанаэль, — однажды сказала она ему, с тревогой глядя куда-то вдаль, — скоро все изменится. Мир станет другим.

Он нежно обнял ее плечи:

— Ты боишься этого?

Она мотнула головой и прижалась щекой к его руке:

— Резкие перемены всегда означают войну, а война это всегда смерть. Я боюсь смерти, Антанаэль. Боюсь, что мои подданные будут умирать, что останутся сиротами дети и вдовами жены. Боюсь глаз стариков, которые хоронят своих сыновей. Боюсь слез сестер, которые узнают о гибели братьев...

— Может, все еще обойдется? — Антанаэль легко скользнул губами по ее шее.

Она прикрыла глаза:...

 Читать дальше →
Показать комментарии (14)

Последние рассказы автора

наверх