Служанка

Страница: 4 из 18

смотреть на голубое небо, слушать, как стрекочет кузнечик, смотреть, как жуки деловито катят к своим норкам комочки с собранной едой...

— Входите, дети, — раздался громкий голос госпожи.

Служанка встрепенулась и увидела перед собой два огромных чемодана на колесиках и с ручками. Они все были облеплены красочными наклейками с надписями и смешными рожицами-смайликами. Катя вскочила с колен и столкнулась нос к носу с долговязой худощавой девицей, лениво осматривавшей прихожую.

Девушка с нескрываемым любопытством смотрела на дочь своей госпожи. Девица была высокой и очень худой, будто её не кормили несколько месяцев. На узком бледном лице яркими пятнами выделялись тени, наложенные на впалые щеки. Слегка суженные и широко расставленные глаза были накрашены так обильно, что походили на карнавальную маску. Тонкие почти белесые губы были плотно сжаты и выглядели, как две еле заметные ниточки. Катю поразил цвет волос девицы — фиолетовый с красноватым отливом. Они спадали на плечи двумя каскадами, придавая и без того худому лицу угрожающий вид.

Не смотря на то, что стояла теплая солнечная погода, девица была обута в высокие кожаные сапоги, доходившие ей до середины бедра, огромная платформа и высокий каблук создавали впечатление, что вместо ног у неё ходули. Одежда служанке тоже показалась вызывающей. Короткая юбка, казалось, была сшита из куска автомобильной шины. Она почти не гнулась и висела на тощей талии, как колпак, слегка раскачиваясь в такт шагам. Тонкая майка-топик держалась на двух ниточках-бретельках. Поскольку девица была плоскогрудой, верхняя часть её гардероба висела мешком. На тонкой длинной шее болталась целая гирлянда ожерелий непонятного происхождения. И в довершение картины руки, плечи, спина и шея были испещрены разноцветной татуировкой.

— Че это? — прогнусавила девица, указывая мизинцем в сторону служанки, — Твоя новая соска? А где та, белобрысая? Сдохла?

— Я её выгнала, — ответила Элеонора.

— Гы-гы-гы, — раздалось конское ржание.

И тут же из-за спины госпожи вынырнул низкорослый паренек и уставился на девушку маленькими мутными глазками. Сынок госпожи был полной противоположностью своей сестрицы. Низкого роста, плотный, коротконогий, он походил на небольшой бочонок, к которому зачем-то приделали руки, ноги и голову, на которой огромным шаром вилась мелкими завитками рыжая шапка волос.

Одет он был в старые потертые джинсы, явно на два размера больше. Они висели на непропорциональной фигуре, как балахон, складываясь гармошкой на рваных кроссовках, разрисованных причудливыми узорами. Похожее на шар тело прикрывала застиранная футболка неопределенного цвета с оторванным воротом, из которого торчала толстая короткая шея, усыпанная, как и лицо, мелкими бурыми прыщами.

— Реально, каникулы будут клевыми! — воскликнул он, глядя на сестру.

— Не раскатывая губешки, братец, — опять прогудела девица, — Я уже два месяца на голодном пайке. Я первая займусь этой хабалкой, а ты постой в стороне, недоумок.

— Ты че? — взвизгнул парнишка, выпятив вперед грудь, — Крутая? Да? А че? Твой хахель тебя по бороде пустил? Гы-гы-гы!

— Не твоё дело, дебил! — огрызнулась девица и отвесила брату крепкий подзатыльник.

— Не ссорьтесь, дети, — удивительно мягким тоном попросила Элеонора и сразу же, придав своему лицу свирепый вид, отвесила служанке оплеуху, — Чемоданы — в комнаты, а сама — на кухню! Живо, корова!

— Да, госпожа.

Катя схватила чемоданы и уже хотела отнести их в комнаты, но что-то дернуло её за лодыжки, и девушка распласталась на полу.

— Гы-гы-гы! — опять заржал сынок, — Че, соска? Ножки не держат? Ща подмогну!

Не долго думая, он влепил Кате сильный пинок. Служанка ойкнула, но устояла на ногах. Стиснув зубы, она поволокла чемоданы в комнаты гостей. Определить, где — чей, не составило труда по надписям на ярлыках, и девушка очень быстро узнала детей Элеоноры. Рыжего паренька звали Рудольфом, а его крашеную сестру — Маргаритой. Но девушку это нисколько не удивило. Она уже знала, что такие люди, как её хозяйка, из кожи вон лезут, нарекая своих отпрысков самыми вычурными, хлесткими именами.

— Эй, соска! — услышала она гнусавый голос дочери хозяйки.

— Да, госпожа, — Катя обернулась.

Маргарита стояла, облокотившись о дверной косяк, и беззастенчиво рассматривала девушку. Её сузившиеся до еле заметных щелочек глаза источали неприкрытую похоть. Оглядев служанку, она медленно подошла к ней, вульгарно виляя тощими бедрами.

— После обеда, — властным голосом сказала девица, — Придешь в мою комнату.

— Да, госпожа, — служанка присела в поклоне.

— Вылижешь меня, — ехидно улыбаясь, уточнила Маргарита.

Катя уже хотела машинально ответить, но вдруг застыла с открытым ртом, как замороженная, глупо хлопая глазами. Девица, заметив замешательство служанки, гаденько улыбаясь, уселась в кресло и забросила ноги на подлокотники. Короткая юбка поползла вверх, обнажая вздувшиеся половые губы и начисто выбритый лобок.

Марго медленно раздвинула пальцами нежную кожицу своего лона, и Катя с удивлением увидела, как из-под капюшона вылез розоватый отросток. Девица, прикрыв глаза, обхватила его двумя пальцами и начала гладить, урча от удовольствия. Её вздохи становились громче, появился легкий хрип.

Катя стояла перед дочерью своей хозяйки и наблюдала во все глаза живую картину, не в силах отвести взгляд. Внезапно она почувствовала, как заныли её соски, увеличиваясь в размерах, между ногами снова захлюпало, засосало под ложечкой. Щеки запылали, а по телу стал разливаться сильный жар.

— Пошла вон! — прохрипела Марго, — Жрать охота. Но после обеда придешь. Или я тебя вздрючу.

— Да, госпожа, — служанка выскочила из комнаты.

Пока хозяйка с детьми разделывались с закусками, Катя, сунув в печку огромный кусок телятины, присела на табурет. Она немного успокоилась после визита к Марго, но соски еще зудели. Девушка осторожно дотронулась до маленького бугорка пальцем. По телу пробежала легкая дрожь, взгляд затуманился, стало трудно дышать.

— Что со мной? — подумала девушка, — Может, я заболела?

— Эй, где ты там? — раздался грубый окрик госпожи, — Заснула, что ли? Суп давай!

— Чтоб ты подавилась, — прошептала Катя, подхватывая поднос с огромной фарфоровой супницей.

Пока она разливала суп по тарелкам, Рудик всё время косился на девушку, ища случая ущипнуть её или подставить ножку. Но Катя была начеку и каждый раз ловко ускользала от его проказ.

Но когда она раскладывала на тарелки мясо, парень, чуть наклонившись вперед, ухватил служанку за грудь и сильно дернул. По счастью в руках у девушки ничего не было. Она лишь вскрикнула и отскочила в сторону, еле удержавшись на ногах.

— Гы-гы-гы! — заржал Рудик, раззявив рот, из которого на скатерть тут же повалилась не пережеванная пища.

— Дебил, — прошипела Марго и сильно треснула брата по лбу столовой ложкой, — Свинья! Утихни, или я тебе зубы пересчитаю!

Парень сразу сник. Скорее всего, он боялся Марго и знал, что она зря грозить не будет. Но девушка понимала, что этот избалованный недоросль не упустит возможности всласть поиздеваться над беззащитной прислугой.

Подав десерт, Катя ушла на кухню и, забившись в угол, с удовольствием уплетала остатки тушеной телятины, запивая её сладким компотом. Забот у неё теперь прибавилось, и девушка должна была основательно подкрепиться. Пережевывая мясо, она пыталась разобрать, о чем говорят хозяева. Но кроме словестной перепалки брата с сестрой и вялых попыток матери успокоить своих разошедшихся чад она ничего не услышала.

Покончив с едой, служанка сложила грязную посуду в машину и включила воду.

— Сидишь? — услышала она гнусавый голос Марго, — А я думала, ты к себе ушла.

— Нет, госпожа, — Катя кивнула на кухонный комбайн, — Мне нужно убраться.

— Мамашка дрыхнуть ухиляла, — сообщила девица, — И этот дебил, мой братец, тоже свалил....  Читать дальше →

Показать комментарии (5)

Последние рассказы автора

наверх