Перед рассветом

Страница: 1 из 27

Солнце уже скрылось за верхушками деревьев, но долгожданная прохлада не наступала. Раскаленный от дневного зноя воздух наполнился влагой и стал вязким и тяжелым. Горожане спешили к своим жилищам в призрачной надежде найти спасение за стенами старых каменных домов. Только на главной площади старого города кипела работа. Несколько обнаженных по пояс рабочих, стуча молотками и скрепя пилами, сооружали огромный помост. Утром должна была состояться казнь — излюбленное развлечение толпы.

К низкой двери, еле различимой на темном фоне поросшей плющом и мхом стены, подошел высокий человек в строгом черном камзоле и три раза стукнул в крошечное окошко. Послышалась нервная возня и недовольное бормотание. В узком проеме появилось раскрасневшееся от духоты и гнева лицо привратника.

— Кого еще черти несут? — прорычал он скрипучим голосом, — Кто там?

— Я — Кристофер Норт, — представился человек, — Комендант ждет меня. Открывай.

Окошко захлопнулось, послышалось бряцанье ключей, и тяжелая дверь с противным скрипом отворилась. Человеку пришлось согнуться чуть ли не пополам, чтобы не стукнуться о притолоку.

— Проходите, господин Норт, — перед ним стоял толстый кривоногий мужчина преклонного возраста в потрепанной одежде.

Заперев за Крисом калитку, он, бряцая ключами, заковылял к низкому каменному зданию комендатуры. В маленьком квадратном окошке горел свет. Криса ждали.

— Господин Кристофер Норт! — из-за стола, заваленного бумагами, поднялся низкий худощавый мужчина в черном сюртуке, застегнутом на все пуговицы, — Я Вас уже давно жду. Как только сообщили, что Вы придете, я пересмотрел свои планы на вечер и решил задержаться. Такому человеку, как Вы...

— Довольно словоблудия, — Норт медленно опустился на скрипучий деревянный стул.

— Я Вас слушаю, — комендант принял деловую позу.

— Завтра состоится казнь, — ровным голосом произнес гость.

— Да, — комендант кивнул, — И что?

— Я хочу поговорить со смертницей. Она была моей рабыней, и я хочу услышать из её уст объяснения.

— Видите ли, — комендант откинулся на спинку своего кресла и закатил глаза, — Поговорить Вы, разумеется, можете. Но какой это имеет теперь смысл? Завтра эту ничтожную рабыню возведут на эшафот...

— Вы отказываете мне? — резко перебил его Норт.

— Что Вы! — комендант замахал руками, — Как я могу отказать такому человеку? Я лишь высказал своё мнение...

— Которое никого не интересует, — продолжил тем же тоном Крис.

Комендант покраснел от гнева, но проглотил эту пилюлю. Взяв себя в руки и вновь приняв величественный вид, он откашлялся и громко крикнул:

— Сержант!

Через несколько секунд в комнату влетел немного взъерошенный молодой человек, на ходу застегивая свой мундир. Глаза его были налиты кровью, лицо раскраснелось. Руки тряслись так, что этот парень не мог справиться со своими пуговицами.

— Опять приволок шлюху? — заорал на него комендант, — Вот посажу под арест, тогда будешь знать...

— У меня мало времени, — снова перебил его Крис.

— Да-да, — комендант прикрыл рот рукой, — Отведи этого господина в камеру номер пять.

— Слушаюсь, господин комендант! — сержант щелкнул каблуками.

Норт быстро шел по тюремному узкому коридору, сопровождаемый сержантом, освещавшим путь факелом. Было тихо. Плотно закрытые двери камер не пропускали ни одного звука, но Крис знал, что за этими стенами узники и узницы вовсе не блаженствуют. Будто самый изощренный на садистские выдумки человеческий гений построил это сооружение с одной лишь целью — причинить как можно больше мучений его постояльцам.

— Мы пришли, — каким-то странным тоном возвестил сержант.

— Открывайте, — приказал ему Крис.

Загремел тяжелый засов, и массивная дверь отползла в сторону, освободив узкий проход в каменную темницу. Приняв из рук солдата факел и велев ему ждать снаружи, Норт вошел в камеру. В нос сразу же ударила волна спертого воздуха, смешанного с человеческим потом и испражнениями.

Подняв факел повыше, он с трудом разглядел у противоположной стены маленькую фигурку узницы. Девушка была закована в тяжелые кандалы, цепь которых крепилась к стене своим средним звеном. Руки, заведенные за спину, так же были скованы толстым железным кольцом, от которого тянулась к стене короткая цепь. Видимо, палачам этого показалось недостаточно, и они приковали невольницу еще и за шею, надев на неё широкий грубый обруч.

Девушка была полностью обнажена, и Крис заметил, как мелко дрожит её хрупкое тельце. Но даже в этом состоянии она выглядела возбуждающе. Молодой человек невольно залюбовался её совершенной фигурой: полные полушария грудей с большими окружностями вокруг темных сосков манили к себе, словно прося поласкать их, плоский упругий животик то напрягался, то ослабевал при каждом выдохе.

Пленница не без труда подняла голову. В её черных, как деготь, больших глазах отразился свет факела, и они словно загорелись кровавым блеском.

— Здравствуй, Дана, — стараясь говорить ровно, произнес Норт.

— Зачем ты пришел, хозяин? — рабыня скривила рот в притворной улыбке, — Хочешь напоследок насладиться моими муками?

— Нет, — Крис покачал головой, — Я пришел, чтобы спросить тебя.

— О чем, хозяин? — ухмыльнулась рабыня.

— Зачем ты это сделала? Почему бросилась на меня с ножом?

— Чтобы убить тебя! — закричала девушка, — А потом и себя!

— Зачем тебе была нужна моя смерть? — удивился Крис, — Я с тобой плохо обращался? Я насиловал тебя, избивал, морил голодом?

— Тебе не понять, хозяин, — тихо ответила невольница.

— А ты попробуй, — не отступал Норт.

Дана взглянула на своего господина, и у того мурашки побежали по телу. Девушка не отрывала глаз от него, ноздри её маленького чуть приплюснутого, как у большинства африканок, но симпатичного носика раздувались, словно вот-вот из них вырвется пар. Наверное, её долго не поили, и пухленькие губки потрескались. Дыхание её участилось и даже стало прерывистым. Рабыня была сильно возбуждена.

Набрав в легкие воздух, она прохрипела, глядя Крису в глаза:

— Я любила тебя, хозяин! Но моя любовь не была рабской! Я готова была броситься в пламя, умереть за тебя, но ты даже не замечал этого! А когда в доме появилась эта блондинка в платье с глубоким вырезом, и вы сидели за столом и весело болтали, обнимаясь и целуясь, я поняла, что значу для тебя не больше, чем старая сломанная вешалка, место которой давно на городской свалке. Конечно, хозяин, что может значить ничтожная темнокожая девка против такой дамы, как госпожа Лилиана! Вот тогда я и решила убить тебя и себя, чтобы хоть там, на небесах мы, может быть, смогли бы соединиться!

Силы оставили её, и Дана повисла на своих оковах. Толстый обруч ошейника врезался в её тонкую хрупкую шею, принеся новые страдания. Девушка тихо застонала.

Крис бросился к узнице и подхватил её голову. Нащупав на поясе флягу с водой, он зубами вырвал пробку и поднес горлышко к начавшим белеть губам девушки. Дана, ощутив живительную влагу, жадно начала пить, а её хозяин, поддерживая рабыню за талию, зарылся лицом в её всё еще прекрасные густые волосы, но успевшие впитать в себя всю вонь тюремной камеры.

— Господин Норт, — раздался за спиной негромкий голос сержанта, — Нам пора.

— Прости меня, девочка, — прошептал Крис, с трудом выговаривая слова, — Я оказался невероятным глупцом.

Дана подняла на него глаза, и Крис увидел, как они наполняются слезами. Не в силах больше смотреть на это он быстро вышел из камеры и, не дожидаясь сопровождающего, пошел по коридору, мысленно кляня всех вокруг, но больше всего себя самого.

***

Утро этого дня было ясным и безоблачным. Легкий ветерок, дувший с моря, шелестел в широких лапах пальмовых листьев. Небольшие волны с тихим шипением накатывались на песчаный берег, играя с ним в камушки. На мелководье резвились маленькие рыбешки, и этим пользовались дети, стараясь ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (1)

Последние рассказы автора

наверх