Белый ангел — чёрный демон

Страница: 2 из 30

все вопросы он лишь пожимал плечами. Вот и сейчас молодой человек сидел, прислонившись спиной к стволу высокого дерева, и попыхивал трубкой, выпуская тонкие струйки приятно пахшего голубоватого дымка.

Глаза его были прикрыты, но Ливия понимала, что Горн внимательно наблюдает за ней. Невольно девушка сжалась в комок, чувствуя его хоть и ласковый, но, всё же, взгляд мужчины. А Горн с наслаждением и нескрываемым интересом рассматривал девушку.

Она была великолепна! Густые длинные волосы, отливавшие медью в свете костра, плотным потоком падали на худые, но совсем не тощие плечи. Тонкие изящные руки с гладкой бархатистой слегка тронутой загаром кожей. Таким рукам позавидовала бы любая аристократка. Спокойный, чуть застенчивый взгляд больших зеленых, как изумруды, глаз притягивали, словно магнит. К своему удивлению Горн не заметил в них страха, лишь легкое смущение от пристального взгляда молодого мужчины.

— Накинь, — молодой человек бросил ей свой плащ, — Ты вся дрожишь.

Подцепив отточенной палочкой кусок оленины, он протянул его рабыне. Ливия бросила на Горна удивленный взгляд. Еще ни разу никто ей не разрешал притрагиваться к пище раньше, чем не насытится её господин. Это было против правил.

— Нет-нет, хозяин! — она замотала головой, — Я — всего лишь ничтожная рабыня! Я...

— Ешь, рабыня, — с улыбкой ответил Горн, — Не рассуждай. От урчаний в твоем животе вокруг нас скоро соберутся все волки этого леса.

Он вытащил из сумки ломоть серого крестьянского хлеба, разломил на две части и протянул одну из них девушке. Рабыня с жадностью впилась в мясо своими острыми зубками и ритмично задвигала челюстями.

— Сварилось? — спросил юноша.

— О, да, хозяин, — кивнула девушка, — Только соли маловато.

— Что есть, — Горн подцепил из котелка большой кусок и тоже принялся за вечернюю трапезу.

Насытившись, он отхлебнул из круглой фляги, обшитой кожей, и расслабленно отвалился к дереву. Ливия застыла в ожидании приказа, но его почему-то не последовало. Тогда она, подхватив котелок, направилась к маленькому ручейку, журчавшему недалеко от их стоянки, и принялась тереть его, очищая от жира и копоти.

Провозившись не менее часа, девушка вернулась к костру.

— Хорошая рабыня, — с улыбкой сказал Горн, — Воспитанная.

— Спасибо, хозяин, — Ливия склонила голову.

— Погрей меня, — юноша распахнул накидку из козьего меха, в которую кутался, — Ночь холодная. Я замерз.

Девушка юркнула в спасительную теплоту и прижалась к широкой груди господина, обхватив его руками и склонив голову на плечо. Её тонкая порванная в нескольких местах туника, едва прикрывавшая стройное молодое тело, совсем не спасала от стужи, и рабыня с нескрываемым удовольствием наслаждалась теплом, источаемым сильным телом её нового хозяина.

Поджав босые ноги, она спрятала их под шкуру. Вскоре дрожь прошла, сменившись приятной негой от сытного ужина и тепла, о котором Ливия не смела даже мечтать. Она вдруг почувствовала, как Горн нежно обнял её и еще крепче прижал к себе.

— Тебе тепло, девочка? — тихо спросил он.

— Меня зовут Ливия, господин, — прошептала рабыня.

— Я знаю, — Горн потрогал металлический обруч на шее рабыни, — Там написано твоё имя. А как звали твоего прежнего хозяина?

— Граф Себастьян Лазар, господин, — с большой долей злобы процедила сквозь зубы девушка.

— Знакомое имя, — произнес молодой человек, — Значит, эта гнида еще топчет нашу землю.

— Да, господин, — Ливия почувствовала, что засыпает.

— Спи, рабыня, — Горн погладил девушку по волосам, — Силы нам еще понадобятся. Путь дальний и вовсе не безопасный.

Поляну постепенно затягивал вязкий густой туман, окутывая всё вокруг сырой липкой пеленой. Костер почти погас, но молодой человек, не желая тревожить уснувшую беглянку, не стал подбрасывать хворост.

— Не замерзнем, — решил он, наслаждаясь теплом, исходившим от тела рабыни.

Прикрыв глаза, он попробовал немного вздремнуть, но, как только закрывал глаза, безжалостная память с беспощадной точностью начинала рисовать в его сознании картины прошлого, где не было места добру и любви. Их сменили кровь, слезы, предательство и обман. Уши резали пронзительные крики и стоны, мольбы о помощи, предсмертные вздохи. Горн вздрагивал и вновь открывал глаза. Но сумрак ночного леса и шелест листвы понемногу успокаивали его.

Лишь незадолго до рассвета ему удалось немного поспать. Когда он открыл глаза, то с удивлением обнаружил, что девушка исчезла. Горн быстро вскочил на ноги и осмотрелся. Рука сама легла на рукоять длинного тяжелого меча. Чуткие уши его улавливали малейшие шорохи. Вот по тропинке пробежал ёж по своим утренним делам, вот белка проскользнула в дупло.

— Сбежала, чертовка, — раздосадовано пробормотал Горн.

Сам не понимая, зачем это делает, он направился к небольшому водопаду, который приметил еще вчера. Смутная надежда на то, что именно там он отыщет беглянку, заставила Горна пробираться сквозь заросли колючего шиповника. Вскоре он вышел на маленькую лужайку перед озерком, выдолбленным падающим водным потоком, и замер, спрятавшись в ветвях орешника.

Ливия стояла на берегу озера совсем близко от него и медленно расчесывала волосы своими длинными пальцами. Она грациозно прогибалась назад, когда откидывала на спину тяжелые локоны. При этом её стройное тело напрягалось и вытягивалось в струнку.

Девушка развернулась спиной, и Горн еле сдержал стон. Вся спина от шеи до поясницы была «расписана» жирными кровавыми полосами, оставленными хлыстом. Юноша явственно представил, какую боль должна была испытывать девушка, когда её истязали. Сердце его сжалось от боли и злобы, но молодой человек сжал зубы, чтобы не закричать, и быстро вернулся к месту ночевки.

— Никогда! — как заклинание повторял он, разводя огонь, — Никогда я не ударю её, даже, если рабыня провинится.

— Доброе утро, хозяин, — внезапно раздался за его спиной голос Ливии, — Как спалось моему господину?

— Ты где была? — прохрипел молодой человек.

— У ручья, — невозмутимо ответила девушка, — Умывалась и набрала воды в котелок. Я нашла немного барбариса и сейчас приготовлю отличный напиток. Он взбодрит Вас, господин.

Рабыня ловко подвесила котелок над огнем. Пока вода закипала, она отделила еще зеленые листочки от веток и, измельчив их, бросила в воду. Через пару минут по поляне разнесся легкий запах мяты и лесных ягод.

— Нам нужно спешить, — задумчиво сказал Горн, с интересом наблюдая за девушкой.

— Уже всё готово, — Ливия сняла котелок с огня.

Они ели молча, сидя друг против друга и глядя в глаза. Горн неторопливо рассматривал невольницу, не скрывая своего любопытства, а девушка словно наслаждалась его взглядом. Он скользил по ней глазами так мягко и ласково, что Ливии казалось, будто её новый хозяин гладит свою рабыню, лаская её волосы, плечи, шею, грудь.

— Нам пора, — внезапно раздался голос Горна.

Рабыня вздрогнула, вырванная из прекрасного сна, и с удивлением посмотрела на молодого человека, спокойно укладывавшего вещи в переметную сумку. Быстро вскочив на ноги, она кинулась помогать своему новому хозяину, но тот мягко отстранил девушку рукой.

— Надень вот это, — он протянул рабыне какой-то сверток.

Ливия осторожно развернула его. Длинная рубаха, сшитая из грубой ткани, доставала до щиколоток, а широкие рукава полностью закрывали кисти рук. Девушка, порыскав глазами, подхватила с земли кусок тонкой веревки, служившей ей поясом, и подвязала свою новую одежду на тонкой, почти осиной талии. Старую изорванную тунику она сунула в догорающий костер, и пламя с яростью сожрало истлевшую материю, оставив от неё лишь бесформенную кучку пепла.

— Садись, — приказал Горн, уже оседлавший своего жеребца, — Нам нужно спешить.

— Да, мой господин, — Ливия легко вспрыгнула на холку коня.

Усевшись поудобнее, она запахнулась плащом и не без удовольствия ...  Читать дальше →

Показать комментарии (2)

Последние рассказы автора

наверх