Возвращение на Скалистый

Страница: 4 из 13

рассмеялась.

— Не, ну так-то мы девочки порядочные. Но уж точно не монашки.

— Школу-то хоть закончили?

— Да у меня по ЕГЭ 230 баллов. А у сеструхи вообще под 250!

— А чего вернулись сюда? Ради мамы?

— Не-а. Хотели остаться. Она бы поняла. Но обстоятельства так сложились.

— Чего так?

— Перед выпускным на краже спалились. Хотели же, как все выгялдеть: платье-шматье бальное, туфли, клатч...

— У мамы бы попросили. У нее деньги есть.

— Ага! Она бы сразу поняла, что мы ни в каком рыбацком поселке, а в другом месте. Какой там нафиг выпускной бал в той дыре!

— То есть платья хотели украсть?

— Почему платья? Деньги. И почему хотели украсть? Украли. В дом к одному хозяину рыбзавода залезли. Но нас как-то вычислили. Хотели под суд отдать, но люди добрые нашлись в полиции. Замяли дело. Мы там такую жалобную историю рассказали, майор один аж прослезился. В общем вместо бала нас на ближайший вертолет, и сюда, на Скалистый. Спрятали, короче. И сказали 3 года носа не высовывать, пока срок давности по делу не пройдет.

— Все равно не пойму: как вы с 8-го класса от матери скрывали, что вы в Николаевске?

— Да легко! У мамы же только радиосвязь. А мы радиограммы ей исправно слали через Николаевский филиал управления. И на каникулы когда приезжали — лишнего не болтали.

— Но она как-то по-другому могла узнать. Через пилотов, или из интерната могли сообщить.

— Тут у нас все схвачено было. Наш инспектор из опеки, Галина Федоровна, душевная женщина была. Сама с управлением договаривалась. Типа мы только что на траулере приехали и нас домой надо вертолетом отправить. Там ни о чем и не догадывались. Да и кому оно надо? И письма, типа из старого интерната она сама писала.

— Представляю, что вы ей наплели, раз она такое для вас делала.

— Да уж. Наплели. До сих пор стыдно. Что мама наша — эгоистка. Специально не хочет, чтоб мы жизнь увидели. Чтоб не свалили к цивилизации, а с ней на Скалистом до старости тусовались. Эххх... Если бы не эта кража, сейчас бы уже в Приморском универе учились. У Галины там знакомые, обещала помочь...

— Хочется учиться?

— Хочется умотать отсюда!

— Так учитесь, кто мешает.

— Да как?! Нам еще два года тут куковать.

— Дистанционно. Через интернет. Сейчас это возможно. Ничего сложного. Инет налажу и можно будет уже завтра курс выбрать и записаться. Документы почтой ближайшей вертушкой отправить. Есть еще кое-какие нюансы, но здесь можно на Галину Федоровну доверку оформить, и она все сделает, если вы с ней не поссорились.

— Не поссорились, — я отметил, как восторженно загорелись глаза Лены, — Так точно можно?

— Конечно можно, Лен!

— И ты поможешь?!

— Помогу само собой.

— Кла-асс!, — радостно воскликнула она и принялась засыпать меня вопросами.

* * *

Прошло полтора месяца, наступил сентябрь, а вместе с ним — ухудшение погоды с холодными пронизывающими ветрами. Мои отношения с Леной и Настей совершенно наладились. А после того, как они получили в конце августа официальное извещение, что приняты в ВУЗ по программе дистанционного обучения — девочки вообще воспылали ко мне с самыми нежными чувствами. Правда, по моему требованию, им пришлось открыться матери, где на самом деле они заканчивали школу. А также повиниться в истории с кражей и ее последствиях.

Света пережила это очень тяжело. Узнав, чем промышляли ее дочери в старших классах, она вбила себе в голову, что кроме всего прочего ее кровиночки занимались еще и подростковой проституцией. И лишь визит на остров бригады врачей развеял ее сомнения. Последние несколько лет такое мероприятие стало регулярным и проводилось дважды в год — в начале навигации и под ее конец. Среди докторов был и гинеколог. Он-то и сообщил обеспокоенной матери, что «плева у девушек не нарушена, а имеет лишь незначительные повреждения. Очевидно от мастурбации». Светлана успокоилась и теперь только радовалась тому, как рьяно ее дочки взялись за обучение.

Наша с ней личная жизнь претерпела некоторые изменения. Утолив за первые две недели свою жажду безудержного секса, Света стала относиться к этому вопросу более спокойно. Полноценный секс у нас случался в среднем через день. Но одна традиция осталась неизменной, хоть и приобрела довольно пикантный оттенок. Ежедневный утренний миньет теперь назывался «кофе со сливками». Моя любимая женщина варила кофе и приносила его в постель для нас обоих. Сделав пару глотков, она погружала мой член в свой обжигающий от горячего напитка ротик, и выпускала его на свободу его только тогда, когда я изливался туда. Проглотив сперму, Света запивала ее кофе, и выглядела всегда при этом очень довольной.

Мы усиленно готовились к зимовке. Для меня это было в новинку, поэтому я даже не представлял, насколько много нам надо было переделать. Но голова боится — руки делают. Мы несколько раз проверили все оборудование, прочистили печи и дымоходы, вокруг грядок соорудили из щитов систему снегозадержания, укутали каждое деревце на острове до самой кроны, утеплили амбар с живностью, собрали урожай и много чего еще. Мои руки огрубели от тяжелой работы, покрылись мозолями, и я даже опасался, смогу ли в дальнейшем так же ловко орудовать паяльником. Оставалось лишь одно большое дело — встретить последний транспорт, который должен был привезти запасы на зиму: топливо, продовольствие, оборудование и индивидуальные заказы для каждого из обитателей острова.

Утром 5 октября нас разбудил низкий протяжный гудок с моря. Судно «Петропавловск» уже стояло в трех кабельтовых от берега, отдав якорь. По правому борту спускали катер, который и должен был перевозить грузы челночным способом. Капитан выделил нам в помощь 10 человек, из которых, почему-то, я видел работающими только 9. В поте лица мы таскали в расчищенный склад бочки, ящики, тюки, вязанки топливных брикетов. Женщины в это время готовили ужин, чтобы отблагодарить работников. Планировался жареный гусь. Нам привезли несколько этих птиц для подсобного хозяйства, но ушлые морячки согласились выгрузить клеть только при условии, что хозяйка приготовит для них одного, самого жирного.

Катер ушел за очередной партией груза, матросы отдыхали на камнях, а я решил проверить своих девочек. Войдя в дом, я удивился невероятной тишине внутри. В коридоре мне попалась Настя, вся в слезах. Я пытался узнать у нее, в чем дело, но она вырвалась и убежала в свою с сестрой комнату. Я устремился на кухню. За столом молча сидел один из моряков, мужчина лет 50-ти. Света стояла у плиты и отрешенно мешала что-то в кастрюле. Заметив меня, она вздрогнула и побледнела. А потом опустила глаза и тихо сказала:

— Коля, знакомься, это Виталий. Мой муж...

Часть 2

Драка была жестокой. Я не понимал, куда и чем я бью. Я не чувствовал боли от града сыплющихся на меня ударов. Главное было — удержаться на ногах. Но когда ты один, а твоих противников 5—6 человек — это очень непросто, если ты не Чак Норрис. Я им не был. Я упал, получил ногой в лицо, обхватил ее руками выше щиколотки и крутанулся всем телом. Нападавший упал, зацепив еще кого-то. Я ринулся в образовавшееся пустое пространство и снова поднялся на ноги. Но тут же меня опять свалили и начали пинать, куда придется. В моей ладони откуда-то появился увесистый булыжник. Со всего маху я ударил им в чью-то коленку, потом по взъему другой ноги, обутой в кед. Наградой мне был истошный вопль «бля-а-а!» и новая порция ударов в район спины. Сдирая ногти в кровь, я на четвереньках выскочил из свалки, снова поднялся и тремя длинными скачками оказался в нескольких метрах от толпы разъяренных моряков. Резко развернувшись к ним лицом, я поднял над головой камень, твердо намереваясь убить первого, кто ко мне подойдет. Видимо, это ясно читалось в моем взгляде, потому что порыв моих противников мигом угас.

— Все, все, чувак! Ты победил. Положи камень, — торопливо сказал один из них. Кажется Олег.

Остальные попятились ...  Читать дальше →

Показать комментарии (22)

Последние рассказы автора

наверх