Ильма — королева рабынь

Страница: 27 из 31

что Ильма смотрит на них, одна из рабынь схватила свой передник и замотала девушке голову. Принцессе сразу в нос ударил противный кислый запах женской мочи и гнилых овощей. Негритянка, пнув пленницу коленом в бок, что-то пробурчала и вновь полезла к подруге.

Любовницы угомонились только под утро, но и тогда не освободили несчастной принцессе голову. Лишь, когда пришло время завтрака, с неё сняли душившую тряпку. После этого случая Ильма всякий раз отворачивалась, когда служанки начинали лизаться.

Отряд находился в пути уже целую неделю. Милард был прав, когда говорил, что понадобится много сил. Ильма вымоталась еще больше, чем в первый раз, когда её вместе с другими девушками гнали по солнцепеку. Тело занемело от неподвижного лежания и зудело от кожаного мешка и грязи, руки затекли, голова кружилась от постоянной тряски.

Однажды вечером она услышала, как кто-то из солдат, привалившись к стволу дерева, сказал товарищу:

— Ты что грустишь? Уже завтра будем дома. Я слышал, Хозяин всем нам даст отдохнуть несколько дней.

— Хорошо бы, — горько усмехнулся молодой парнишка, — Я уже мозоль на заднице натер седлом, черт бы побрал эту принцессу. Бегай за ней по лесам, сиди целыми днями в сугробе. Слава Богам, поймали.

— Не ворчи! — прикрикнул на него тот, что был постарше, — Говорю, еще до вечера в городе будем. Давай, топай! Тебе пора на пост заступать.

Парень недовольно что-то проворчал и медленно пошел на своё место. Ильме вдруг стало грустно. Страха она не испытывала и давно была готова к смерти. Ей стало обидно, что прожила так мало и что ничего не успела сделать. А как хотелось сделать так, чтобы люди были свободны, никто не носил цепей и не гнул спину на ухмыляющегося Господина, а тот, стоя над ним, хлестал плетью и истекал слюной, глядя на мучения и слезы.

Девушка отвернулась к стене, чтобы эти две чернокожие шлюхи не видели её слез.

— Поскорее бы закончился этот переход, — думала она, — Пусть сырая вонючая камера в замке Миларда, пусть тяжелые цепи, которыми он прикуёт её к стене, чтобы не сбежала. Пусть смерть. Лишь бы скорее.

С такими мыслями принцесса заснула. Она не слышала, как стонали в любовном экстазе рабыни, как Милард, заглянув в повозку, быть может, впервые за всё время пути, грязно выругался, глядя на копошившийся клубок черных тел, и огрел девиц своим стеком, и те завыли от боли и досады. Ильма спала, и вдруг увидела во сне свою подругу. Тилла сидела на камне и что-то рисовала на песке, а рядом с ней сидела маленькая девушка с очень знакомым лицом и что-то говорила.

— Где же я её видела? — мысленно спросила себя принцесса.

Но, как она ни напрягала память, не могла вспомнить эти большие голубые, как небо, глаза, эти золотые, как спелая рожь, волосы. Измучившись, но так и не вспомнив, она снова провалилась в тяжелый вязкий сон. Завтра — последний день пути. Надо потерпеть еще немного.

— Просыпайся, сучка! — чернокожая служанка трясла Ильму за плечо, — Открывай зенки!

Вместе с подругой она вытащила девушку из возка и положила возле колеса. Было раннее утро, по дороге стелился туман, холод проникал через мешок, от чего всё тело закоченело в считанные минуты. Вокруг копошились солдаты, а рыжебородый кашевар что-то тихо напевал, помешивая варево в казане.

Рабыня размотала рот и с силой выдернула из него кляп. Сверкнув налитыми кровью глазами, она отошла к костру. Бородач прервал свою песню и недовольно посмотрел на девушку.

— Тебе что здесь нужно? — спросил он.

— Еду, господин, — ответила рабыня, протягивая миску.

— Кормить рабынь сегодня не велено, — кашевар развернулся к негритянке спиной, отгородив её от котла, — Пошла прочь!

— Но, господин! — служанка задохнулась от возмущения.

— Эй, ты! — раздался голос Миларда, — Шалава черножопая! Вытряхивай девчонку из мешка и тащи ко мне!

Рабыня облизнула пересохшие от страха губы и поплелась выполнять приказание. Прицепив к ошейнику поводок, девушка повела Ильму к небольшому шатру, в котором обычно ночевал Хозяин.

— Ну, вот мы почти и дома, — спокойно сказал Милард, когда принцесса вошла внутрь, — А ты, шлюха вонючая, жди у повозки.

— Решил насладиться своим могуществом напоследок? — усмехнулась девушка, когда негритянка выскочила из шатра.

— Выпей вина, — предложил юноша, — Дрожишь, как в лихорадке.

Он быстро встал и, подойдя к Ильме, накинул ей на плечи свой шерстяной плащ. Налив в бокал темного густого вина, он протянул его пленнице.

— Пей, не бойся, — улыбаясь, сказал Милард, — Подогретое вино придаст тебе силы.

— Зачем? — улыбнулась Ильма, — Чтобы не окочуриться при первой же пытке?

— Чтобы добежать до замка, — пояснил молодой человек, — Я поведу тебя рядом со стременем. Не бойся, я поеду не быстро. А эти шлюхи потащатся за повозкой. Разжирели до безобразия. Пусть жирок скинут. А потом я их в подвале запру. Каждую — в отдельную камеру.

— Не пойму, — ухмыльнулась девушка, — Почему из тебя наружу лезет только плохое? Почему тебе доставляют удовольствие чужие страдания?

— А иначе мне нельзя! — развел руками Милард, — А иначе сожрут и не подавятся! Ты же сама правила. Ты ведь знаешь, что, если дать слабину, эти людишки сразу на шею сядут, и их потом не сгонишь никакими силами. Хоть выть будешь, хоть плакать. Или ты со мной не согласна?

— Я не знаю, — честно призналась Ильма, — Я сама не занималась делами. Отец и старшие братья принимали послов, собирали налоги, наказывали преступников. Меня не допускали к таким серьезным делам.

— Ладно! — юноша хлопнул себя ладонью по колену, — Может быть, потом договорим. А сейчас — пора в путь.

Он быстро подошел к пленнице, скинул с её плеч плащ и ремнем связал руки за спиной. Потом подцепил к ошейнику поводок и вывел Ильму из шатра. Девушка покорно шла вслед за своим мучителем, но зла на него не держала.

— В сущности, он прав, — думала принцесса, — Зная свой народ, она не раз убеждалась в его ненасытности. И никакие уговоры и объяснения не помогали.

Громко свистнув, Милард сел в седло и пристегнул другой конец повода к луке седла. Коротко взглянув на Ильму, он пустил своего коня мелкой рысью. Принцесса потрусила сбоку.

— Смотри под ноги, — посоветовал молодой человек, — Я не успею осадить коня.

— Постараюсь не доставить тебе такого удовольствия, — прошептала Ильма.

Город гудел, как растревоженный улей. Люди высовывались из окон, толпились на обочинах, вылезали из подвалов. Кричали, размахивая руками, посылая проклятья пленнице и её друзьям. Кто-то запустил в девушку гнилым помидором, но промахнулся, и зловонная масса растеклась по спине Миларда. Следом, тухлое яйцо угодило в круп лошади.

Ильма поскользнулась на арбузной корке, но сохранила равновесие и благополучно добралась до ворот замка. Её ноги были разбиты о камни и иссечены осокой, по обнаженной спине стекал струйками пот, смешанный с остатками тухлый помидоров, волосы висели, как старая пакля.

Миларду повезло еще меньше. Несколько «неточных» бросков вдрызг испортили его походный камзол, который вонял на все лады, как городская клоака. Но виновных искать не было смысла и времени. Скрежеща зубами от ярости, он отдал приказ разогнать толпу, а если кто-то посмеет сопротивляться, прикончить на месте.

Пока солдаты, размахивая хлыстами, пытались навести порядок, маленький кортеж медленно въехал в полураскрытые ворота, которые сразу же заперла стража. Соскочив с лошади, Милард потащил свою пленницу на конюшню.

— Я думала, — удивленно проговорила Ильма, — Что ты меня сразу в камере запрешь.

— Успеется, — буркнул Хозяин, развязывая ей руки.

Не смотря на холодную воду и далеко не ласковый ветер, девушка с огромным удовольствием вымылась с ног до головы. Её кожа вновь приобрела бронзовый отлив, а волосы — природный блеск. Милард с любопытством наблюдал за принцессой, всё время посмеиваясь и бормоча что-то себе под ...  Читать дальше →

Показать комментарии (2)

Последние рассказы автора

наверх