Перед рассветом

Страница: 11 из 27

и богатством, ты, всего лишь, забавная игрушка. Но мне некуда было деваться. Тебя видели на пристани, много расспрашивали, кто ты, откуда. А когда я в Магистрате оформляла документы, слышала, как шушукались за моей спиной. Но открыто никто не посмел сказать мне ни слова.

— Потому что вы бы вызвали их на бой? — наивно спросила девушка.

— Много чести для них, — огрызнулась Элен, — Стала бы я марать шпагу их паршивой кровью. Мой тебе совет — постарайся забыть.

Прошло еще немного времени. Дана уже освоилась с её новым положением. Алан Бросс целыми днями пропадал в доках, занимаясь ремонтом «Юноны», и девушка видела, как Элен мучается, волнуясь за брата. Она старалась отвлечь её веселыми рассказами, прогулками верхом, но, как только они возвращались домой, женщина снова становилась мрачной.

В один из вечеров Дана не выдержала и спросила:

— Матушка! Почему Вы такая грустная? Может быть, я смогу чем-нибудь помочь? Поверьте, мне больно смотреть, как Вы мучаетесь.

— Добрая душа, — тяжело вздыхая, ответила Элен, — У брата большие затруднения с ремонтом. Кое-кто из влиятельных особ недолюбливает капитана и старается ему помешать. А сейчас — самый подходящий случай для этого. Мы не богаты, хоть и имеем высокий титул. А эти господа заламывают такие цены за материалы и оснастку шхуны, что голова кружится. Деньги тают, как утренний туман. Боюсь, что ремонт придется приостановить.

— А друзья не могут вам помочь? — наивно спросила девушка, — Тогда на балу я видела, как они клялись в преданности и обещали помощь.

— Это всё — светская болтовня, — махнула рукой маркиза Бросс, — Лишь бы их снова пригласили. А уж какое удовольствие им доставила бы просьба о помощи!..

— Вы называете нас дикарями, — сверкая глазами, воскликнула Дана, — А сами живете по диким законам! Вы готовы сожрать друг друга для собственного удовольствия, а не потому, что хотите есть! И при этом называете себя людьми, а живете, как пауки, которых посадили в банку!

Элен выслушала тираду своей воспитанницы спокойно, потом внезапно обняла девушку за плечи и прижала к груди. Слезы брызнули из её глаз, и женщина, как не старалась, долго не могла успокоиться. Дане стоило немалых усилий, чтобы заставить её взять себя в руки.

Но вечером, вернувшись домой, Алан сообщил, что все проблемы улажены, и скоро ремонт будет завершен, и они смогут выйти в море. Дана была на седьмом небе от счастья, а Элен сразу же приосанилась и снова стала той гордой женщиной, какой её и увидела в первый раз девушка.

Но несчастье свалилось с совсем неожиданной стороны. Однажды, занимаясь метанием кинжалов, Дана услышала за спиной тихий шорох.

— Это Вы, матушка? — не оборачиваясь, спросила девушка, готовясь к очередному броску.

В следующий миг чья-то сильная рука зажала ей рот тряпкой, пропитанной какой-то сильно пахшей жидкостью. Дана попыталась вырваться, но глаза её закатились, разум помутился, и она потеряла сознание.

— Очнулась, шлюха? — услышала Дана противный скрипучий голос, когда открыла глаза.

Голова еще кружилась после действия паров усыпляющей смеси. Всё тело болело, словно по нему прошлись палкой. Девушка попробовала пошевелиться, но поняла, что крепко связана по рукам и ногам. Рот был заткнут тряпичным кляпом и перетянут толстой веревкой.

— Я свою работу выполнил, — вдруг раздался знакомый голос слуги маркизы Джереми, — Плати, горбун.

— Хе-хе, плати, — проскрипел второй голос, — Не спеши.

— У меня мало времени, — настаивал Джереми, — Если хозяева хватятся девчонки, поднимут на ноги всю округу. Я их знаю. Мне нужно быстро сматываться отсюда.

— Сюда не сунутся, — заверил его тот, кого слуга называл горбуном, — Место надежное. Так сколько ты хочешь за эту красотку?

— Пятьдесят. Как договаривались, — прошипел Джереми, теряя терпение.

— Не-ет, дорогой, — горбун снова закряхтел, — Сейчас эта девка стоит в два раза дешевле.

— Это почему? — взвился слуга.

— Сам говорил. Опасность. А я не люблю рисковать. Так что бери двадцатку и проваливай.

— Ты что, Лило, спятил? — зашелся в крике Джереми, — Совсем свихнулся на своей жадности?

— Тогда тащи её обратно, — предложил горбун, — А за одно и в полицию сообщи, что украл любимицу маркизы Бросс. То-то они обрадуются! Хе-хе-хе!

— Я лучше тебя пришью, — процедил Джереми, скрежеща от злости зубами, — А для этой мартышки найду другого покупателя. Посговорчивее.

— Не найдешь, — как змея, зашипел Лило.

Послышалась возня. Дана повернула голову и увидела, как в руках Джереми сверкнул кинжал. рассказы эротика В тот же миг кто-то маленький и сутулый бросился на него, держа в руках топор. Послышался глухой удар, и Джереми с расколотой надвое головой рухнул на земляной пол. Его худое, как жердь, тело пару раз дернулось в предсмертных конвульсиях и замерло.

К нему подошел маленький коренастый человек, от вида которого Дана содрогнулась. Это был настоящий уродец, изувеченный самой природой. Ростом он был не больше трех футов. На коротеньких кривых ножках громоздилось квадратное тело с широкими плечами, огромным животом и острым горбом на спине. Длинные руки с широкими кистями доставали почти до земли. Шеи почти не было видно, и голова, казалось, росла прямо из туловища. Редкие седые длинные волосы спускались до плеч прямыми прядями. На совершенно круглом лице выдавался вперед массивный горбатый нос, чуть смещенный в сторону. Маленькие, как у свиньи, мутные глазки все время находились в движении. Огромный рот был приоткрыт, и из него сквозь редкие желтые зубы постоянно капала слюна.

Горбун без особых усилий поднял тело Джереми и унес. Вскоре он вернулся и уселся напротив девушки на маленький пенек. Осмотрев свою пленницу со всех сторон, Лило довольно крякнул и размотал веревку, стягивавшую кляп. Вслед за этим осторожно вынул и саму затычку.

— Ты кто, черненькая? — проскрипел он, не сводя с девушки глаз.

— Дана, приемная дочь маркизы Элен Бросс, — произнесла она.

Горбун кивнул и неожиданно сильно ударил девушку по щеке.

— Надо добавлять слово «господин». Поняла, рабыня? — прошипел он.

— Я — не рабыня, — возмутилась Дана и тут же получила вторую оплеуху посильнее первой.

Во рту появился соленый привкус. Из уголка губ потекла тоненькая струйка крови. Горбун, прищурившись, внимательно следил за девушкой.

— Я — не рабыня, — сглотнув слезу, прошептала Дана и зажмурила глаза, ожидая очередной пощечины.

— А ты упрямая, — Лило погладил пленницу по голове и вдруг крепко схватил за волосы, — А знаешь, что делают с упрямыми рабынями? Их секут плетьми, розгами, избивают палками. Это очень больно, но хозяева всегда добиваются того, чего хотят. Но я сечь тебя не буду, чтобы не испортить товар. Тогда я не смогу получить за тебя больших денег. Пусть уж твой новый хозяин тебя воспитывает. А сейчас открой ротик.

Горбун приставил к губам кляп. Дана завертела головой, но уродец ловко сжал ей нос. Девушка вскрикнула, и затычка легко зашла в рот, заглушив крик. Горбун не стал перевязывать кляп веревкой, и вытащил из кармана большой носовой платок и затянул его с такой силой, что края материи врезались в уголки губ.

Вновь осмотрев Дану со всех сторон, Лило поднялся с пенька и заковылял на своих кривеньких ножках к выходу, забавно переваливаясь с боку на бок. Уже в дверях он обернулся и крикнул, чтобы рабыня не скучала, и вышел, заперев дверь.

Наступила тишина. Гнетущая, тяжелая. Затекли руки и ноги, болела спина. Девушка попробовала пошевелиться, но крепкие ремни врезались в тело. Дана заплакала, давясь тряпкой, но плач был тихим, похожим на мычание. Поерзав на соломе, она всё же нашла удобное положение и незаметно для себя заснула.

Разбудил девушку сильный толчок в бок. Дана открыла глаза и увидела перед собой кроме горбуна высокую дородную даму в богатом парчовом ...  Читать дальше →

Показать комментарии (1)

Последние рассказы автора

наверх